Его замешательство длилось лишь мгновение. Теориус громко расхохотался. Его раскатистый смех пробивался сквозь толстые стены и эхом разносился по коридору. Он что, совсем спятил?

Архен поставила чашку, из которой собиралась отпить, и заткнула уши.

Когда Теориус, утирая слезы, вдоволь насмеялся, Архен наконец сказала:

— Тео. Я серьезно.

— Знаю, знаю. Ты всегда серьезна. Но как тут не смеяться? Принять тебя, да еще и за суккуба, а не за кого-то другого.

На взгляд Теориуса, Архен была настолько благородна и прекрасна, что её хотелось заполучить, даже когда она просто сидела без дела, но, если говорить объективно, она совершенно не умела соблазнять. Точнее, была в этом полным нулем.

Если объективно оценивать навыки соблазнения Архен, то они... ну, как у булыжника.

У неё изначально не было ни желания, ни страсти кого-то добиваться, и когда другие вились вокруг неё, виляя хвостом, она не проявляла никакой реакции. Если ей кто-то не нравился, нужно было четко провести черту, но она этого не делала. Она просто придерживалась позиции: «Делайте что хотите, мне-то какое дело».

Принять Архен, которая даже подмигнуть толком не умеет, за суккуба — во всем этом огромном мире на такое способен только один этот тупоголовый человечишка.

Сделаем сто, нет, тысячу уступок. Допустим, он ошибся, впервые увидев Архен. Но то, что это недоразумение не разрешилось до сих пор, хотя прошел почти год с тех пор, как он оказался в замке Владыки Демонов, — это нонсенс. Если только она не скрывала это намеренно.

Подожди-ка. Неужели она специально это скрывает?

Теориус промокнул слезы в уголках глаз.

— Есть какая-то причина, по которой ты не можешь раскрыть свою личность?

Архен слегка прикусила нижнюю губу и кивнула. Затем она сухим тоном пересказала всё, что произошло с момента её первой встречи с Амугэ и до сегодняшнего дня.

Это было неожиданно интересно, но в то же время отвратительно. Он и так знал, но слышать из уст Архен о том, что она делила с кем-то постель, было невыносимо. Архен, не замечая, как каменеет лицо Теориуса, продолжала рассказ.

В её рассказе была упущена деталь, о которой Теориусу уже доложил его помощник. А именно — история о том, как этот глупый человек прикоснулся к реликвии предыдущего Владыки Демонов. Архен очень хитро и заботливо опустила ту часть, за которую человека можно было бы осудить. Совершенно не осознавая, что этим только сильнее злит Теориуса.

— ...Вскоре я собираюсь отправить Амугэ обратно в мир людей. Поэтому не вижу смысла раскрывать правду.

— Ты так сильно не хочешь испортить отношения с Амугэ?

Какая разница, если она станет для него объектом ненависти? Не стоит придавать значение чувствам какого-то жалкого человека к великому существу.

Но, в отличие от Теориуса, Архен странным образом оглядывалась на этого человека. Если подумать, это касалось не только сегодняшнего дня. Все её перемещения были слишком осознанными и предупредительными по отношению к нему. Словно она переживала, что Амугэ расстроится, увидев её с другим мужчиной.

...Ха. Проклятье. Непробиваемая Архен уже догадалась о чувствах этого ублюдка.

— Тео, ты не понимаешь. Через многое пришлось пройти, прежде чем наши отношения стали такими, как сейчас. Я уже привыкла к дружелюбному Амугэ, и у меня нет сил снова терпеть его презрительные взгляды, как раньше.

— Вот как?

— Я знаю, что поступаю эгоистично.

— ...

— Именно поэтому я так хочу, чтобы ты изгнал духа, вселившегося в Амугэ.

Каждое слово Архен было подобно удару топора по терпению Теориуса. Наши? С каких это пор появилось «наши»? Единственный, с кем ты можешь быть «мы», — это я.

Он погладил раненую шею и через силу натянул улыбку.

— Значит... ты позвала меня, чтобы хоть немного облегчить свою вину?

В глазах Архен промелькнуло смятение.

— Это...

— Всё в порядке, Ари. Я всё понял.

***

Блядь, блядь, блядь!

Оказывается, не только этот ублюдок Амугэ питал к ней чувства. У Архен тоже явно что-то к нему было.

Этого он не предвидел. Архен ведь и мимо бродячей собаки пройти не могла, чтобы не притащить её в замок. Поэтому он думал, что её внимание к человеку — лишь очередное проявление её дешевой жалости.

— Ох-х, господин Теориус. Вы же руки себе испортите!

Кровь струилась из его рук, которые он искусал от тревоги. Атали суетился вокруг, всем видом показывая, что хочет немедленно применить божественное исцеление. Комната представляла собой жалкое зрелище: повсюду валялись брошенные, разбитые и порванные вещи.

Хотя Теориус всегда сохранял невозмутимость и улыбался, это было лишь защитным механизмом, скрывающим его слабую психику. Стоило чему-то пойти не по его плану, как он начинал бесконечно разрушать всё вокруг себя, пока проблема не решалась.

Его голова разрывалась от самых худших сценариев, которые он только мог себе представить. Что, если этот ублюдок упрется и решит остаться в мире демонов? Что, если они действительно принесут клятву Оку Манолиска?

Нет, нет. В первую очередь надо было беспокоиться о том, чтобы грязное человеческое семя не пустило корни в утробе Архен.

Теориус окровавленными руками вцепился в свои волосы и взвыл. Атали, словно привыкнув к такому зрелищу, суетливо налил воды и подошел. Но не успел он протянуть стакан, как его схватили за шкирку.

Дзынь! Острый звук бьющегося стекла раздался прямо под ногами.

— Я нашел её первым. Она моя!

— Д-да, конечно. Вне всяких сомнений. Всё принадлежит вам, господин Теориус. Вы можете получить всё, что пожелаете.

— Ведь так? Я прав?

— Безусловно. Разве могут быть сомнения.

— Но почему мне так тревожно? Кажется, Ари уже попала в лапы этого ублюдка.

— Это абсолютно невозможно. Если вы так волнуетесь, почему бы не пригласить госпожу Архен в ваши владения? Она наверняка будет тронута, увидев особняк, который вы заново обставили специально для неё.

— Ты ничего не знаешь об Ари.

На налитых кровью глазах Теориуса выступили слезы. Слезы, порожденные одержимостью и упрямством, требующими получить желаемое любой ценой.

— Ох-х, успокойтесь. Наверняка есть другой выход. Вы же не собираетесь вот так сдаться?

— Не неси старческий бред!

— Да, старческий бред. Вы правы.

О сдаче не могло быть и речи. Архен даже не представляла, сколько усилий он вложил в то, чтобы сделать её всецело своей.

Среди всего, чем Теориус страстно желал обладать, самым прекрасным и ценным была Архен. Он потерял сердце в тот самый миг, когда впервые её увидел. Каждая деталь, составляющая её суть, была идеальна. Он был уверен: она рождена специально для него.

И такую Архен он не мог отдать какому-то ничтожному человеку. Теориус стиснул челюсти, пытаясь успокоить мечущиеся в тревоге мысли.

— Ох-х-х!

Как обычно, восстановить душевное равновесие оказалось непросто. Он отшвырнул Атали и тяжело опустился на диван.

— Нечего бояться. Все козыри всё равно у меня в руках.

Архен полностью доверяла ему, и существовало множество способов разрушить их отношения.

Теориус глубоко вздохнул, чтобы унять дрожь. Возможно, сейчас не кризис, а шанс. Ари. Только я могу принять тебя такой, какая ты есть.

***

— Ты правда нашел способ?

Архен, даже забыв умыться, прибежала в комнату, где остановился Теориус. Вся его комната была завалена всевозможными книгами и исписанными листами бумаги. Было очевидно, что он потратил немало времени, ломая голову ради Амугэ.

— Да. Это будет нелегко, но возможно.

— Слава богу. Амугэ прошлой ночью снова пошла кровь из носа. Какое-то время всё было тихо, я уж понадеялась, что ему стало лучше.

— ...Ты с ним виделась? Я же говорил не встречаться до экзорцизма. Мстительный дух не должен ни о чем догадаться.

— Мы виделись от силы минут пять.

Настроение Архен упало, когда в её мыслях внезапно всплыло лицо Амугэ.

Вчера вечером было очень нелегко прогнать его, когда он стоял перед дверью её спальни с таким мрачным видом. Он плакал? Края его глаз были красноватыми, а губы распухли и казались темнее обычного.

В глубине души ей тоже было обидно. Она даже не поговорила с ним толком. Они просто долго стояли молча, разделенные порогом.

Архен не могла смотреть ему прямо в глаза, но чувствовала его взгляд, который обжигал, словно огонь. Было очевидно, что Амугэ сдерживает себя изо всех сил.

В конце концов Архен первой закрыла дверь спальни. И даже после этого звука удаляющихся шагов не было слышно еще очень долго.

— Ари. Не будь такой беспечной. От силы минут пять? Даже просто пройти мимо него опасно. О том, чтобы перекинуться хоть словом, не может быть и речи, и даже не смотри ему в глаза. Никаких контактов, понятно? Ты же не хочешь, чтобы все мои старания пошли прахом?

— ...

— Ты меня слышишь?

— ...Да.