Онлайн чтение книги Хищный брак Predatory marriage
318 Иша (18)

Королю потребовалось совсем немного времени, чтобы понять горькую истину: древний мог убить его с самого начала.

Полукровка не спешил. Он играл. Хладнокровно, методично, словно хищник, который сначала даёт добыче осознать собственную беспомощность. Каждый удар, каждое столкновение клинков было не попыткой закончить бой, а демонстрацией — вот она, разница между нами.

Когда до короля окончательно дошло, что происходит, его глаза налились кровью. Но вместо гневной речи из его груди вырвался лишь сдавленный стон.

Он опустил взгляд — и увидел изогнутый меч, глубоко вошедший в его живот. Подняв глаза, он встретился с золотым сиянием.

Последних слов ему не дали.

Когда клинок выдернули, тело короля медленно подалось вперёд и рухнуло на холодный белый камень. Кровь растеклась тёмным пятном, быстро расширяясь по полу.

Так закончилась его власть.

Иша тихо выдохнул, будто только сейчас позволил себе отпустить напряжение, и вложил меч в ножны. Затем наклонился, поднял окровавленной рукой корону, упавшую в пылу боя, и без колебаний водрузил её на голову.

Когда он повернулся к залу, курканцы уже падали ниц.

— О король Куркана!

Их голоса слились в единый гул, прокатившийся по дворцу.

По телу Иши прошёл резкий импульс — почти боль, почти восторг. Его губы медленно растянулись в улыбке, в которой было слишком много дикости, слишком много первобытной радости, чтобы её можно было назвать просто торжеством.

С этого мгновения его звали иначе.

Ишакан.

Весть о новом короле Куркана разлетелась по континенту не сразу, но неумолимо. Люди шептались о том, как он убил прежнего правителя, занял трон и — что важнее всего — положил конец бесконечной гражданской войне.

Разделённые племена вновь стали единым народом.

Когда власть окончательно укрепилась, Ишакан почувствовал, что пришло время исполнить долг, который он носил в себе все эти годы.

Принцесса Лия де Эстия.

Она спасла ему жизнь. И этот долг нельзя было оставить неоплаченным.

Иногда он пытался представить, какой она стала. Сереброволосую девочку он помнил слишком отчётливо — её фиолетовые глаза, прозрачные и упрямые, её маленькую ладонь, протянутую к нему в темноте. Но взрослая Лия… образ ускользал.

Даже если она выросла, она всё равно останется меньше любой курканской женщины. Достаточно маленькой, чтобы он мог легко поднять её на руки.

Он невольно улыбался, представляя, как она отреагирует, увидев того истощённого мальчика, спасённого из ямы, выросшим в мужчину.

Его внешность изменилась почти до неузнаваемости. Но глаза остались прежними.

Золотые.

Стоит ей взглянуть в них — и она всё вспомнит.

Он как раз размышлял, когда отправиться в Эстию, когда в его дворец принесли неожиданную новость.

— Принцесса Эстии выходит замуж за Бён Гёнбэка.

— За того, что похож на жабу? — машинально бросил он.

Курканцы вокруг рассмеялись, но Ишакан не шутил. В груди что-то неприятно сжалось. Бён Гёнбэк был старше принцессы на двадцать пять лет. Как можно отдать Цветок Эстии такому человеку? Даже если они боятся Курканов.

И вдруг он вспомнил её голос. 
Я не так уж важна.

Эти слова прозвучали отчётливо, словно она стояла рядом. Ишакан мгновенно понял, что должен сделать.

Он спасёт её. Так же, как она спасла его когда-то.

Наверняка она будет рада, если он вытащит её из этой свадьбы. А если ей некуда будет идти — он приведёт её в пустыню. В Куркане есть немало тех, кто обязан ей жизнью и встретит её с величайшим почтением. Он — прежде всех.

— Что ты собираешься делать? — спросил Хабан, и остальные вожди повернули к нему головы.

Они знали, кем была для него принцесса Эстии. Ишакан прищурился, размышляя лишь мгновение.

— Мы должны действовать, — произнёс он наконец.

Эстия по-прежнему кишела работорговцами — наследием прежнего короля. Оставшихся пленников нужно было освободить. Его губы медленно изогнулись.

— Пожалуй, стоит испортить свадьбу Бён Гёнбэка.

Никто в зале не возразил. Напротив, в глазах вождей загорелось предвкушение. Каждый из них с радостью разорвал бы этого человека на части. Ишакан улыбнулся шире.

— Отправляемся в Эстию.