Под бескрайним ясным небом царило оживление. Два часа полёта того стоили: перед ними раскинулся фестиваль поистине грандиозных масштабов.

Прилавки ломились от разнообразных товаров: здесь были и диковинные фрукты, которых Вален отродясь не видел, и бутылки с напитками, словно вобравшими в себя сияние северного сияния. Уличные артисты и маги устраивали красочные представления.

В воздухе шли соревнования по полётам со ставками и магические шоу. На улицах под звонкие мелодии лютни, лиры и органа демоны, не разбирая кто есть кто, брались за руки и пускались в пляс. Любой клочок земли, на который можно было ступить, становился сценой.

Но ничто из этого не могло надолго удержать внимание Валена. В отличие от четырёх возбуждённых демонов, он один пребывал в пучине самоуничижения. Если бы поблизости нашлась подходящая стена, он бы бился об неё головой, пока череп не треснет.

Архен и Фин, словно заранее спланировав, что будут есть и как развлекаться, без колебаний направились к одному из прилавков. В отличие от её глаз, сияющих ярче звезд, шаги Архен были жалкими: медленными и неуверенными.

Пока двое демонов расплачивались за какие-то непонятные шашлычки, Вален опустил взгляд на свою промежность.

— ...Животное.

Сказал он сам себе.

Всю дорогу до фестиваля Вален испытывал душевные муки, сравнимые с пытками. Сначала он был в панике, боясь, что Архен сдует ветром, а когда немного привык, думал, что сойдёт с ума от пульсации между ног. Архен, решив, что у него страх высоты, всю дорогу поглаживала его по руке, но, к сожалению, это ни капли не помогло.

Вален не мог признаться ей, искренне переживающей за него, в грязной правде о своей эрекции, поэтому ему приходилось незаметно отодвигать таз назад.

Ему казалось, что он ничем не отличается от солдат из своего отряда в прошлом, которые вечно бесились, как течные псы. Одно дело — считать их жалкими, но когда этот омерзительный образ наложился на него самого, к горлу подкатила тошнота.

Если он не возьмёт себя в руки, то рискует до конца своих дней остаться лишь поставщиком спермы для Архен по собственному желанию. Внезапно накатило чувство тревоги. Возьми себя в руки, блядь. Он твердо решил, что больше не позволит Архен так легко на себя влиять и будет держать дистанцию.

— Скажи «а-а».

— А.

Услышав внезапный голос снизу, Вален бессознательно открыл рот. И не только это. Он ещё и наклонился, чтобы быть на одном уровне с глазами Архен. Он даже не заподозрил неладного, пока ему в рот что-то не сунули.

— Как на вкус?

Спросила Архен, принявшая облик старухи.

— Вкусно, похоже на жареные грибы.

— Понравилось?

— Нормально.

Услышав утвердительный ответ Валена, её лицо засияло, словно включили свет. Архен обернулась и крикнула Фину, который всё ещё стоял у прилавка:

— Амугэ говорит, что вкусно!

— Сколько взять?

— Восемь штук!

Только тогда Вален понял, что его использовали.

Он забрал пустую палочку из рук Архен.

— Чем ты меня накормила?

Вместо ответа Архен указала на деревянную вывеску над прилавком. На ней была нарисована пухлая пчела в цветочном венке, улыбающаяся и держащая трезубец.

— Только настоящий мастер может полностью удалить ядовитое жало из пчелы.

То, что она добавила потом, было вообще ни в какие ворота. Если бы в съеденной им пчеле остался яд, он бы прямо сейчас отправился на тот свет.

Ситуация была жутковатой, но винить Архен он не мог. Сам виноват, что, не глядя, разинул рот, стоило ей предложить. А ведь с тех пор, как он решил «не поддаваться», не прошло и десяти секунд.

Видя, что Вален молчит, Архен похлопала его по животу.

— Не волнуйся. При термической обработке выше определенной температуры весь смертельный яд улетучивается. Зато остаётся жуткий рыбный привкус. Я сама не пробовала, но Фин так сказал.

— А то, что яд улетучивается, тебе тоже Фин сказал?

— Да.

Доверие мгновенно испарилось. Этот Фин вполне мог уболтать Архен и подсунуть ему яд.

***

Демоны казались расой, помешанной на веселье и танцах.

На каждом шагу встречались девушки, чьи юбки вздувались колоколом от кружения в танце, а мужчины, сбившись в кучи, без устали повторяли одни и те же танцевальные движения.

А какими были демоны, которых он видел до сих пор? При любой возможности норовили залезть в кровать, валялись на полу или висели на мебели, как мокрое бельё. Поэтому Вален считал, что взамен огромной магической силы им досталась выносливость на уровне пустой консервной банки.

Но здешние демоны словно не знали слова «отдых», их энергия била ключом. Даже Архен и те трое ничем не отличались. Стоило Фину огласить список планов, как Надаль тут же разворачивал карту и прокладывал маршрут. Зеферу досталась роль того, кто постоянно восхищенно охал и ахал.

Странно. Пройдя столько, они должны были бы уже ныть от усталости. Но их лица, наоборот, со временем становились только бодрее. Вален понял, что вся та слабость, которую он видел раньше, была лишь симуляцией от лени.

И что им так нужно было купить? Обе руки у всех были заняты. Они не пропускали ни одного квартала. Вроде бы договаривались сначала зайти в гостиницу и оставить вещи, но, похоже, все об этом напрочь забыли. Вален с неодобрением смотрел в спину Архен.

И про меня тоже забыли.

В одной руке она держала трость, а в другой — кучу всякого хлама: уродливого розового слона, подгузники, шоколад и прочую ерунду, которая висела гроздьями.

Архен явно не оценивала размер своих рук. Как она собиралась удержать всё это в своих крошечных ладошках? Она шла, роняя купленные вещи одну за другой, словно Гензель и Гретель, обманутые ведьмой из пряничного домика.

Валену пришлось плестись за ней и подбирать то, что она роняла. В итоге его руки, изначально пустые, тоже оказались заняты.

Но у всего есть предел. То, что делала Архен, уже переходило все границы: она не роняла, а буквально разбрасывала вещи по дороге. Вален, который рассчитывал быстро перекусить и сразу пойти в гостиницу, не смог сдержать тяжелого вздоха. В конце концов он просто выхватил всё у неё из рук, как грабитель.

В этот момент скрипач, игравший страстную мелодию, сфальшивил, издав резкий, визгливый звук. Вокруг повисла тишина, и десятки глаз уставились на Валена и Архен. Ограбление старушки средь бела дня! Скрипач сжал свою скрипку, словно собираясь использовать её как дубинку.

— Хочешь себе?

— Бери всё.

Вален забрал у Архен даже трость, сунул её себе в сумку, а пакеты повесил на локоть. И напоследок подхватил Архен на руки.

Для похищения он держал её слишком осторожно, словно раб — своего строгого господина. Но по тону общения на слугу он не тянул. В итоге демоны решили, что Вален — молодой любовник старой госпожи.

Напряжение спало, и улица снова наполнилась музыкой и болтовней.

— Госпожа Архен, следующее место, куда мы...

Не успел Надаль развернуть карту, как Вален выхватил её. И накрыл ею живот Архен, словно одеялом.

— Гостиница.

— Эй, мы же ещё столько всего не посмотрели на этой улице...

— Хватит. Сначала идём в гостиницу, оставляем вещи, а потом делайте что хотите.

— ...

На самом деле не только у Архен, но и у остальных демонов руки были заняты под завязку. Ослепленные фестивалем, они бродили как зачарованные, и только сейчас, похоже, осознали своё положение.

***

— Поздравляем всех, кто родился сегодня!

Едва они открыли дверь гостиницы, как оглушительный мужской голос ударил по ушам, словно бой барабана. Следом взорвались хлопушки с разноцветными лепестками, и музыка сменилась.

Под дождём из лепестков именинники пустились в пляс. Архен, которую Вален нес на руках вверх по лестнице, повернула голову и безучастно наблюдала за этой сценой. Когда музыка подошла к концу, другие демоны, словно только этого и ждали, бросились вручать им охапки подарков.

— Поздравляем тех, у кого день рождения через неделю!

Мужчина начал выкрикивать тех, у кого день рождения через месяц, полгода, год. Дни рождения были лишь предлогом — им просто хотелось танцевать и веселиться.

— Пойдём наверх.

— Иди, потанцуй с ними.

— У меня ещё будет много возможностей потанцевать. Сейчас меня больше беспокоят вещи в твоих руках. И меня несёшь, тебе, наверное, тяжело.

— Не переоценивай себя. Тебя вообще не чувствуется.

Когда Вален резко ответил, Архен подняла руку и задумчиво на неё посмотрела.

— Может, мне стоит немного поправиться?

— Хорошая мысль.

Как только они преодолели последнюю ступеньку на второй этаж, шум чудесным образом исчез. Перед ними раскинулся просторный вестибюль, и к ним подбежал ожидавший портье, поправляя берет.

— Вы же группа господина Наджефина? Прошу за мной.

Услышав этот до смешного нелепый псевдоним, Вален коротко цокнул языком. Они просто слепили имена трёх демонов в одно. Никакой фантазии.

— Вот сюда. Это номер люкс с ванной комнатой. Как видите, здесь есть письменный стол и большое окно — очень уютно. Если понадобится бумага, мы принесем в любое время. Чтобы позвать портье, позвоните в этот колокольчик.

Сама комната была неплохой. В мире людей снять жильё во время таких фестивалей было сложнее, чем достать звезду с неба. Спать в конюшне считалось удачей, а те, кто ночевал в переулках в лужах рвоты, были обычным явлением. Но проблема заключалась в другом...

— Комната только одна?

— Да-а.

С яркой улыбкой ответил портье.

— То есть мы впятером, пять взрослых... должны спать вместе в одной комнате.