Принцесса колебалась лишь мгновение. Времени не осталось даже на сомнение. Ей пришлось принять его решение — и ту ответственность, которую оно за собой влекло.
Они посмотрели друг на друга. В этом коротком взгляде было больше слов, чем можно было произнести вслух.
Иша не смог отвести глаз. Тишина сгустилась, и он сглотнул. Несколько слов стояли на кончике языка, почти срывались — но сейчас было не время. Спрашивать, увидятся ли они снова, бессмысленно. Их пути пересеклись всего в одной точке, и она исчезнет, как только этот миг закончится.
Принцессе Эстии не место рядом с бывшим курканским рабом. И всё же в груди вспыхнуло упрямое желание — оставить что-то. След. Обещание.
— Принцесса… — произнёс он тихо. — Меня зовут Иша.
— Иша, — повторила она.
Его имя прозвучало иначе, будто стало чем-то новым. Он вдруг понял, что никогда прежде не слышал его так.
— Надеюсь… ты запомнишь, — слова вышли почти неловко, слишком откровенно. Он поспешил добавить: — Я отплачу тебе. И…
Он глубоко вдохнул.
— …твои глаза тоже красивые.
Она рассмеялась. Лёгко, чисто — словно над полем впервые запела утренняя птица. Её глаза изогнулись в улыбке.
— Спасибо. Я запомню, Иша.
Он смотрел ей вслед, пока серебряные волосы не исчезли за поворотом. И только убедившись, что она далеко, рванул в противоположную сторону. Лай собак разносился всё ближе.
Перед глазами плыло. Ноги едва слушались.
Но внутри — странная лёгкость. Почти опьяняющая. Боль будто отступала перед чем-то большим.
Он был свободен.
Он мечтал об этом так долго, что перестал верить, что это когда-нибудь случится. Теперь горизонт лежал перед ним открытым. Солнце тонуло в огне заката. Небо залилось алым. Впереди — пустыня. Если повернуть назад — бескрайние земли континента.
Куда ушли остальные?
Все они хотели домой. Но пустыня принимала лишь чистокровных. Полукровкам там грозила смерть. Уйти вглубь материка казалось единственным разумным выходом. Ветер трепал его изорванную одежду. Иша провёл рукой по волосам.
Пора было решить.
Самый простой путь — исчезнуть. Найти тихое место, жить незаметно. Не связываться ни с кем. Но… этого было бы недостаточно. Он вспомнил, как полукровок продавали, как товар. Как их ломали, «приучали», чтобы дороже выставить на торги. Вспомнил Мела — того, кто до конца гордился тем, что родился курканом.
И это его не спасло.
Перед глазами снова вспыхнуло тело друга. Крик детей. Их отчаянный бросок на дрессировщиков.
И в памяти возникла она. Серебряные волосы в темноте подземелья. Фиолетовые глаза. Голос, который разрезал его отчаяние. На губах Иши появилась едва заметная улыбка.
Он думал, выбор будет тяжёлым. Но ответ был ясен. Есть только один путь. Иша сделал шаг — туда, где будет трудно. Туда, где придётся бороться.
И уже не оглянулся.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления