Инь Сычэнь только хотел заговорить, как Шан Кэ уже перебил его:
— Сычэнь, даже если я тебя умоляю, хорошо? Ради того, что мы столько лет росли вместе, ради меня, будь добрее к Сивэй! Я не требую, чтобы ты сразу стал к ней очень добр, но дай ей хотя бы шанс! И тебе самому это поможет разобраться в своём сердце! Разве так не будет справедливо ко всем?
Инь Сычэнь смотрел на Шан Кэ. Перед этим другом детства, с которым они вместе росли, он действительно не мог ничего сказать.
Он прекрасно понимал.
Когда-то он любил Жань Сивэй, когда-то сходил по ней с ума.
Но это всё в прошлом.
Если бы Жань Сивэй не исчезла, не попрощавшись, а оставила письмо с просьбой подождать её шесть лет, может, он бы и подождал.
Но Жань Сивэй этого не сделала.
Она ушла, не подумав о чувствах Инь Сычэня.
Потом Инь Сычэнь, разыскивая её, действительно чуть не перевернул всю Европу.
Если бы у Жань Сивэй было хоть немного сострадания, если бы она оставила хоть словечко, Инь Сычэнь, возможно, не был бы таким опустошённым.
Но Жань Сивэй этого не сделала.
Жань Сивэй просто беспомощно смотрела, как Инь Сычэнь сходит с ума, холодно наблюдала со стороны.
Тогда Жань Сивэй было всего восемнадцать! А Инь Сычэню — двадцать два.
Лучшие годы отдали друг другу, самые жестокие муки тоже отдали друг другу.
Шесть лет, целых шесть лет прошло.
Инь Сычэнь уже полностью вырвал Жань Сивэй из своего сердца, когда она снова появилась.
Справедливость? Где тут справедливость?
Если говорить о справедливости, то разве к Инь Сычэню она была справедлива?
Эти слова перекатывались в душе Инь Сычэня, но он не мог их произнести.
Как он пережил те годы, он знал лучше всех.
Именно потому, что когда-то любил, теперь он не хотел разрушать ту прекрасную память.
Просьбу Шан Кэ он не мог отклонить.
Шан Кэ редко с ним о чём-то спорил или что-то отнимал, так было с самого детства.
Инь Сычэнь вообще-то знал, что когда-то Шан Кэ тоже любил Жань Сивэй, но, узнав, что она нравится Инь Сычэню, он выбрал отступить и уступить.
Перед таким другом Инь Сычэню действительно трудно было отказать.
Особенно когда Шан Кэ не требовал, чтобы Инь Сычэнь сразу согласился воссоединиться с Жань Сивэй, а лишь дать ей шанс...
Шан Кэ, видя замешательство Инь Сычэня, слегка нахмурился:
— Сычэнь, ты считаешь, что я лезу не в своё дело? Я просто не хочу, чтобы ты упустил настоящие чувства, которые тебе принадлежат. Ты любишь Гу Сиси, но любит ли тебя Гу Сиси?
Эта фраза попала прямо в цель.
Сердце Инь Сычэня слегка сжалось.
Он действительно не мог быть уверен в чувствах Гу Сиси.
Как он, Инь Сычэнь, никогда прямо не признавался Гу Сиси в своих чувствах, так и Гу Сиси никогда не признавалась Инь Сычэню ни в каких чувствах!
Инь Сычэнь мог быть уверен, что он определённо любит Гу Сиси.
Но он не мог быть уверен, действительно ли Гу Сиси любит его...
В конце концов, с самого первого дня знакомства Гу Сиси держалась холодно.
Инь Сычэнь иногда даже завидовал Чжао Цзэгану, потому что тот когда-то обладал самой чистой любовью Гу Сиси!
Шан Кэ понял, что его слова подействовали, и продолжил:
— Раз так, хорошенько обдумай моё предложение! Кстати, ты сегодня купил особняк? Я через пару дней уезжаю, а Сивэй одна на чужбине — я за неё беспокоюсь. Пусть она поживёт в твоём особняке. Как раз тебе нужно здесь открыть филиал, Сивэй сможет тебе помочь. Хорошенько спроси своё сердце, дай себе шанс и дай Сивэй шанс!
Тут Шан Кэ с чувством сказал Инь Сычэню:
— Сычэнь, Сивэй раньше пострадала. Даже если вы не сможете быть вместе, не обижай Сивэй, хорошо?
Инь Сычэнь подумал: предложение Шан Кэ, пожалуй, неплохое.
Если он возьмёт Жань Сивэй к себе, Гу Сиси, увидев это, наверняка отреагирует.
Если она отреагирует бурно, то это, пожалуй, позволит проверить её чувства к нему?
При этой мысли Инь Сычэнь не отказался и сказал:
— Хорошо, не волнуйся. Даже если мы с Жань Сивэй не сможем вернуть прошлое, я не дам её в обиду!
Услышав такой ответ, Шан Кэ вздохнул с облегчением.
— Вот и хорошо. Иди отдыхай, не буду тебе мешать! — Шан Кэ похлопал Инь Сычэня по плечу. — Я завтра уезжаю! Жона сказала, что беспокоится о Гу Сиси, поэтому она ещё на несколько дней здесь останется. Жону тоже на тебя оставляю!
Инь Сычэнь улыбнулся и в ответ похлопал Шан Кэ по плечу:
— Поговорили о моих делах, а как же ты сам? Ты правда не собираешься объясниться с Му Жоной?
Шан Кэ с улыбкой покачал головой:
— Время ещё не пришло.
— Ладно, уважаю твой выбор, — Инь Сычэнь тихо усмехнулся. — Здесь можешь не волноваться, никто её не обидит, лишь бы она сама никого не обидела.
Наверное, из-за того, что днём сильно устала и произошло столько всего, Гу Сиси проснулась уже утром.
Как только Гу Сиси встала, вошла служанка, чтобы позаботиться о ней.
Гу Сиси опешила и не удержалась от вопроса:
— Как вы здесь оказались?
Эта служанка была не кто иная, как служанка из их дома.
Служанка с улыбкой объяснила:
— Молодая госпожа, мы все приехали! Президент сказал, что мы поживём здесь некоторое время, и беспокоился, что вам будет неудобно с другими людьми, поэтому вызвал нас всех. Управляющий и двое остались присматривать за домом, тётушка Чжан и мы все приехали! Молодая госпожа, я помогу вам умыться?
Гу Сиси на мгновение замерла, затем кивнула:
— Хорошо.
— Молодая госпожа, президент распорядился, чтобы после завтрака вы поехали посмотреть наш новый дом и сказали, чего не хватает, — услужливо сказала служанка. — Тётушка Чжан уже с остальными поехала убирать комнаты, сегодня мы сможем переехать.
Инь Сычэнь уже купил дом?
Как быстро!
Впрочем, жить всё время в чужом доме действительно неудобно.
Гу Сиси молча кивнула.
Только она умылась, как пришла Му Жона с чемоданом.
— А-ха-ха-ха... Наконец-то я могу жить с тобой! Теперь никто мне не помешает!! Мой босс наконец-то убирается! Я свободна! — Му Жона радостно покружилась по комнате Гу Сиси, плюхнулась на диван и с удовольствием принялась кататься. — Наконец-то я могу клеить красавчиков!
Гу Сиси сидела за столом, служанка подала завтрак. Гу Сиси отпила несколько глотков каши и сказала:
— Надо же, Шан Кэ оставил тебя здесь одну, это действительно неожиданно.
— Что это значит? — Му Жона села и с пренебрежением сказала. — Это значит, что моя репутация наконец выросла в цене!
Гу Сиси улыбнулась и промолчала.
Гу Сиси не успела съесть и нескольких ложек, как за дверью раздался стук.
Гу Сиси и Му Жона одновременно подняли головы и увидели Жань Сивэй, стоящую в дверях в развевающемся белом платье:
— Сиси, ты уже встала? Я пришла посмотреть, как у тебя дела со сборами. Скоро мы переезжаем!
Мы?
Гу Сиси опешила.
В глазах Жань Сивэй промелькнула торжествующая улыбка, но на лице было выражение человека, которому неудобно отказать:
— Право, мне и у Цяо Ци хорошо жилось! У Цяо Ци тоже много комнат. Но Сычэнь настаивает, чтобы я переехала жить к вам. Говорит, так веселее, и можно совмещать работу и личное. Ах да, ты ещё не знаешь? Я теперь руководитель отдела маркетинга филиала финансовой группы «Инь» в городе K, так что в будущем мне, наверное, придётся вместе с Сычэнем ходить на работу и с работы! Ах, какая докука! Работать с таким знакомым человеком — всё ещё немного непривычно!!
Слушая Жань Сивэй, Гу Сиси и Му Жона потеряли дар речи.
— А, раз ты уже проснулась, поторопись. Я сначала пойду встречусь с Сычэнем, посмотрю, чего ещё не хватает в доме, и сразу докуплю! Сиси, если тебе чего-то не хватает, скажи мне, тебе неудобно с твоим положением, а я шустрая, мне и купить удобно, — с видом хозяйки Жань Сивэй договорила и легкой походкой удалилась.
Аппетит Гу Сиси мгновенно пропал.
Му Жона скрестила руки:
— Ха! Как увижу Жань Сивэй, так чувствую себя ущемлённой! Раньше жёны клиентов все как одна стерегли от меня своих мужей, будто от воровки! Да ладно, сестра хоть и грудастая, но это не значит, что я дешёвка! Сегодня я наконец увидела: дешёвка и внешность — вообще не связаны! Жань Сивэй объявляет тебе войну! Сиси, ты не должна ей проигрывать!
Гу Сиси молча опустила глаза на еду и тихо сказала:
— Войну? Она вообще не считает меня врагом, верно? Если бы Инь Сычэнь не согласился, разве Жань Сивэй смогла бы поселиться в особняке и стать руководителем отдела маркетинга филиала в городе K?
Му Жона потеряла дар речи.
Да, если бы Инь Сычэнь не согласился, как бы Жань Сивэй так наглела?
Му Жона вспомнила картину, которую видела прошлой ночью, и ей стало ещё неприятнее.
Эта Жань Сивэй, раз любит Инь Сычэня, чего тогда так крепко обнимает Шан Кэ?
Му Жона инстинктивно недолюбливала Жань Сивэй.
— Всё равно, пусть будет как он хочет, — тихо сказала Гу Сиси.
Но хоть она так и говорила, аппетит не возвращался.
Гу Сиси просто отложила палочки и перестала есть.
— Так что, возможно, твоё решение правильное, — серьёзно сказала Му Жона. — Сиси, если ты действительно решишь уйти, я тебя поддержу!
— Спасибо, — Гу Сиси мягко улыбнулась Му Жоне и сменила тему. — Кстати, я всё время не спрашивала, как ты стала вице-президентом компании «Оддс». О тебе я, кажется, тоже ничего не знаю!
Му Жона беспомощно вздохнула:
— Это поистине душераздирающая история! Мой отец был научным руководителем Шан Кэ в магистратуре. Когда он учился в магистратуре, я как раз училась в университете. Однажды он пришёл к нам домой навестить отца, а я приняла его за вора, и потом... он ни с того ни с сего сказал отцу, что с моей специальностью работу, боюсь, будет трудно найти, но ничего, он мне поможет.
А потом, после окончания университета, не успела я разослать резюме, как меня уведомили из университета, что мой архив затребовала компания «Оддс», и я ни с того ни с сего попала в компанию «Оддс», а потом ни с того ни с сего стала руководителем, — беспомощно сказала Му Жона.
