Вален направился на улицу, где располагались магазины, торгующие всевозможными предметами роскоши.

Деревня, где в самом разгаре был фестиваль, пестрела вывесками всевозможных размеров по обе стороны широкой улицы. Вален проходил мимо лавки с одеждой, где на витрине красовался шелковый халат, мимо книжного магазина со стопками книг у входа, мимо пекарни, откуда доносился манящий аромат.

Торговцы-зазывалы со всех сторон кричали: «Эй, красавчик!», «У нас отличный товар, заходи посмотреть! Уступлю подешевле!», но ничто не могло привлечь его внимание. Раз он не знал, что хочет купить, неудивительно, что он не мог определиться.

Причина, по которой он пошел не в гостиницу, а на торговую улицу, заключалась в том, что мысли о дне рождения Архен не давали ему покоя.

Раньше Вален вообще не понимал, зачем придавать значение дню рождения. Каждый раз, когда аристократы устраивали грандиозные банкеты на несколько дней в честь своего появления на свет и приглашали его, он скучал в одиночестве. Это были его наниматели, дававшие ему работу, поэтому приходилось присутствовать, но на этом всё.

Иногда потанцевать с леди, которые сами его приглашали, и не игнорировать тех, кто с ним заговаривал — вот максимум вежливости, на который был способен Вален. Ему никогда в жизни не приходило в голову ломать голову над подарком для именинника.

Что же выбрать? Пока он напряженно размышлял, его взгляд упал на один магазин. Это была крошечная лавка без вывески, но украшения в стеклянных витринах выглядели строже и изысканнее, чем всё, что он видел до этого.

Поскольку Архен сама по себе была невероятно яркой красавицей, ей больше подошли бы не вычурные и громоздкие побрякушки, а нечто утонченное и искусной работы.

Вален толкнул дверь и вошел внутрь; раздался звон колокольчика дзынь-дзынь. Но никто не вышел его встречать.

— Да. Иду.

Хозяина не было видно, лишь из глубины магазина донесся голос, полный откровенной лени. Куда ни глянь, везде толпы веселящихся на фестивале, и только здесь стояла странная тишина... Тому была причина.

Только после того, как Вален медленно окинул взглядом тесное помещение, послышались шаги.

— Эй, не трогай ничего без спроса.

— Сколько это стоит?

— Читать не умеешь?

Сказал по привычке демон средних лет, владелец магазина, даже не взглянув на Валена. Он откинулся на спинку стула за прилавком и протяжно зевнул.

— Я ничего не трогал.

— ...

Услышав резкий ответ, хозяин повернул голову. Он, до этого сохранявший безразличное выражение лица, увидев одежду Валена, тут же вскочил со стула.

— Ох, прошу прощения. Пожаловал джентльмен, знающий толк в вещах.

Сам Вален этого не знал, но каждая вещь на нем стоила как драгоценный камень высшего качества. Ткань одежды была легкой, как крылья бабочки, но при этом обладала такой прочностью, что любой металл погнулся бы, попытайся он её проткнуть.

Поскольку таких материалов в мире людей не было, и на одежде отсутствовали вычурные украшения или узоры, Вален считал её просто удобной. Ему и в голову не приходило, что то, что он носит, стоит целое состояние.

Хозяин же магазина был экспертом, торгующим на одном месте более пятисот лет. Одного взгляда было достаточно, чтобы оценить толщину кошелька Валена.

Вещи на нём были потрясающими, но каков был его глубокий, приятный баритон и идеальное лицо, словно ожившая статуя древнего бога? Одно только его широкие плечи и крепкое, мускулистое тело говорили о том, что отбоя от богатых дам, готовых осыпать его деньгами, у него не будет.

Острый, как лезвие, взгляд и надменный вид говорили сами за себя. Это явно не случайный прохожий, зашедший от скуки.

— Я хочу посмотреть что-нибудь в подарок для женщины.

Сказал Вален, неловко потирая шею сзади. Вален проработал на чертовых членов королевской семьи и высшую знать более десяти лет, но никогда не интересовался предметами роскоши. Он всегда лишь получал дорогие подарки, но сам женщинам ничего не дарил.

— А, понимаю.

Широко улыбнувшись, ответил хозяин магазина. Ну и ну... Неизвестно, что за женщина, но ей можно позавидовать. Мужчина, который, кажется, ничего на свете не боится, сейчас стоит тут, смущенно переминаясь с ноги на ногу, и выбирает подарок. Наверняка она — писаная красавица и высокопоставленная демонесса с отличным вкусом.

— Как мило. Если вы в общих чертах опишете внешность той, кому предназначен подарок, я смогу что-нибудь порекомендовать.

Вален немного подумал, а затем начал говорить.

— Её кожа белая и сияющая, как снег на солнце. Её очарование — в том, как она равнодушно говорит своим прекрасным лицом. Она очень яркая и благородная женщина, так что всякая дешевка ей не подойдет.

Мужчина, который, спроси у него, кто на свете всех прекраснее, без колебаний назвал бы себя, сейчас не просто хвалил, а возносил до небес женщину.

То, с какой легкостью и без стеснения с его губ слетали высокопарные эпитеты, не оставляло сомнений: он влюбился, и влюбился по уши.

— У меня есть много подходящих вещей. Я помогу вам выбрать.

Хозяин мгновенно сменил пластинку и заискивающе улыбнулся. При этом он перевернул табличку на двери на «Закрыто». Богач, ослепленный любовью — такому можно впарить даже вышедшие из моды украшения, и он их с радостью купит.

Хозяин осторожно достал заколку в форме лебедя и сказал:

— Это работа дизайнера, который сейчас очень популярен среди молодых аристократов. Человек с хорошим вкусом обязательно её оценит.

Мелкие бриллианты были плотно усыпаны, образуя фигурку. Вален без интереса посмотрел на неё и покачал головой.

— Она не следит за модой.

— А, может быть, она немного... в возрасте?

— Если уж на то пошло... Да.

Ага. Значит, молодой муж престарелой аристократки. Привык только получать, а теперь расщедрился и решил сам выбрать подарок, чтобы порадовать супругу.

— Тогда как насчёт этого кольца? Это «Слеза Дракона», вырезанная гномьим ювелиром. В силу профессии мой взгляд машинально упал на ваши руки, и я заметил, что у вас нет кольца. Почему бы не воспользоваться случаем и не приобрести? Ваша супруга будет в восторге.

— Мы не в таких отношениях.

— Ох, простите. Тогда, может, невеста... А, нет? И не девушка.

Услышав, что они вообще никто друг другу, хозяин впервые за долгое время растерялся. Так этот парень страдает от безответной любви?!

— А! У меня есть идеальная вещь для вас. Пойдемте сюда.

Сказав, что показывает это далеко не каждому, хозяин-демон достал что-то с самой нижней полки витрины.

— Это ожерелье сделано из окаменевшего сока Мирового Древа в форме капли воды. Оно символизирует вечную и неизменную любовь, подобно Мировому Древу, которое испокон веков стоит на одном месте и охраняет землю. Если вы признаетесь в любви с этим ожерельем, ни одна женщина не устоит. Хе-хе.

— Признаюсь? С чего бы мне признаваться?

— Ну как же, чтобы ваши отношения перешли на новый уровень?

— Если уж кто-то и должен признаваться в любви, так это она мне.

— Гордость — это, конечно, важно, но разве не прекраснее, когда мужчина делает первый шаг, как и подобает настоящему мужчине?

— Я же говорю, с чего бы мне признаваться...

— Потому что она вам нравится. Разве может быть другая причина? Сейчас молодые демоны только и делают, что скрупулезно взвешивают все за и против, изводя себя расчетами, но это всё тлен. Действовать честно, по велению сердца — вот что лучше всего.

— ...Нравится, значит.

— Судя по всему, вы впервые покупаете подарок для женщины, не так ли? Вы делаете то, чего никогда в жизни не делали. Это и есть неоспоримое доказательство того, что она вам нравится.

Хозяин магазина заулыбался масляной улыбкой. Про себя он подумал: Красив, как бог, но гнилой внутри. Наверняка каждый день слышит, какой он распрекрасный, вот и не замечает собственных чувств из-за гордыни.

В глазах Валена читалось смятение. И всё же он не выбежал из магазина. Его целью было во что бы то ни стало вернуться к Архен с подарком. А болтовня хозяина — это проблема второстепенная.

Вален временно отложил сложные мысли и сосредоточился на выборе подарка. И тут его взгляд зацепился за одну вещь.

— А, вам понравилось это?

— Сколько стоит?

Цена, которую хозяин назвал как нечто само собой разумеющееся, заставила Валена поперхнуться. Двадцать золотых монет. В переводе на ропеоны это превышало его полугодовой доход. Но судя по тому, что хозяин не пытался юлить или делать вид, что отдает даром, в этой деревне такие цены были в порядке вещей.

Вален вспомнил о трех золотых монетах в своём кармане и коротко цокнул языком. Он совершенно не знал местных цен.