Инь Сычэнь вернулся не так чтобы рано.
Увидев, что Гу Сиси уже спит, сердце Инь Сычэня мгновенно смягчилось.
Не желая будить Гу Сиси, Инь Сычэнь замедлил и сделал тише все движения. Умывшись, он осторожно лёг в постель и обнял Гу Сиси, засыпая.
Увидев, что свет в комнате Инь Сычэня и Гу Сиси погас, Жань Сивэй, стоявшая за окном, вдруг громко разрыдалась.
Шан Кэ, стоявший рядом, беспомощно сказал:
— Сивэй, может, ты всё-таки сдашься? В конце концов, Гу Сиси уже носит ребёнка семьи Инь. Даже если ты снова будешь с Сычэнем, между вами всё равно будет Гу Сиси.
Жань Сивэй вдруг обернулась и обняла Шан Кэ, горько плача:
— Шан Кэ, я всё понимаю, но не могу! Шан Кэ, ты же знаешь, как сильно я любила Сычэня в те годы! Теперь, когда мне вдруг предлагают смириться с таким финалом, я не выдерживаю! Шан Кэ, что мне делать? Я правда не могу забыть Сычэня, я правда не могу его отпустить! Я не могу без него!
Шан Кэ не ожидал, что Жань Сивэй сама обнимет его, и на мгновение опешил.
Впрочем, Шан Кэ не стал отталкивать Жань Сивэй, лишь тихонько похлопывал её по спине, без конца утешая.
Му Жона закончила умываться и собиралась задёрнуть шторы, чтобы лечь спать.
Подняв голову, она увидела за окном Шан Кэ и Жань Сивэй.
Глядя на картину, где двое обнимались, Му Жона почему-то почувствовала странную неловкость.
Му Жона и сама не знала, почему ей стало странно и неуютно.
Шан Кэ — её босс, с кем хочет, с тем и любезничает, какое ей дело?
Но при одной мысли, что рядом с Шан Кэ — Жань Сивэй, Му Жоне никак не становилось спокойно.
Рука дрогнула, она резко задёрнула штору, отрезав себе вид.
Ладно, плевать!
Босс всегда был на стороне Жань Сивэй.
Кто же виноват, что они росли вместе?
А она твёрдо решила помогать Гу Сиси!
Такие белые лотосы, как Жань Сивэй, никогда не были ей по вкусу!
Шан Кэ не знал, что эту сцену увидела Му Жона. Когда Жань Сивэй выплакалась, он сказал ей:
— Сивэй, я всё время хотел задать тебе один вопрос, но ты всё время уклонялась и не отвечала прямо. Сегодня вечером мне очень хочется услышать от тебя: где ты была все эти годы? Если бы ты хоть раз дала Сычэню о себе знать, он бы тебя не отпустил! Когда-то вы были вместе, столько людей желали вам счастья. Я тоже искренне благословлял вас, но почему ты вдруг исчезла, не попрощавшись?
В глазах Жань Сивэй промелькнула паника. Она тут же оттолкнула Шан Кэ, отвернулась и замялась:
— Шан Кэ, не спрашивай.
Шан Кэ не отступал:
— Сивэй, у тебя есть какая-то тайная причина?
Жань Сивэй опешила от этого вопроса, слёзы хлынули ещё сильнее.
Видя Жань Сивэй такой, Шан Кэ ещё больше уверился, что у неё есть скрытая причина.
Шан Кэ и так был на стороне Инь Сычэня и Жань Сивэй, а теперь, видя, как Жань Сивэй убивается из-за Инь Сычэня, он ещё больше дорисовал в воображении картину, где Жань Сивэй терпит унижения ради Инь Сычэня.
— Сивэй, мы вместе росли с детства, разве ты не можешь мне доверять? — серьёзно сказал Шан Кэ. — Что бы ни случилось, я помогу тебе! Скажи мне честно, где ты была все эти годы?
Жань Сивэй сделала мучительное выражение лица, закусила губу и долго горько плакала, а затем с видом облегчения сказала:
— Да, у меня действительно была причина!! Шан Кэ, я так любила Сычэня, как я могла добровольно его оставить? Я исчезла потому, что... потому что я получила травму, сильное обезображивание лица. Я ни за что не могла допустить, чтобы такое случилось со мной, поэтому тайно уехала за границу на пластические операции и восстановление. Травма была настолько серьёзной, что я могла делать всё только постепенно. То, что Сычэнь безумно меня искал, — я не не знала, но в тот момент я была в операционной и никак не могла ответить.
Шан Кэ остолбенел.
— Тем более, Сычэнь такой совершенный, как я могла позволить своему изувеченному телу быть рядом с ним? — продолжила Жань Сивэй. — Шан Кэ, ты не знаешь, как сильно я дорожу Сычэнем. Чем больше я им дорожу, тем меньше хочу, чтобы он знал о моём прошлом. Шан Кэ, ты можешь меня понять? Я слишком сильно его люблю, до такой степени, что не могу без него!
Шан Кэ действительно был убеждён.
— Хорошо, раз тебе трудно об этом говорить, я скажу! — твёрдо произнёс Шан Кэ: — Я верю, что Сычэнь когда-то искренне к тебе относился. После твоего исчезновения он был как потерявший душу, искал тебя по всему миру! Поэтому я верю, что, узнав об этом, он непременно к тебе вернётся!
Услышав это, Жань Сивэй в душе вздохнула с облегчением.
Но она всё ещё немного беспокоилась и нарочно сказала:
— Ах, посмотри на меня, зачем я тебе всё это рассказала! Сычэнь уже отдыхает, давай лучше...
— Нет, об этом нужно ему рассказать. Ладно, не думай об этом, я всё улажу! Время позднее, иди скорее отдыхай! — Шан Кэ, не слушая возражений, подтолкнул Жань Сивэй и выпроводил её.
В тот момент, когда Жань Сивэй отвернулась, слёзы на её лице мгновенно высохли.
В глубине взгляда промелькнула улыбка человека, чей коварный план удался.
Шан Кэ, столько лет не виделись, а ты всё такой же... доверчивый...
Раз уж ты сам вызвался мне помочь, как я могу не оправдать твои глубокие чувства?
Жань Сивэй легкой походкой покинула это место.
Шан Кэ стоял на месте, тщательно перебирая в голове слова Жань Сивэй.
Он считал, что Жань Сивэй достойна прощения!
Тогдашняя Жань Сивэй была такой юной, свежей, красивой и милой, естественно, они с Инь Сычэнем были идеальной парой.
И тогдашнее исчезновение тоже имело причину, и эта причина могла быть прощена!
Хотя Гу Сиси тоже неплоха, но по сравнению с Жань Сивэй Шан Кэ инстинктивно отдавал предпочтение ей!
Он даже готов был дать Гу Сиси денег, чтобы она уступила место молодой госпожи Инь.
Хотя Шан Кэ знал, что это несправедливо по отношению к Гу Сиси, он всё равно склонялся на сторону Жань Сивэй.
В конце концов Шан Кэ набрал номер Инь Сычэня.
Инь Сычэнь спал чутко. В тот момент, когда экран телефона загорелся, он открыл глаза.
На экране появилось имя Шан Кэ. Инь Сычэнь понял, что у Шан Кэ, должно быть, срочное дело, и ответил:
— Алло?
— Удобно говорить? У меня есть кое-что тебе сказать. — голос Шан Кэ звучал немного сдавленно. — Сычэнь, мне нужно с тобой подробно поговорить.
Инь Сычэнь помедлил и кивнул:
— Хорошо, я сейчас выйду.
Гу Сиси спала крепко. Инь Сычэнь помедлил, но всё же сначала поцеловал Гу Сиси, а затем осторожно вытащил руку и вышел из комнаты.
Выйдя, Инь Сычэнь увидел стоящего на месте и курящего Шан Кэ.
Свет уличного фонаря падал на Шан Кэ, отбрасывая чёрную, как тушь, тень.
Инь Сычэню показалось, что сегодня вечером Шан Кэ весь погружён в какие-то думы.
Шан Кэ курил крайне редко, только когда сильно тревожился.
— Шан Кэ, чего это ты среди ночи не спишь? — полушутя сказал Инь Сычэнь. — Даже Цяо Ци не такой бодрый, как ты.
— Сычэнь, у меня есть кое-что тебе сказать, — Шан Кэ затушил сигарету и с серьёзным лицом посмотрел на Инь Сычэня. — Перед этим у меня есть один вопрос.
Инь Сычэнь кивнул:
— Пойдём, поговорим на ходу.
Шан Кэ кивнул, и они пошли рядом.
Две высокие фигуры шли бок о бок, постепенно расплываясь в темноте.
— Что за дело так тебя тревожит? — с улыбкой сказал Инь Сычэнь. — Что? Решил перейти к действиям насчёт Му Жоны?
Шан Кэ горько усмехнулся:
— Сычэнь, не перебивай. Я спрашиваю тебя: ты серьёзно относишься к Гу Сиси?
Инь Сычэнь опешил, он с недоумением посмотрел на Шан Кэ.
Конечно, он серьёзен.
Иначе зачем бы ему так беспокоиться о её чувствах?
Он, Инь-шао, когда это он так заботился о чьих-то мыслях?
— Если ты серьёзно относишься к Гу Сиси, тогда что такое Сивэй? — Шан Кэ прямо посмотрел в глаза Инь Сычэню. — То, что я хочу сегодня тебе сказать, касается Сивэй. Сивэй тогда внезапно тебя оставила, и у неё была на то причина. Сычэнь, вы ведь тогда и не расставались официально, верно?
Инь Сычэнь убрал шутливое выражение лица и с серьёзным видом посмотрел на Шан Кэ.
— Я всё время допытывался у Сивэй, почему она тогда внезапно тебя оставила, она сначала наотрез отказывалась говорить. Но сегодня вечером она наконец сказала мне правду. Тогда Сивэй внезапно обезобразили лицо, она не хотела предстать перед тобой искалеченной и боялась твоих расспросов, поэтому могла только убежать одна, спрятаться в углу и тихо залечивать раны. А потом она беспомощно смотрела, как ты безумно ищешь её по всему миру, как ты падаешь духом, как семья заставляет тебя принять семейный бизнес, как ты понемногу выбираешься из тени.
Она хотела сделать тебе сюрприз, но не ожидала, что, едва вернувшись на родину, узнает, что ты уже женился на другой женщине... Сычэнь, Сивэй никогда не изменяла тебе, она всегда любила только тебя. С детства я наблюдал за вами. Сычэнь, скажи мне честно, ты ведь с детства любил Сивэй? Вы с Гу Сиси вместе всего сколько? Два месяца? Всего два месяца — и ты уже изменил? Сивэй действительно стала для тебя неважна?
Сивэй очень жалеет тебя и не хочет ставить тебя в неловкое положение, поэтому она выбрала отступить на позицию хорошего друга и смотреть, как ты будешь счастлив. Но будешь ли ты действительно счастлив? Сможешь ли ты остаться равнодушным, видя слёзы Сивэй? — Шан Кэ вздохнул. — Сычэнь, так поступать с Сивэй действительно несправедливо! В том, что случилось тогда, хоть и есть вина Сивэй, но у неё была причина. Если бы она тогда связалась с тобой, то, возможно, её пластику не удалось бы скрыть!
— Это она попросила тебя мне это сказать? — холодно произнёс Инь Сычэнь.
— Нет, это я сам захотел тебе сказать! — твёрдо ответил Шан Кэ. — Сычэнь, не хочешь ли ты дать себе шанс, а заодно и Сивэй шанс? Чтобы ты хорошенько разобрался в своём сердце и понял, кого ты на самом деле любишь! Ты хорошо относишься к Гу Сиси только потому, что она носит твоего ребёнка. За какие-то два месяца ты не мог в неё влюбиться! Ты просто чувствуешь ответственность!
