Гу Сиси увидела Му Жону в сексуальном тёмно-фиолетовом платье с открытыми плечами и высоким разрезом — она грациозно приближалась на высоких каблуках.
— Ты тоже здесь? — удивлённо спросила Гу Сиси.
— А что тут удивительного? Разве могла я не приехать? Инь Сычэнь что, не сказал тебе, что он с моим боссом и Цяо Ци — давние друзья? — Му Жона закатила глаза. — Слушай, ты вообще из нашего круга? Об этом весь мир знает, а ты нет!
Гу Сиси смутилась:
— Я правда не знала.
— Ладно-ладно, тебе, богатой жене, которая из дома носу не кажет, не понять страданий простых смертных вроде нас, — отмахнулась Му Жона.
Пф-ф… богатая жена… простые смертные…
Жона, ты серьёзно?
Му Жона фамильярно взяла Гу Сиси под руку:
— Я хотела напроситься к вам в самолёт, но мой босс не разрешил — заставил ехать на машине! Мучение! Ты когда-нибудь видела вице-президента, которого используют как водителя? Вот я — та самая несчастная!
— Пф-ф… — Гу Сиси всё больше проникалась любопытством к боссу Му Жоны. Этот неординарный мужчина и правда необычный!
— Вон, смотри, это мой босс! — Му Жона указала пальцем на мужчину с тонкими чертами лица, худощавого и благородного.
Гу Сиси посмотрела в ту сторону. Мужчина, будто почувствовав её взгляд, тоже обернулся, улыбнулся и кивнул.
Гу Сиси вежливо улыбнулась в ответ.
Вот уж не ожидала, что начальник Му Жоны окажется таким… субтильным на вид…
Му Жона выпятила свою грудь размера G и пожаловалась:
— Сиси, ты ведь тоже считаешь, что мой босс бесчеловечен? Я, между прочим, вице-президент «Оддс»! Почему каждый раз на мероприятиях я должна изображать его спутницу? Я как вице-президент тоже имею право привести с собой кавалера!
Гу Сиси переводила взгляд с этого неординарного президента «Оддс» на Му Жону и, кажется, начинала что-то смутно понимать.
— Что твой босс такой худой — вот это для меня большая неожиданность, — не удержалась Гу Сиси.
— В смысле? — не поняла Му Жона.
— Ну, если вы подерётесь, он же тебя не одолеет? — ответила Гу Сиси.
До Му Жоны дошло, и она ткнула пальцем в щёку Гу Сиси:
— Эй! Тебя не видели несколько дней, а ты уже так навострилась подкалывать!
Гу Сиси прыснула.
— Кстати, как зовут твоего босса? — с любопытством спросила Гу Сиси. — Только и слышу от тебя «босс» да «босс», а имени не знаю.
— Шан Кэ, — уныло ответила Му Жона. — Ровесник Инь Сычэня, двадцать восемь лет.
Гу Сиси понимающе кивнула.
Шан Кэ стоял перед Инь Сычэнем и Цяо Ци. Трое таких разных мужчин быстро притянули к себе большинство взглядов.
Пока Гу Сиси и Му Жона говорили о них, они тоже обсуждали женщин.
Цяо Ци с усмешкой глянул на Шан Кэ:
— Ты всё такой же хрупкий с виду. Когда ты наконец укротишь эту дикую кобылицу?
С этими словами он покосился на стоявшую поодаль Му Жону.
Шан Кэ тихо рассмеялся:
— Не говори ерунды. Она всего лишь мой заместитель.
— Ну да, ну да. Президент, который в любых обстоятельствах таскает с собой заместителя, — это большая редкость, — ехидно протянул Цяо Ци.
— Скучно, — фыркнул Шан Кэ. — Лучше поговорим о Сычэне. Что ты собираешься делать?
— Что делать? — Инь Сычэнь развёл руками. — Мы сегодня приехали поддержать свадьбу Цяо Ци. Подарок я вручил, остальное меня не касается.
— Не притворяйся! — Шан Кэ покосился на него. — Цяо Ци тебе уже сказал?
Инь Сычэнь вдруг замолчал. Через некоторое время он тихо произнёс:
— Вы тоже считаете, что мне нужно с ней встретиться?
Цяо Ци и Шан Кэ промолчали.
Потом Шан Кэ всё же сказал:
— Мы ведь всё-таки вместе выросли.
Цяо Ци хлопнул его по плечу:
— Я-то с вами троими не рос, так что воздержусь от мнения.
В этот момент сзади раздался мягкий голос, полный радостного удивления:
— Вы все здесь… Шан Кэ! Сычэнь… и ты приехал…
Инь Сычэнь вздрогнул, услышав этот голос!
Пальцы невольно сжались.
Повеяло ароматом. К ним неторопливо подошла высокая стройная женщина с белой кожей и длинными ногами, в белом летящем платье из тонкой ткани.
Порыв ветра разметал её длинные волосы и подол платья, мгновенно приковав к ней бесчисленные взгляды.
Гу Сиси, разумеется, тоже её увидела.
Сама не зная почему, она почувствовала, что при появлении этой женщины Инь Сычэнь вдруг напрягся.
Му Жона тоже ошеломлённо смотрела, как та женщина остановилась перед Шан Кэ, Инь Сычэнем и Цяо Ци.
С каких пор между ними троими могут появляться чужие?
Или они давно знакомы?
— Сивэй… — нахмурился Цяо Ци. Он не понимал, зачем Жань Сивэй появилась сама.
Её тогдашний внезапный уход ранил стольких.
А теперь вдруг вернулась — чего она хочет?
Шан Кэ, похоже, был рад её приходу больше, чем Цяо Ци, и сразу улыбнулся:
— Сивэй, ты приехала.
Жань Сивэй тихонько отозвалась и устремила нежный взгляд на Инь Сычэня, больше не отводя глаз.
— Сычэнь, я вернулась, — мягко произнесла она.
Инь Сычэнь поднял глаза на стоящую перед ним женщину. В душе у него смешалось всё разом.
Шан Кэ потянул Цяо Ци за собой, оставляя Инь Сычэня и Жань Сивэй вдвоём.
Цяо Ци невольно оглянулся на Гу Сиси.
Так и есть — её взгляд тоже был прикован к Инь Сычэню и Жань Сивэй.
Цяо Ци мысленно вздохнул: «Брат Сычэнь, тут я тебе не помощник. Выкручивайся сам».
Когда Цяо Ци и Шан Кэ отошли, Жань Сивэй с нежной и немного робкой улыбкой сказала:
— Сычэнь, почему ты так на меня смотришь? Я постарела? Подурнела?
Инь Сычэнь выпалил:
— Нет! Ты всё такая же красивая, как раньше.
Жань Сивэй радостно улыбнулась.
— В моём сердце ты тоже остался таким же совершенным, как в детстве, — ласково произнесла она, и на её лице будто проступил лёгкий румянец. Прохожие засматривались.
Инь Сычэнь смотрел на неё со сложным выражением и молчал.
Гу Сиси так и стояла, наблюдая за происходящим.
Обе группы стояли недалеко друг от друга, и разговор долетал хотя бы частично.
Даже если не всё было слышно, по лицам и жестам можно было понять почти всё.
Сердце Гу Сиси, только что лёгкое, медленно опускалось вниз.
Если я до сих пор не понимаю, что вижу, — значит, я дура.
Ведь это же ясно: вернулась та самая, а мне, самозванке, пора…
Му Жона, будто угадав её мысли, сжала руку Гу Сиси:
— Не бойся! Даже если у той женщины что-то было с Инь Сычэнем, ты всё равно законная молодая госпожа Инь.
Гу Сиси горько усмехнулась. Ей вдруг расхотелось смотреть на сцену воссоединения бывших возлюбленных.
— Жона, я устала. Я здесь никого не знаю, побудь со мной, помоги найти место отдохнуть, ладно? — тихо попросила она.
Му Жона многозначительно глянула на Инь Сычэня и Жань Сивэй и, поддерживая Гу Сиси, увела её.
Гу Сиси до этого держалась из последних сил, но в миг, когда отвернулась, в её глазах уже невозможно было скрыть боль.
Я опять пожадничала.
Инь Сычэнь такой совершенный, такой прекрасный — разве его прошлое может быть чистым листом?
Тот человек… наверное, для него особенная?
Его взгляд был таким нежным.
Он никогда не смотрел так на меня.
Разве ответ и так не ясен?
Почему же мне так тяжело?
На что я вообще надеюсь?
Инь Сычэнь никогда ничего мне не обещал и никогда не говорил, что я ему нравлюсь.
Выходит, всё было лишь моим самообманом…
Он никогда меня не любил, а я вообразила, будто у него появились чувства.
Только почему я могу утешить кого угодно, но не могу успокоить собственное сердце?
Почему, всё понимая, не могу отпустить?
За что я так цепляюсь?
Всё прежнее было лишь отражением в зеркале. Его доброта, его забота — лишь иллюзия.
В конце концов, я для него никто…
Инь Сычэнь не сводил глаз с удаляющейся спины Гу Сиси, и сердце сжалось.
Почему она не спросит, что между мной и Жань Сивэй?
Ей всё равно?
Совсем всё равно? Даже капельки неравнодушия нет?
Гу Сиси, почему ты так спокойно повернулась и ушла?
Почему не дала мне ни единого шанса объясниться?
Потому что твоё сердце всё ещё закрыто для меня?
Или твоё сердце… настолько холодно, что, как бы я ни старался, ты не откроешься мне?
Жань Сивэй заметила, что взгляд Инь Сычэня неотрывно следует за силуэтом беременной женщины, и тоже посмотрела туда.
— Кто она? Твоя жена? — в глазах Жань Сивэй промелькнула боль. — Сычэнь, ты изменился.
Инь Сычэнь отвёл взгляд и тихо сказал:
— Мы уже не те, кем были. Сивэй, хотя бы ради нашего общего детства я искренне желаю тебе счастья.
— Но без тебя как я могу быть счастлива? — горько усмехнулась Жань Сивэй. — Все эти годы я постоянно переосмысливала себя. И вдруг поняла, что на самом деле… не могу тебя отпустить! Сычэнь, раз ты ждал столько лет, почему не подождал ещё год? Почему не дождался моего возвращения?
— Тогда ты ушла, не попрощавшись, и я не получил от тебя ни весточки, — невесело улыбнулся Инь Сычэнь. — Это был твой выбор, разве нет?
Глаза Жань Сивэй вдруг наполнились слезами, и она посмотрела на него с такой трогательной беспомощностью.
Инь Сычэнь сдержал порыв стереть её слёзы и резко отвернулся:
— Всё. Ты уже видела: я женат. Сивэй, ищи своё счастье. Я благословляю тебя!
