Лицо Хабана просияло, и Лия невольно усмехнулась. Он выглядел почти трогательно.
— Кажется, я потерял десять лет жизни, — сказал он, усаживаясь напротив.
— Давай немного поговорим.
Лия подвинула к нему нетронутые закуски, и Хабан тут же начал по одной их уничтожать.
— …Он, наверное, очень зол, да?
Не нужно было уточнять, о ком речь. Хабан проглотил печенье.
— Вам не стоит об этом беспокоиться, — небрежно махнул он рукой. — Курканы безумно преданы своей паре, это в нашей природе. Если вы прольёте хоть одну слезу, Ишакан сочтёт это своей неудачей.
Лия вспомнила их последнюю встречу. Ишакан не показался ей человеком, которого легко выбить из равновесия. Хабан внимательно посмотрел на неё.
— Ишакан слишком уверен в себе, — осторожно добавил он. — Я не понимаю, как он может говорить, что ему всё равно, если в вашем сердце есть кто-то другой…
Хабана многое тревожило. Ему казалось странным, что Ишакан так легко принимает подобное и так быстро отказался от плана увезти её в пустыню.
— Не знаю, как объяснить… — продолжил он. — Просто он такой сильный характером… Не думаю, что стоит слишком глубоко анализировать его слова. В эмоциональном смысле.
Он схватился за голову.
— Я уже говорю как Генин. В общем… лучше пока позволить всему идти своим чередом.
— …Понятно.
Лия задумчиво покрутила в руках остывшую чашку.
— У меня к тебе просьба.
Глаза Хабана расширились.
— Есть место, куда я хочу сходить. Ты мог бы сопровождать меня сегодня ночью?
Вернувшись во дворец, Лия дождалась глубокой ночи. Она достала из шкафа тёмный плащ и накинула его. Спустя некоторое время раздался тихий стук по стеклу. Лия открыла двери на балкон.
Хабан сидел на перилах.
Подхватив Лию на руки, он бесшумно покинул дворец. Вскоре они оказались в тёмном переулке, где слышались шум и голоса ночного рынка. Переулок находился в стороне от огней и был почти полностью погружён во тьму.
Согласно вспышке воспоминания, именно здесь она видела томари. Она едва могла описать место и не знала, где оно находится, но Хабан сразу понял.
Медленно Лия осмотрелась. В прошлый раз она пряталась за чьей-то широкой спиной. Она надеялась, что личное присутствие пробудит больше воспоминаний, но ничего не пришло.
Она не разочаровалась. Она намеревалась посетить все места, вызывающие это чувство дежавю. Следующим будет старая гостиница, где Ишакан кормил её.
— …?
На мгновение Лия усомнилась в своём зрении, заметив фигуру вдали. Лица было не видно, но силуэт был знаком.
Бён Гёнбэк.
Он быстро огляделся и юркнул в другой переулок. Что он делал здесь один, без охраны, в таком уединённом месте?
— Может, пойдём в другое место…? — осторожно предложил Хабан.
Он явно нервничал. Лия пристально посмотрела на него, и он неловко переступил с ноги на ногу. Она уже собиралась спросить, что он знает, как вдруг Бён Гёнбэк выскочил обратно из переулка, крича:
— А-а-а!!!
Следом выбежали окровавленные томари, в панике спасаясь бегством. Но далеко они не убежали. Из тьмы внезапно появились фигуры.
Когда они бросились на томари, Хабан резко схватил Лию и спрятал её за стеной соседнего переулка, поспешно закрыв ей глаза.
Она всё равно слышала ужасный хруст костей. Слышала крики. Чувствовала запах крови.
Когда всё стихло, Лия оттолкнула его руку и выглянула из-за угла.
Среди тел стояли курканы. Это первое, что она увидела.
Затем из тьмы вышел мужчина и подошёл к Бён Гёнбэку. С его рук капала кровь. Его холодные золотые глаза были пугающими. Лия знала, что он не причинит ей вреда, но даже так по её коже пробежал холодок.
Бён Гёнбэк, весь в крови, умолял:
— Пожалуйста… пожалуйста, позвольте мне… жить…
Ишакан молча затянулся сигарой, изучая его. Выдохнул дым.
— Зачем ты ходил к томари? — его голова чуть наклонилась. — Разве не потому, что хотел умереть?
— Н-нет… нет, Ишакан… — заикаясь, вскрикнул Бён Гёнбэк. — Я должен был убедиться, что на меня не наложено заклинание!
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления