Контент удален!

1 - 85

Услышав от миротворца о состоянии Кан Хён Хо, Юн Сыль не стала подниматься, а лишь сильнее свернулась калачиком. Раз ему так плохо, тем более не хочу его видеть. Чем больше она разговаривала с Хён Хо, тем больнее они делали друг другу. Разум твердил, что нужно пойти к нему до того, как сила выйдет из-под контроля, но в ней снова взыграло упрямство.

Она крепко зажмурилась, словно пытаясь отгородиться от реальности. Но это не помогало выкинуть генерала из головы. Пока она, вжавшись в кровать, притворялась, что ей всё равно, в памяти всплыло одно незначительное воспоминание.

Как-то раз она подхватила неизвестную болезнь и слегла с сильным жаром. Люди в лаборатории шептались, уж не мутация ли это из-за экспериментов, и не то что не ухаживали за ней, а вообще близко не подходили, боясь заразиться.

В той горестной, гнетущей обстановке к ней примчался только Кан Хён Хо. Он обнимал её и успокаивающе похлопывал по спине. Её горящее от лихорадки тело казалось невыносимо тяжёлым, всё болело, и в то же время её бил такой озноб, что слёзы текли сами собой. И всё же она смогла это вынести — потому что Кан Хён Хо почти трое суток не отходил от неё ни на шаг.

Он сам кормил её кашей с ложечки, давал лекарства и гладил по спине, пока она не проваливалась в глубокий сон. Даже когда И Джин Сок суетился вокруг, умоляя его вернуться к делам, Кан Хён Хо не отходил от её постели.

Вспомнив тот день, Юн Сыль без всякой на то причины крепко зажмурила горящие глаза. Если я ещё хоть немного поддамся этим мыслям, то точно расплачусь.

В этот жалкий момент она почувствовала себя лабораторной крысой, бегущей в колесе где-то в углу лаборатории. Как бы быстро она ни бежала, как бы отчаянно ни пыталась всё оборвать, она не могла сбежать от Кан Хён Хо.

Раз сбежать невозможно — придётся встретиться с этим лицом к лицу. Она встала с кровати и направилась к двери.

* * *

Юн Сыль шла к Хён Хо так медленно, как только могла. Идущие по бокам миротворцы торопили её, но она едва переставляла ноги.

Она мысленно открыла крышку ящика, в котором надёжно запечатала свои воспоминания, и начала тщательно их перебирать. Юн Сыль внимательно обдумывала прошлое, которое с момента побега из лаборатории вызывало у неё лишь отторжение.

Никто не мог поспорить с тем, что Кан Хён Хо по-своему заботился о ней. Но именно от этого она чувствовала себя дешёвой вещью, и это сводило её с ума.

Стоя на распутье, она задала себе вопрос: какой выбор сделает мою жизнь лучше? И тут же пришла к выводу: она должна положить этому конец, в любой форме. Обломок лезвия бритвы, спрятанный в рукаве, казался сейчас особенно тяжёлым.

Подойдя к железной двери, за которой был заперт Кан Хён Хо, она на секунду замешкалась, но затем обратилась к стоявшему рядом врачу:

— Я сделаю так, чтобы генерал не сорвался. Пожалуйста, позвольте нам побыть наедине, совсем недолго.

После долгих (или, возможно, коротких) размышлений она приняла решение: она полностью, до основания, разрушит свою первую любовь.

* * *

Только после ожесточённого спора между миротворцами Юн Сыль разрешили войти к Кан Хён Хо одной.

Она с силой толкнула тяжёлую железную дверь. Чувство было непривычным. В лаборатории она всегда лишь ждала, когда эта дверь откроется. Но сейчас её открывала она сама. Значит, всё в порядке. Больше я никогда не буду той, кто ждёт.

Скрип.

Звук, с которым с трудом поддавалась тугая дверь, резал слух.

Кан Хён Хо по-прежнему был привязан к стулу. Со вчерашнего дня ничего не изменилось, и возникла жутковатая мысль, будто время остановилось только здесь.

Если бы он не дышал тяжело и хрипло от боли, а выглядел так же, как вчера, она бы усомнилась, прошёл ли вообще день.

Юн Сыль было интересно, о чём он сейчас думает. Грустно ли ему и тяжело сидеть вот так, глядя в стену? Понял ли он хоть немного, каково было мне? Осознал ли, как это страшно, когда тревога и одиночество перерастают в ужас, который пожирает тебя изнутри?

Но тут же она поняла, что это лишь пустые надежды, и криво усмехнулась. Глупо ожидать, что Кан Хён Хо, просидевший взаперти всего день, почувствует те же муки, что и она за долгие двадцать шесть лет.

Он наверняка слышал, как открылась дверь, но не смотрел в её сторону, сидел с закрытыми глазами. Не знает, кто вошёл, или знает, но притворяется? Непонятно.

Кан Хён Хо выглядел по-настоящему больным. Нет, он и до этого был болен, правильнее сказать, что он достиг своего предела.

При виде него к горлу подкатил комок. Но в то же время возникло и злое, мстительное желание: сделать так, чтобы ему, страдающему, стало ещё хуже. Она медленно подошла к пленнику.

Только когда она остановилась прямо перед ним, Кан Хён Хо открыл глаза и посмотрел на неё снизу вверх. Юн Сыль безучастно разглядывала его лицо с помутневшим взглядом. В его чёрных глазах, как в зеркале, отражалась она сама. Прямые, чёткие брови, точёный нос, губы, краснее обычного... Он по-прежнему был очень красив. Поддавшись порыву, Юн Сыль протянула руку и коснулась его лица.

Кожа Кан Хён Хо под её пальцами пылала, как в огне. Он полуприкрыл глаза, наслаждаясь прикосновением её руки. И стоило ей хоть немного отстранить ладонь, как он, словно ластящийся пёс, тянулся лицом следом, выпрашивая ещё.

Юн Сыль не стала отдёргивать руку с отвращением и молча принимала его ласку. Она убрала чёлку с его лба и погладила щёку, всё ещё припухшую от удара. Этот красивый мужчина так часто поступал со мной жестоко. Он игнорировал её отказы, безжалостно топтал чувства и ни во что не ставил её мнение.

Наверное, у Кан Хён Хо была своя, вполне обоснованная версия событий. Ведь память у каждого своя, и каждый пишет её так, как ему удобно. Все используют воспоминания в своих интересах. Может, и она сама бессознательно поступает так же. Поэтому она не хотела его за это осуждать.

— Я...

Стоило Юн Сыль произнести одно слово, как взгляд Кан Хён Хо прояснился. Он свято верил, что эта ласковая Юн Сыль сейчас жалеет его. И, как дурак, с замиранием сердца ждал её следующих слов.

— ...теперь я понимаю генерал-лейтенанта Кана.

Услышав это, Кан Хён Хо перестал дышать. Но, в отличие от слов, обещающих милосердие и принятие, выражение её лица было совершенно иным. Глядя на напрягшегося генерала, Юн Сыль не то рассмеялась, не то заплакала.

— Вот так, оказавшись на твоём месте...

Она обещала себе говорить как обычно, но ничего не вышло. Глядя на то, как мужчина, который раньше втаптывал её в грязь, теперь сидит связанный и жалобно смотрит на неё снизу вверх, с языка сами собой срывались жестокие слова:

— ...понимаю, что с тобой очень легко обращаться как с грязью.

— Я никогда не обращался с тобой как с грязью, — Кан Хён Хо возразил ей в ту же секунду. — Я правда никогда так...

Он попытался оправдаться, но с его губ сорвался лишь жалкий, болезненный стон. Ему нечего было сказать. Что бы он сейчас ни говорил, прошлого это не изменит. То, что он ни во что её не ставил, бросая фразы вроде «от такого целителя всегда можно избавиться», было фактом. Но и оставить всё как есть он тоже не мог.

— Дай мне... дай мне шанс всё исправить.

Юн Сыль продолжала гладить лицо Хён Хо, умолявшего её голосом тише дыхания. Его промокший от пота лоб и покрасневшие глаза выглядели жалко. Девушка тщательно запечатлела в памяти его лицо и звук его дыхания. Ведь она видит это в последний раз.

— Пойдём со мной. Если тебе не нравится Центральный сектор, пойдём туда, куда ты захочешь.

Кан Хён Хо так и не смог заставить себя сказать «прости». Он чувствовал, что пустые извинения не изменят её решения. Поэтому вместо извинений он умолял:

— Я всё сделаю правильно, начну с самого начала. Сыль-а, прошу, хотя бы раз...

— Чтобы вот так просто поверить в эту ложь... — Юн Сыль не злилась, её голос звучал тихо и ласково. — ...я слишком выросла. Правда ведь?

На её вопрос Кан Хён Хо ничего не ответил. Заметив, как мелко дрожат его веки, Юн Сыль сделала шаг назад. Испугавшись, что она сейчас уйдёт, он торопливо позвал:

— Юн Сыль.

— Нет. Не называй меня так.

Голос Юн Сыль был твёрдым, но не ледяным.

— Я хочу, чтобы генерал-лейтенант Кан просто... запомнил меня как ту самую Пан Уль, которую он когда-то приручил.

Она как ни в чём не бывало произнесла имя, которое считала самым унизительным, при этом надавив пальцем на край рукава. Спрятанное лезвие больно кольнуло подушечку.

— Я тут подумала о своём месте, про которое мне так часто говорил генерал-лейтенант Кан.



1 - 1 19.05.26
1 - 2 19.05.26
1 - 3 19.05.26
1 - 4 28.05.26
1 - 5 28.05.26
1 - 6 28.05.26
1 - 7 02.06.26
1 - 8 02.06.26
1 - 9 02.06.26
1 - 10 10.06.26
1 - 11 10.06.26
1 - 12 10.06.26
1 - 13 17.06.26
1 - 14 17.06.26
1 - 15 17.06.26
1 - 16 24.06.26
1 - 17 24.06.26
1 - 18 24.06.26
1 - 19 24.06.26
1 - 20 24.06.26
1 - 21 03.07.26
1 - 22 03.07.26
1 - 23 03.07.26
1 - 24 08.07.26
1 - 25 08.07.26
1 - 26 08.07.26
1 - 27 15.07.26
1 - 28 15.07.26
1 - 29 15.07.26
1 - 30 15.07.26
1 - 31 23.07.26
1 - 32 23.07.26
1 - 33 23.07.26
1 - 34 28.07.26
1 - 35 28.07.26
1 - 36 28.07.26
1 - 37 04.08.26
1 - 38 04.08.26
1 - 39 04.08.26
1 - 40 04.08.26
1 - 41 12.08.26
1 - 42 12.08.26
1 - 43 12.08.26
1 - 44 20.08.26
1 - 45 20.08.26
1 - 46 20.08.26
1 - 47 25.08.26
1 - 48 25.08.26
1 - 49 25.08.26
1 - 50 04.09.26
1 - 51 04.09.26
1 - 52 04.09.26
1 - 53 16.09.26
1 - 54 16.09.26
1 - 55 16.09.26
1 - 56 16.09.26
1 - 57 16.09.26
1 - 58 16.09.26
1 - 59 28.09.26
1 - 60 28.09.26
1 - 61 28.09.26
1 - 62 29.09.26
1 - 63 29.09.26
1 - 64 29.09.26
1 - 65 18.10.26
1 - 66 18.10.26
1 - 67 18.10.26
1 - 68 18.10.26
1 - 69 18.10.26
1 - 70 18.10.26
1 - 71 25.10.26
1 - 72 25.10.26
1 - 73 25.10.26
1 - 74 28.10.26
1 - 75 28.10.26
1 - 76 28.10.26
1 - 77 новое 21.11.26
1 - 78 новое 21.11.26
1 - 79 новое 21.11.26
1 - 80 новое 21.11.26
1 - 81 новое 21.11.26
1 - 82 новое 21.11.26
1 - 83 новое 21.11.26
1 - 84 новое 21.11.26
1 - 85 новое 21.11.26
1 - 86 новое 21.11.26