— Ты стареешь, но так и не научился контролировать свои эмоции.

В голосе Архен сквозило нескрываемое разочарование.

— Д-да нет же! Я и не думал, что этот ублюдок просто будет стоять и терпеть...

— Всё тело Амугэ и так покрыто порезами и ожогами. Зачем ты добавляешь ему новых ран?

Архен была права. Но Фин чувствовал себя странно... Нет, откровенно несправедливо обиженным! Когда его кулак был уже у самого носа Валена, он четко видел, как тот внезапно расслабил тело.

Но, к сожалению, только Фин заметил, что этот ублюдок Амугэ специально не стал уклоняться от удара.

— Ты в порядке?

Архен, нахмурившись, с жалостью посмотрела на Амугэ, беспокоясь о нём. Амугэ медленно потер щеку, скорчил страдальческое лицо и сказал:

— Кажется, губу разбил.

Ах ты... ах ты лицемерная тварь!! Фин почувствовал, как кровь прилила к голове, и в ужасе уставился на Амугэ.

Этот тип даже глазом не моргнет и только грязно выругается, даже если ему отрубят конечность. Он ни за что не стал бы жаловаться на боль от какого-то одного удара кулаком.

До Надаля и Зефера тоже дошло, что здесь что-то не так, и они удивленно переспросили: «Что?» Но Архен, даже не подозревая, что он симулирует, смотрела на него с состраданием.

— Козел.

— Д-да, да, госпожа Архен.

— Осмотри рану Амугэ. Чтобы не было воспаления.

— Хорош...

— Ты осмотри.

Сказал Амугэ, не отрывая взгляда от Архен.

— Я ничем не смогу помочь.

— Я не отниму много времени. Просто побудь со мной полчаса. Этого достаточно.

— ...Нет. Пусть лучше козел тебя подлечит.

— Мне больно, Архен.

Демоны в банкетном зале разом отложили ложки. Кто-то протирал глаза, словно увидел нечто невообразимое, кто-то потирал живот, словно ему стало дурно. Вскоре демоны один за другим покинули зал.

Вален, разыгрывая совершенно не идущую ему роль больного, в открытую давил на жалость Архен. И она без раздумий попалась на эту очевидную уловку.

— Пойдем в мой кабинет.

***

Со временем щека, по которой ударил Фин, покраснела и опухла. Самому Валену было хоть бы хны, но Архен не находила себе места от беспокойства.

Архен открыла баночку с мазью, которую ей дал Надаль. Внутри была светло-зеленая мазь с горьковатым запахом трав.

— Сиди смирно.

Архен и Вален сидели рядом на диване лицом друг к другу. Архен зачерпнула пальцем мазь и начала осторожно наносить её на уголок его губ. Она была так сосредоточена, что между её бровями залегла глубокая складка.

Она впервые так бережно прикасалась к чьей-либо ране, не говоря уже о своих собственных. Человеческое тело подобно тонкому льду на зимнем озере — с ним нужно обращаться осторожно и деликатно. Вален послушно принимал её прикосновения, медленно моргая.

Пока длилось неумелое, но старательное лечение Архен, в комнате не было слышно ни звука, кроме их дыхания. Тишину нарушил Вален. Он вдруг тихо прыснул от смеха. Архен, которая была вся в напряжении, вздрогнула и поспешно отдернула руку.

Вален перехватил её удаляющуюся руку.

— Было больно? — спросила Архен.

— Немного.

— Всё-таки лучше, чтобы козел тебя лечил.

Когда Архен попыталась встать, Вален потянул её за руку.

— Разве ты не занята? Откуда нам знать, сидит ли этот ублюдок козел сейчас тихо в своей комнате или нет. Просто закончи всё сама и побыстрее.

Архен, не зная, что делать, забегала глазами и в конце концов протянула баночку с мазью Валену.

— Мажь сам.

— ...Об этом я не подумал.

Вален озадаченно усмехнулся. Вместо того чтобы взять баночку, он схватил Архен за запястье и окунул её палец прямо в мазь.

— Ч-что ты делаешь!

— Когда ты меня трогаешь, кажется, быстрее заживает.

— У меня нет таких способностей.

— Может, это сила любви?

— ...

— С губой закончили, теперь здесь.

Вален открыл рот. И не останавливаясь на этом, попытался засунуть руку Архен себе в рот. За мгновение до того, как палец, густо измазанный мазью, оказался у него во рту, Архен другой рукой закрыла ему губы.

Вален вопросительно поднял бровь, мол, «Что ты делаешь?».

— Эту мазь... людям можно есть?

Когда Архен слегка опустила руку, прикрывавшую его рот, Вален, словно только этого и ждал, ответил: «Ага».

Глаза Архен сузились. Ответ Валена не внушал доверия.

— Ладно. Тогда просто потрогай.

— Какой в этом толк. Если опять начнешь говорить про... с-силу любви, лучше прекрати.

— Когда у людей болит живот, они гладят его. Одно это уже притупляет боль, и её становится легче терпеть.

— ...Врешь.

— Зачем мне тебе врать.

С абсолютно серьезным, без тени шутки лицом Вален выхватил баночку из рук Архен. Его движения были настолько плавными и естественными, что Архен поняла, что её руки пусты, только когда баночка уже стояла на столе.

Слова Амугэ всё ещё казались ей подозрительными. Но вряд ли он стал бы так серьезно врать только ради того, чтобы засунуть её палец себе в рот. В итоге она не стала сопротивляться, когда Вален легонько прикусил кончик её пальца.

Но вместо того чтобы просто касаться раны, Вален был полностью поглощен тем, что лизал и сосал её палец, словно издеваясь над ним. Её белая кожа заблестела от его слюны. Засунув в рот еще один палец, он шумно выдохнул горячий воздух.

— Ыт...

Его зубы вдруг сжались сильнее. Даже не глядя, она чувствовала, что на коже останутся четкие следы укусов.

Архен вздрогнула, и Вален наконец выпустил её руку изо рта. Видимо, он не хотел кусать так сильно, потому что принялся осыпать её пальцы мелкими поцелуями чмок-чмок, словно извиняясь.

— Ха-а, ничего, если я откушу тебе фалангу пальца? Отрастет?

Странно тяжело дыша, Вален задал пугающий вопрос. Архен медленно кивнула.

— Хочу проглотить.

— Что?

— Тебя.

Его губы скользнули по её ладони вниз и задержались на запястье. Возможно, из-за участившегося дыхания Валена Архен показалось, что воздух вокруг неё накалился. Жар поднялся от шеи к щекам, во рту пересохло.

— У меня еще кое-где болит.

Его большая рука накрыла вторую руку Архен. Он медленно помял её, а затем провел большим пальцем по всей длине её ладони. Она и не заметила, как ладони вспотели. Когда он тихо рассмеялся, ей вдруг стало неловко.

— Это из-за мази, что ли... руки скользят.

— ...

— Жалко выбрасывать то, что зачерпнули, помажь и здесь.

Он направил руку Архен к своему паху, который раздулся так, словно был готов лопнуть. Жар твердой плоти просочился сквозь ткань и обжег её ладонь. Он плотно прижал её руку к своему толстому, длинному стволу и провел ею вверх-вниз, а затем, словно не в силах больше терпеть, грязно выругался.

Вален подхватил Архен за шею и повалил на диван.

— Подожди... Ммпф!

Когда Архен попыталась приподняться, он стремительно накрыл её губы своими. Горьковатый вкус лечебных трав вместе с его языком ворвался ей в рот.

— Умпф, м-мм...

Потерявший контроль язык жадно и глубоко обшаривал весь рот Архен, наслаждаясь каждым уголком. Горячий язык лизал нёбо и проникал всё глубже. Когда он оплел корень её языка и потянул на себя, посасывая, Архен издала слабый стон.

Яростный, обрушившийся на неё поцелуй затуманил её разум. Ей с трудом удавалось просто держать рот открытым и принимать его напор.

— Хк, ммм... Воз, воздух...

Когда Архен мучительно захрипела, Вален отстранился. Как только их губы расцепились, его тяжелое дыхание обрушилось ей на лицо.

— Ха-ах, ха, ха-а...

Пока она, с затуманенным, влажным взглядом, жадно глотала нехватающий воздух, Вален уже успел расстегнуть штаны и начал густо размазывать мазь по своему члену.

Не дав ей и слова сказать, он сжал её ноги вместе и приподнял их. Длинный подол юбки сполз к талии, обнажив белые бедра.

Вален начал вбивать свой член между её сомкнутыми бедрами. Каждый раз, когда он с силой ударялся о её нижнюю часть тела, Архен сильно подбрасывало.

— Ты, ыт, это, лечение...

— Ха-а, я просто намазал лекарство и растираю его, что не так.

— Ы-ыт, а, а!

Темно-красный член, сочащийся смазкой, проникал между её гладкими бедрами, не имеющими ни единого шрама. От его нетерпеливых, грубых, ритмичных толчков — вжик-вжик — ноги Архен дрожали.

Архен не понимала, что означает этот акт. Амугэ называл это лечением, но то, что так сильно распаляло их обоих, никак не могло быть медицинской процедурой.

Это отличалось от тех ночей, когда они сливались телами. Удовольствие и сексуальное возбуждение всегда были лишь вторичным фактором в процессе зачатия. Но сейчас они, даже не совершая проникновения, тонули в экстазе, безумно тершись друг о друга.

— Стран, ыт, но, а, ха-ык...

— Ха-а, ха-а...

На его запястьях, сжимавших её ноги, четко проступили вены. Архен, не в силах осознать этот непристойный, откровенный акт, о котором она никогда и не помышляла, окончательно потеряла голову.

И тут...

— Дверь заперта?

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver