Лия подняла взгляд на Ишакана, тяжело дыша. В темноте он казался прекрасным, но под лунным светом — ещё красивее. Ей пришлось собрать волю, чтобы успокоить дыхание, пока его золотые глаза, полные наслаждения, смотрели на неё.
— Почему ты так часто шевелишь губами? — прошептал он, коснувшись их языком. — Это провоцирует меня целовать тебя.
Несправедливо было винить её, ведь она делала это не нарочно. Его ладони скользнули вниз и сжали её ягодицы.
— Т-твои руки… — покраснев, прошептала она.
Он отпустил её и снова обнял. И вдруг, просто оказавшись в его объятиях, она почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Лия сжала губы, но слёзы всё равно покатились по щекам.
— …Лия?
Она уткнулась лицом ему в грудь, не желая, чтобы он видел её плачущей. Но Ишакан поднял её подбородок, заставляя показать заплаканное лицо.
— Ты так сильно ненавидишь целовать меня? — тихо спросил он.
— Нет! — выдохнула она сквозь слёзы.
Его губы коснулись её век, влажных ресниц, и даже это прикосновение согрело её изнутри. Она закрыла глаза и всхлипнула.
Игнорирование со стороны Ишакана оказалось больнее, чем она могла представить. Вид его спины, отвернувшейся от неё, причинял странную тревогу, будто где-то внутри жила боязнь, что, однажды отвернувшись, он больше не оглянётся.
Один поцелуй принёс ей такое облегчение, что она расплакалась. Может, это выглядело глупо. Но для неё — нет.
Внезапно мысль отпечаталась в её сердце:
Я не могу жить без этого человека.
Она потёрлась лицом о его грудь, пряча слёзы. В последнее время эмоции выходили из-под контроля, казалось, всё заставляло её плакать.
И вдруг внизу живота что-то странно дрогнуло.
Ощущение было необычным — словно внутри неё что-то шевельнулось. Её рука автоматически легла на живот, и под пальцами она снова это почувствовала.
Что-то… двигалось.
— …!
Лия побледнела. Раньше подобное она связывала с чаем Сердины. Но теперь она его не пила. Тогда почему?
Шевеление повторилось.
Ишакан мгновенно накрыл её ладонь своей.
— Что? — встревоженно спросил он. — Болит?
— Нет… — прошептала она, ощущая его большую тёплую ладонь на своём животе. — Внутри… что-то двигается. Я думала, это из-за чая…
Ишакан слушал спокойно. Он даже приоткрыл рот, будто собирался сказать что-то, но закрыл его.
— Думаю, нужно позвать лекаря, — серьёзно сказала Лия. Голос её стал ровным. — Я не понимаю, что происходит…
— Тебе не нужен лекарь. Ты не больна.
— Это заклятие?
— Нет.
Он вздохнул и впервые замялся.
— Постарайся не слишком шокироваться, — сказал он, не убирая руку с её живота. — Лия… ты беременна.
Она моргнула.
Ещё раз.
— …Что?
Это было невозможно. Невероятно.
— Как…? — прошептала она, ошеломлённая.
— И после всех наших стараний, — тихо добавил он.
Она уставилась на него, ожидая, что он рассмеётся и скажет, что это шутка. Но, несмотря на лёгкую иронию в голосе, он был абсолютно серьёзен.
— Значит… ребёнок… наш? Твой и мой? — слабо произнесла она.
— А с кем ещё? — немного раздражённо спросил он.
Лия не нашлась, что ответить. Она скрестила руки на груди, словно защищаясь.
— Я понимаю, что многое забыла. Но ты говоришь, что я беременна, когда я… я ведь не могу зачать?
Ишакан наклонился ближе, их носы почти соприкоснулись. Она снова задержала дыхание.
— Хочешь, я напомню тебе? — его голос стал низким и опасно мягким. — Как мы создали нашего ребёнка?
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления