Шлеп. Снова прилетела ладонь. Не привыкшая к порке Архен вздрогнула от неожиданности, и её ноги дернулись.
Ягодица, на которую пришлись два удара, горела. Даже не глядя, было понятно, что там остался след от руки.
Амугэ контролировал силу удара, поэтому больно не было. Однако порка, казалось, была направлена не на причинение боли, а на то, чтобы вызвать чувство стыда.
— С этого момента считай вслух каждый удар. Хм, по-хорошему надо было бы отшлепать тебя так, чтобы задница опухла, но я ограничусь ровно ста ударами. Вот поэтому тот, кто любит больше, всегда в проигрыше. Но если ты попытаешься незаметно прибавить себе удары или собьешься со счета, начнем всё сначала, с единицы.
— ...Поняла.
Тут же последовал шлепок. Одновременно со звуком удара по голой коже по ягодице растекся обжигающий жар.
— Ах! Т-три.
— Не слышу. Говори так, чтобы я понимал. Начинаем сначала.
— ...
Сказал Вален строгим голосом, стерев с лица улыбку. Услышав, что предыдущие три удара аннулируются и нужно начинать всё сначала, Архен почувствовала, как у неё потемнело в глазах. Если так пойдет и дальше, она не получит свои сто ударов до самого рассвета.
И Вален, не медля ни секунды, снова ударил её по ягодице. Четыре, пять, шесть... Архен было так обидно, что она не могла позволить, чтобы эти удары пропали даром.
— А! А-а, девять, девять.
Но что-то было не так. Невероятно, но от этих шлепков её тело начало возбуждаться. Это покалывающее, обжигающее чувство, растекающееся по телу, определенно было удовольствием. Пальцы на ногах Архен рефлекторно сжались.
— Амугэ. Кажется, тут что-то не так.
Сказала Архен, уткнувшись лицом в подушку. Её голос, приглушенный подушкой, звучал слабо, но Вален умудрился его расслышать. А ведь если бы она таким тоном считала удары, он бы наверняка придрался, сказал, что не слышит, и заставил бы считать сначала.
— Похоже на то.
Он схватил Архен за ягодицу и раздвинул её. Когда прохладный воздух коснулся кожи, из губ Архен непроизвольно вырвался испуганный стон.
— Кто тебе разрешал течь во время наказания?
— Ах, н-не, не трогай. А-ах!
Длинные пальцы без колебаний проникли вниз. Он провел ими от входа во влагалище, которое уже было достаточно влажным, до самого клитора. При каждом движении его пальцев раздавались непристойные, влажные звуки. Округлые лопатки и уши Архен покраснели от стыда.
— Т-ты, ха-а, у-убери руку... Ах!
Твердые, костлявые пальцы проникли во влагалище. Всякий раз, когда он быстро и глубоко массировал влажные стенки, по телу расходились волны удовольствия. А когда он надавил на набухший, пульсирующий клитор и начал его стимулировать, возбуждение резко подскочило.
— А! А! А-ах! М-м-м. Не надо. Пожалуйста.
— Что такое. Не нравятся пальцы? Хочешь, чтобы я вставил член?
— У-ух, а-ах...
— Ха-а, даже не знаю, наказываю я тебя или доставляю удовольствие.
Быстро нарастающее возбуждение взорвалось в голове, словно фейерверк. Архен, вцепившись в подушку и постанывая, словно в бреду, вся напряглась. Её ноги, которые до этого барахтались, замерли, подрагивая от удовольствия.
— Ха-а, я сейчас с ума сойду.
Тяжело дыша, Вален уткнулся губами в округлую лопатку Архен, которая всё еще не могла отойти от оргазма. Когда ноги Архен бессильно опустились на кровать, он, словно больше не в силах сдерживаться, подхватил её на руки.
В мгновение ока он перевернул её на спину. Устроившись между её раздвинутых ног, он в спешке, словно отрывая пуговицы, стянул с себя рубашку и расстегнул штаны. Он так торопился, что пару раз промахнулся, стягивая штаны.
С грязным ругательством он спустил штаны, и его член, возбужденный до предела, выскочил наружу, дернувшись. Наклонившись к ней за поцелуем, Вален схватился за основание своего члена. От нетерпения и желания у него пересохло в горле. Казалось, он сейчас сойдет с ума от возбуждения, охватившего и тело, и разум.
— Хм-м, а, ха-а.
Темно-красная, набухшая головка надавила на вход во влагалище и с силой, медленно вошла внутрь. Ему до смерти хотелось ворваться в нее одним резким движением, но вопреки желанию он входил осторожно.
По мере того как он всё глубже проникал в нее, неконтролируемое возбуждение поднималось по позвоночнику и выжигало мозг. Не в силах совладать с нахлынувшими эмоциями, Вален впился зубами в губы Архен. Глядя на то, как она стонет и морщится от боли, он чувствовал, как его окатывает волной жара. Ему хотелось хоть как-то выплеснуть это жгучее чувство, скопившееся в животе, но сколько бы он ни целовал её, этого было недостаточно.
— А!
В тот момент, когда самая широкая часть головки с трудом протиснулась внутрь, Архен издала крик — не то от боли, не то от удовольствия. Её наполнило странное наслаждение и предвкушение оргазма, который придет в конце.
— Скучала по мне?
— М-м-м, ах, хорошо, ах, а!
— Или ты скучала по моему члену?
От этих насмешливых слов у Архен загорелись уши, но остановить разгоревшееся пламя страсти было уже невозможно.
— А, а-ах, у-ух...
— Помедленнее, фу-ух, расслабься. Блядь, сейчас порвется.
— Ах, а-ах! А...!
В тот момент, когда их пахи с силой столкнулись — шлеп, шлеп — её пронзило наслаждение, подобное удару молнии, и из её рта вырвался стон. Вален задрожал, словно в вибрации, и вошел в нее еще глубже. Хотя он и так вошел до самого основания, он продолжал тереться о нее, словно сгорая от нетерпения проникнуть еще дальше.
— Чуть-чуть, назад, ах! Слишком глубоко, у-ух, так глубоко, что странно.
— А... Блядь, я сейчас растаю.
Архен, чье лицо было мокрым от пота, замотала головой и вцепилась в одеяло. Видя, как ей тяжело принимать его в себя, возбуждение Валена резко возросло. Но страх того, что он может её сломать, оказался сильнее. Он с трудом подавил желание взять её грубо, как ему того хотелось.
Вален схватил Архен за ногу, раздвинул её пошире и начал двигать бедрами с грубой силой. В такт его толчкам их промежности, скользкие от смазки, влажно и громко шлепались друг о друга — шлеп-шлеп.
— А! А! А-ах! Ик, у-ух...!
Всякий раз, когда его чудовищный член с силой вонзался в её лоно, изо рта Архен струйкой текла слюна, которую она не успевала сглатывать.
— А-ах, а, а! Хорошо, ха-а, а!
— Ха-а, ха-а...
— Я, я сейчас кончу, хватит, ах, не надо...!
— «Не надо» не принимается. Скажи, чтобы я трахал тебя сильнее. Чтобы засадил тебе поглубже. Что тебе нравится трахаться со мной. Скажешь — и я закончу. А если хочешь, чтобы я не слезал с тебя до завтрашнего утра — продолжай сопротивляться. Мне такой вариант тоже по душе.
Архен, которая только недавно отошла от первого оргазма, с трудом справлялась с волнами наслаждения, накатывающими с опасно дикой силой. Она хотела насладиться близостью не спеша, но у Валена, видимо, были другие планы. Её внезапно охватил страх, что если так пойдет и дальше, то она, как Вален однажды, будет бесконтрольно истекать непонятными жидкостями.
Архен стиснула зубы так сильно, что у нее свело челюсть, пытаясь вытерпеть это, но из-за того, что Вален трахал её изо всех сил, она была на грани потери рассудка. Не в силах больше сопротивляться сильному наслаждению, бегущему по позвоночнику, она в конце концов крепко обхватила его за шею.
— Сильнее, а! Трахай, ха-а, продолжай, продолжай. Хорошо, а-ах, хорошо...
— Кончить в тебя? М? Тебе же нравится, когда я кончаю в тебя глубоко. Ха-а, Архен, продолжай умолять меня. Еще, еще. Кх-х.
— Да, внутрь, внутрь... Быстрее!
От невыносимого удовольствия её слезные железы словно сломались — слезы полились ручьем, а изо рта непрерывно вырывались стоны, похожие на плач.
Их тела, блестящие от пота и выделений, отчаянно цеплялись друг за друга, двигаясь с дикой силой. Архен впилась ногтями в его плечи, царапая их, а Вален, стоя на пороге оргазма, стиснул зубы так, что на скулах заиграли желваки, и с силой вонзился в нее.
— Ха-а, а, Архен.
Вален почти полностью вытащил член, а затем резко, с силой вошел до самых яичек. Удовольствие, висевшее на самом кончике её сознания, вспыхнуло, как лесной пожар.
Наконец, достигнув оргазма, всё тело Архен содрогнулось. В то же мгновение Вален нашел её губы, впился в них поцелуем и высвободил всё, что так долго сдерживал. Он долго и обильно изливал семя глубоко в нее в несколько мощных толчков.
— Ха-а, ха, ха-а...
Это было так быстро и хаотично, словно они пытались потушить пожар. Вален мелко задрожал бедрами, выжимая из себя всё до последней капли, а затем снова начал медленно двигаться.
— У-ух, ах, а...
Его движения были медленными, словно он хотел почувствовать каждый миллиметр её стенок, но когда он входил до конца, в этом чувствовалась сила. В такт его движениям тело Архен приподнималось. Каждый раз, когда член выходил, скопившаяся внутри сперма вытекала наружу, пачкая её бедра.
— Ха-а, а теперь, ах, расскажи мне.
Сказала Архен Валену, глядя на него глазами, полными слез.
— О чем ты хочешь знать?
— Где ты был всё это время, ах...
Из-за того что Вален не останавливался, Архен было трудно говорить связно. Шлеп. Когда она ударила его по плечу, Вален тихо рассмеялся и потерся лицом о её щеку.
