Осознание чувств означало капитуляцию.

Вален рухнул так сокрушительно, как ни в одной из своих войн. Для него, привыкшего только к победам, это чувство было незнакомым и унизительным. Когда шторм смятения отгремел в голове и груди, остался лишь холодный рассудок.

Даже проиграв битву, Вален никогда не падал духом, а лишь точил ножи для мести. Его врожденный дух соперничества и въевшаяся привычка доводить всё до конца сработали и здесь без исключений.

Отношения, брак?

Он считал, что это его не касается.

Из-за того, что каждый день был битвой за выживание, у него не было времени тратить его на кого-то другого.

Но еще важнее то, что у него вообще не было желания заводить отношения. Он не чувствовал одиночества и не искал утешения в близких людях. В особенно тяжелые и изнурительные дни он лишь напоминал себе об ответственности и подстегивал сам себя.

Но сейчас всё было иначе.

Его сердце подталкивало его к тому, чего он никогда не делал. Он не мечтал о чем-то грандиозном вроде брака и не ждал трепетной романтики. Он просто хотел ей нравиться.

Вален прекрасно знал своё место.

Даже когда все превозносили его как героя человечества и боготворили, он не зазнавался и не впадал в гордыню. Он понимал, что он — лишь пешка, которую выбросят, как только она отслужит свое.

Расходный материал, предназначенный для утилизации — вот его низменная суть.

Рядом с Архен его ничтожное положение бросалось в глаза особенно резко.

Титул и земли — лишь пустая оболочка. Ему было противно льстить и пресмыкаться, поэтому вместо славы он нажил лишь кучу врагов. Властный, одержимый контролем характер. Наглый простолюдин, у которого за душой ни гроша.

В сравнении с ним Архен была существом, превосходящим само солнце. Она сияла благородным светом откуда-то издалека. Они изначально были на разных уровнях.

Вален, как лягушка в колодце, был уверен, что мир, который он видит — это абсолютная истина. Человеческая армия поднимает мечи во имя справедливости против безжалостной тирании демонов. Они защищаются от вторжения демонов, желающих поглотить мир людей.

Но его справедливость и убеждения начали понемногу рассыпаться, а нападение на Фестиваль Фейерверков разбило их вдребезги, оставив лишь осколки.

Магия телепортации, использованная Союзными Войсками, должно быть, потребовала мобилизации всех сильнейших магов континента. Возможно, они и преуспели в нападении на невооруженную деревню, но их сокрушил всего один небольшой отряд демонов.

Он и раньше чувствовал, что что-то не так.

Хлипкая структура демонической армии, расслабленные тренировки. Лень, отсутствие тактики и нормального оружия. Всё это означало не то, что они тупые и ленивые, а то, что они не хотят войны. Когда пелена промытых мозгов спала с его глаз, все вопросы обрели ответы.

У превосходящих во всем демонов не было ни планов, ни причин вторгаться в мир людей. Конфликт с демонами, держащий в напряжении весь мир людей, был лишь пустым сотрясанием воздуха, порожденным высокомерными домыслами.

Демоны искренне желали мира без войн. Поэтому они использовали лишь минимум силы против людей, бросавшихся в атаку из-за нелепых слухов о том, что демоны хотят их поглотить.

И среди этих глупых людей он был на самом дне. Это и был Вален.

Он понимал, почему Архен медлит с ответом на его признание, хотя они и испытывают друг к другу симпатию. Наверняка из-за его ничтожности.

Но, к счастью, она была добросердечной. Вместо того чтобы жестоко оттолкнуть настырного Валена, она, будучи мягкой по натуре, не могла сказать решительное «нет».

И Вален бессовестно пользовался её состраданием.

— Подвигайся сверху.

Он вытащил свой член, загнанный в неё до самого предела. По бедрам лежащей на животе Архен медленно потекла сперма.

Он собрал пальцами стекающую жидкость и протолкнул её обратно во влагалище. Архен, еще не до конца отошедшая от пика оргазма, мелко дрожала.

Вален легко перевернулся, усадив её на себя.

— Архен.

— ...

Её лицо распухло, как размокший в воде хлеб. Вален нежно убрал волосы с её лица.

— Помоги мне пока.

Вален потрогал свою шею, которая всё ещё была замотана бинтами. Архен, тяжело дыша с возбужденным лицом, нахмурилась.

Она, кажется, догадывалась, что он притворяется больным, но из-за крошечной, ничтожной вероятности того, что ему действительно плохо, так и не смогла его оттолкнуть.

В итоге она нехотя кивнула. С трудом приподняв бедра на дрожащих, готовых подкоситься ногах, она обхватила его жутко раздувшийся ствол и направила в себя. Когда головку всосало в узкие стенки, удовольствие прострелило позвоночник Валена до самого копчика.

— Ха-а, садись медленно.

Архен, обливаясь потом и задыхаясь от тяжести, всё равно старалась принять его в себя. Чувство безграничного удовлетворения затопило его сильнее, чем само сексуальное наслаждение. Поглоти меня с еще большей страстью, чем та, с которой я жажду тебя.

Глядя на Архен, с трудом вмещающую его плоть, он почувствовал, как защипало в носу. Разве можно делать это, если не любишь? Вален был в этом уверен.

Вскоре из носа Валена потекла струйка горячей крови. В отличие от испуганной Архен, он невозмутимо вытер кровь тыльной стороной ладони.

— Почему ты опять хочешь мыться одна?

Архен отчаянно вцепилась в дверь. В дверную щель была просунута нога Валена.

— Чтобы вода не попала на твои раны.

— Ничего страшного, это пустяки.

— Это беспокоит меня.

— Ты за меня волнуешься?

Архен легонько оттолкнула его носок своей ногой. Это было слабое усилие, которому он легко мог бы сопротивляться, но нога Валена послушно отодвинулась. Дверь тут же захлопнулась.

— Какая стеснительная.

Усмехнулся он, потирая губы перед закрытой дверью.

Переживает за него, краснеет от одного его слова. Разве можно объяснить такие реакции чем-то, кроме любви?

Послушав звуки льющейся воды, он не выдержал и вскоре постучал.

— Что такое?

— Долго ещё?

Ответа пришлось подождать, а затем дверь приоткрылась. Щеки, обдутые теплым паром, всё ещё пылали. Архен, закутанная в халат, подняла глаза на Валена.

— Тебе что-то нужно?

— Мне тоже надо помыться, но руки никуда не годятся.

Сказал Вален с самым беспомощным видом, и Архен наивно поверила.

Какое там мытье. Под разными предлогами он заставил Архен растирать его стоящий член обеими руками, а сам без конца целовал, лизал и покусывал её с ног до головы.

В качестве благодарности за мытье он вызвался «почистить» её влажное лоно, жадно всунув туда язык. А стоило всунуть одно, как сразу хотелось всунуть и другое.

***

Но радость Валена длилась недолго.

Настал день проверки, не беременна ли Архен.

В какой-то момент стало само собой разумеющимся, что Вален сопровождает её к Озеру Жизни. Конечно, поначалу ему было плевать, появится у неё ребенок или нет, потом он рассматривал это лишь как средство вернуться домой, а сейчас почему-то чувствовал тяжесть на плечах.

Он не то чтобы хотел от неё ребенка. Существо, в жилах которого течет его кровь... Он даже представить себе этого не мог и не особо жаждал. Но, как ни парадоксально, мысль о том, что внутри неё зародится жизнь от его семени, казалась весьма волнующей.

От неспокойных мыслей Вален не мог устоять на месте и мерил шагами берег озера. Вдруг его охватило беспричинное раздражение.

— А, да что опять!

Закричал Надаль, чью чашку чая он пнул. Чашка, из которой он только что сделал глоток, со звоном покатилась и остановилась поодаль.

— Мы что, на пикник пришли?

— Тебе-то какое дело, пью я чай или нет!

— Разве ты не волнуешься за свою Владыку?

— Чего тут волноваться. И раз уж заговорили о волнениях — сними уже эти бинты. Ты давно здоров, какого черта всё ещё обмотан ими?

Раньше Вален сам называл их помехой. Он срывал бинты ещё до того, как раны успевали затянуться.

— Следи за языком.

Это было предупреждение не разбалтывать о его выздоровлении.

— Бедная госпожа Архен. Могла бы найти себе нормального мужа, так нет же, притащила этого злобного ублюдка.

Взгляд Валена, обычно холодный, как ледяная гора, внезапно смягчился. Заметив эту неуловимую перемену, Надаль испуганно вздрогнул.

Но вместо того чтобы поднять кулак, Вален лишь кончиками пальцев потрогал свой ровный лоб.

— Значит, я всё-таки похож на мужа.

— ...Проклятый Энрит. Он что, галлюциногенных трав в чай подмешал.

Надаль зажмурился и снова открыл глаза. Вален, тихо усмехаясь, смущенно отводил взгляд. Невероятно. Этот негодяй, который даже стоя голышом с болтающимся членом, скорее бы заорал: «Глаза в пол!», вдруг засмущался.

Вален, чья обычная агрессивность немного спала, спокойно стоял и смотрел на поверхность воды. Ждал Архен, погруженную в сияющие воды.

В этот момент позади раздался какой-то шум.

Не успели они понять, в чем дело, как дверь распахнулась.

— Ох-х! Нельзя, господин Теориус!

— Значит, моя крошка здесь!

Величественно вошедший мужчина в мгновение ока прошел мимо Валена. В такт его уверенным шагам длинные золотистые волосы развевались, принося с собой холодный запах улицы. Его большие зеленые глаза и длинные губы изогнулись в улыбке, полной интереса и предвкушения.

И тут же, без колебаний, он бросился в озеро.