Онлайн чтение книги Королева демонов хочет мира The Demon King Wants Peace
1 - 62

Вален резко открыл глаза. Казалось, именно так это и должно было случиться.

С трудом подняв тяжелые веки, он увидел черное ночное небо. Бесчисленные звезды, готовые вот-вот пролиться дождем, прохладный воздух и луна. Луна, цветом напоминавшая волосы Архен. Точно такая же, как в мире людей.

Вален завороженно смотрел в вышину.

Та самая луна, которую он так жаждал увидеть перед отправкой в мир демонов, теперь висела перед ним, словно мираж. Были времена, когда он думал, что больше никогда её не увидит. Но сейчас она светила мягким светом, величественно плывя среди звезд.

Сон ли это? Снилось ли ему когда-нибудь что-то столь прекрасное?

Вскоре Вален почувствовал тепло тела, прижавшегося к боку. Не сон — реальность. Как только пришло осознание, воспоминания о том, как он открыл шкаф Архен, нахлынули подобно цунами. Вместе с раскалывающей головной болью всплыл и голос Архен, который он слышал урывками.

Архен.

Вален поспешно повернул голову к источнику тепла. Это она. Она разбудила его...

— ...Амугэ? Кха!

Козлиная морда нависла так низко, словно собиралась поцеловать Валена в губы. От испуга он рефлекторно выбросил кулак. Надаль, получив внезапный удар, с болезненным стоном скатился с кровати.

Бах!

На шум сбежались демоны.

— О, господин Амугэ очнулся!

Чей-то выкрик стал сигналом, и демоны загалдели, толпясь вокруг. Мелькающие лица заслонили ночное небо. Перед глазами всё поплыло, голова заболела так, словно её сейчас раздавят. Стоило Валену нахмуриться, как Архен легко махнула белой рукой.

— Я знаю, что вам многое хочется сказать, но сегодня воздержитесь.

Вален повернул голову к Архен. Это было не осознанное действие, а естественное движение, подобное тому, как цветок поворачивается к солнцу.

В мыслях царил хаос. Он отчетливо помнил: попытка сбежать из Замка Владыки демонов с треском провалилась, он потерял сознание. В тот миг, когда он подумал: «Умираю жалкой смертью», белый свет вырвал его из лап небытия.

Он прекрасно понимал, что этим светом была Архен.

Боль раскалывала череп пополам, но всё внимание Валена было приковано к её лицу.

Сильно ли она злится? Должно быть, чувствует себя преданной. Даже если она сейчас отрубит ему голову, возразить будет нечего. Ведь контракт первым нарушил именно он.

Однако, вопреки ожиданиям, на лице Архен не было ни тени гнева. Впрочем, и радости от пробуждения Валена, в отличие от остальных демонов, она не выказывала. Она оставалась спокойной и непоколебимой, как то огромное дерево, которое Вален когда-то пересаживал.

— Пока не напрягайся. Твое тело сильно ослабло.

Мягкий голос опустился на него, словно успокаивающее похлопывание.

— Ты... зная, что я сделал...

— Об этом поговорим позже, — с мягкой решимостью пресекла она.

Вален некоторое время смотрел на неё, слегка хмурясь, а затем отвернулся. Голова всё еще гудела. Мышцы ныли от любого резкого движения после долгого бездействия.

— Ах ты ублюдок! Как можно махать кулаками сразу, едва открыв глаза?!

Надаль со слезами на глазах держался за нос.

Вален почувствовал, как накатывает раздражение. Так вот кому принадлежало то тепло, которое он чувствовал во сне, — этой козлиной морде.

Твою мать, когда к тебе прижимается кто-то с горизонтальными зрачками, кулак вылетает сам собой. Вален считал, что проявил невероятное благородство, не вырвав Надалю рога.

— Только попробуй еще раз прислонить ко мне свою тушу. В следующий раз сломанным носом не отделаешься.

— Т-ты, т-ты!..

Надаль, пораженный такой черной неблагодарностью, задохнулся от возмущения:

— Амугэ, ты дрожал всем телом даже под одеялами, поэтому я грел тебя! Думаешь, здесь есть кто-то с мехом теплее моего?!

Лекаря чуть удар не хватил от скачка давления, но Валену было плевать. Уделять внимание какому-то козлу сейчас хотелось меньше всего.

На самом деле его состояние было настолько паршивым, что он чудом сидел с прямой спиной. По вискам тек холодный пот. Вален собирал последние крохи сил, чтобы следить за настроением Архен. Если бы мог, вскрыл бы ей череп, чтобы заглянуть в мысли.

Поймав пристальный взгляд Валена, Архен склонила голову набок. Казалось, она искренне не понимала, почему он так хмурится.

Вскоре она протянула к нему руку. Вален едва заметно вздрогнул, но уклоняться не стал.

Архен похлопала его по груди, словно утешая, и беззвучно, одними губами произнесла: «Ложись».

Выражение её лица даже с натяжкой нельзя было назвать ласковым — всё то же привычное безразличие. Но движения маленьких губ, осторожно роняющих слова, хватило, чтобы растопить напряжение в сердце Валена.

Как только она дала разрешение, тело мгновенно обмякло. Вален снова опустился на подушку, и Архен укрыла его одеялом до подбородка. Вален, который во время войны с пробитым бедром и боком прорывался сквозь ад битвы, отвергая помощь, сейчас полностью доверил себя этому демону.

Он медленно вдохнул. Холодный воздух лунной ночи проник глубоко в легкие. Только теперь он почувствовал, что жив. Он был уверен, что у него нет привязанности к жизни, но, глядя на раскинувшееся небо, понял: это не так уж и плохо.

— Ты спал три месяца. Какой же сон тебе снился, что ты так задержался?

— ...Не помню.

***

С того момента, как он очнулся, прошла неделя.

Говорили, что он спал долго, но большая часть воспоминаний была отрезана, словно ножницами. Остался лишь голос Архен, который он слышал сквозь забытье. Её характерный мягкий тон, гладивший израненные осколки его души.

Вален с силой сжал и разжал правую руку. Пальцы слушались, хотя былой мощи в хвате пока не чувствовалось. Со временем восстановится.

Так или иначе, побег провалился.

Вален скрестил руки и одним движением стянул рубашку. Обнажилось твердое, как камень, тело без грамма жира. Оно не было безупречным, как у античной статуи: кожу испещряли следы уколов, порезов и ожогов. Другие бы поморщились при виде этих шрамов, но для Валена они были естественной частью жизни.

Странным ему казалось другое — тело Архен. Чистое, без единой царапины. Почему оно такое гладкое и мягкое? Именно поэтому он так часто бесцельно сминал её плоть во время близости.

Вален критически осмотрел себя. Из-за долгой комы мышцы не спешили возвращаться в тонус. Благодаря годам тренировок рельеф остался глубоким и четким, но объемы груди и бедер заметно ушли.

Взгляд снова упал на правую руку. В памяти всплыл разговор Архен и Надаля, услышанный в полубреду.

В эти дни, глядя на свою руку — совершенно чистую, без следов гниения, — Вален испытывал странное чувство. Словно он ступил на землю с текстурой, которую никогда раньше не ощущал. Равновесие опасно колебалось, и он не мог понять, хорошо это или плохо. Возможно, его просто сбивала с толку непривычность происходящего.

Но превыше этого чувства стоял вопрос: почему? Понять, что у Архен на уме, было невероятно сложно.

Вален отвел взгляд от руки и надел свежую рубашку. До завтрака оставалось время, он планировал немного размяться на тренировочной площадке.

Не успел он подойти к выходу, как дверь распахнулась без стука. На пороге стоял Надаль.

Вален невольно скосил глаза за плечо демона. Архен не было. Он почувствовал, как силы покидают его, навалились неконтролируемое раздражение и лень.

— Чего тебе?

Надаль всё еще дулся за удар в нос. Похоже, он ожидал слезных объятий или сцены, где Вален глубоко раскаивается и красиво молит о прощении.

— Я каждый час заходил в спальню, переворачивал тебя то так, то эдак, чтобы пролежней не было! А ты мне душу переворачиваешь?!

— Прямо поэт. Зачем в рифму говоришь? Тоже на кухню работать собрался?

— Не пропускай мимо ушей! Я серьезно!

— А где твой начальник? Почему один пришел? — бросил Вален.

— Начальник? А, если ты про Архен, то сегодня даже не надейся её увидеть.

Надаль по-хозяйски прошел в спальню и плюхнулся на диван.

— Чего стоишь? Садись. Даже если ты неблагодарная тварь с черными волосами, осмотр провести надо.

— Зачем?

— Такова благородная миссия и профессиональный долг врача...

— Почему мне не стоит надеяться её увидеть? — перебил Вален, не сдвинувшись от двери.

— К госпоже Архен кое-кто пришел. Старые пердуны, упертые и болтливые до ужаса. Наверное, продержат её весь день...

Надаль, открывавший свой чемоданчик, вдруг поднял голову.

Валена в спальне уже не было.