Онлайн чтение книги Возможно, дьявол Perhaps I’m The Devil
1 - 39

Он был человеком, способным на реакции. Реагировал по-человечески, как и положено человеку. Просто амплитуда этих реакций была гораздо ýже, чем у обычных людей.

Поэтому он не был «анестетиком», а значит, гипотеза moralnoral с высокой долей вероятности была ошибочной. Даже если бы ее доказали, Ги Ин Хва всё равно остался бы исключением, не имеющим к ней никакого отношения.

Видимо, я неосознанно переживала из-за этого сильнее, чем думала, потому что, убедившись в его нормальности и почувствовав облегчение, я вдруг обмякла.

И только тогда осознала, что прижимаюсь к нему слишком близко. Чтобы выйти из этого неловкого положения, я отступила на шаг. Но при этом слегка покачнулась — видимо, вместе с напряжением расслабились и мышцы ног. Потеряв равновесие, я пошатнулась, и Ги Ин Хва тут же снова перехватил меня за руку.

— Ты пьяная?

Его идеальные, словно нарисованные глаза сузились, окинув меня подозрительным взглядом.

Мы весь вечер сидели за одним столом, а он даже не заметил, пила я или нет...

Эта внезапная мысль вызвала у меня легкое недоумение. Контраст между тем, когда Ги Ин Хва обращает на меня внимание, и когда игнорирует, был просто колоссальным.

Когда обращает — кажется даже чересчур чутким, а когда игнорирует — я для него просто пустое место, воздух.

Я промолчала и посмотрела ему в глаза. А затем опустила взгляд.

Даже если очень захотеть, смотреть в них долго — та еще задачка.

Его глаза... они как будто лишают кислорода. В них есть какая-то странная аура или оттенок... не знаю, как это назвать.

Уж не знаю, как он расценил мое молчание и покорность, но Ги Ин Хва тихо скомандовал: «Держись на ногах», взял меня за руку и пошел вперед.

Его большая, прохладная рука властно сжала мою ладонь, сжатую в кулак, и потянула за собой.

Кстати, сегодня у нас не было обязательных десяти секунд. Это первый раз, когда он сам взял меня за руку без моих просьб и напоминаний.

Сегодня вообще много чего произошло впервые.

Шагая за ним, я про себя считала до десяти. Пакет с леденцами в другой руке шуршал в такт моим шагам.

Я чувствовала, как бушующие, словно шторм, эмоции постепенно утихают. Гнев растворялся, а непонятная обида таяла, как утренний туман.

Тем временем десять секунд истекли. Хоть я и считала медленнее обычного. Ги Ин Хва молча шел впереди, повернувшись ко мне спиной, и я не знала, о чем он думает. Он всё еще держал меня за руку, но мы шли заметно медленнее, чем раньше.

Возможно, он переживал за Но Чжу Ын, ведь мы давно ушли из бара. Может быть, думал о том, что один бы уже давно дошел, а из-за меня мы теряем время.

И всё же он изо всех сил старался подстраиваться под меня. Наверное, он и правда решил, что я напилась и поэтому так себя веду.

Поэтому, как бы мне ни было жаль, я решила честно признаться:

— Десять секунд прошли.

Он никак не отреагировал, и я повторила:

— Сонбэ, десять секунд уже прошли.

Подумав, что он не расслышал, я сказала это еще раз. Он мельком обернулся, и на его лице читался легкий оттенок раздражения и немой вопрос: «И что с того?».

«Ну прошли и прошли. И что?»

«В смысле, а руку отпустить не собираетесь?..»

Но вместо того чтобы спросить это, я с напускной серьезностью произнесла:

— Сонбэ, вы же говорили, что вам противно держаться со мной за руки. Вам не противно? — спросила я еще раз. Ги Ин Хва, не оборачиваясь, бросил:

— Помолчи.

Он не сказал «противно».

Раньше он бы и секунды не колебался, чтобы ответить: «Да, противно».

Я не выпила ни капли алкоголя, но лицо горело так, словно я была пьяна.

Когда Юн Ю Сон отобрал леденец, меня словно накрыло ледяной волной, а сейчас я чувствовала себя так, будто взлетела на гребень огромного, теплого цунами.

Недавно я пересмотрела свою главную цель — завоевать Ги Ин Хва — и разбила ее на более мелкие, выполнимые этапы.

Этап первый: сделать так, чтобы Ги Ин Хва перестало быть противно держаться со мной за руки.

Раз уж на вопрос «тебе не противно?» он ответил «помолчи» вместо «противно», можно ли считать, что первый этап пройден?

С колотящимся сердцем я обдумала это и быстро пришла к выводу: «Да».

Из отведенных мне шести месяцев прошел уже целый месяц, так что времени оставалось не так уж много.

Я решила, что если есть хоть малейший намек на прогресс, нужно не раздумывать, а сразу переходить к следующему этапу.

И я решила приступить к этапу номер два.

Вторая цель: «Сделать так, чтобы Ги Ин Хва поверил в тайну Чо Юн».

Куй железо, пока горячо. На волне эйфории я решила раскрыть ему свой секрет прямо сейчас.

— Сонбэ...

Я постаралась унять дрожь в голосе и позвала его самым серьезным тоном, на который была способна.

Как и ожидалось, Ги Ин Хва никак не отреагировал.

Сделав короткий вдох, я начала:

— Раз уж вам больше не противно держаться со мной за руки, я вам скажу. На самом деле я... умею читать мысли людей.

Я запнулась и посмотрела на его спину, но реакции по-прежнему не было. Шаг оставался ровным, сила хватки и температура его руки не изменились.

Но, будучи уверенной, что он меня слушает, я продолжила. На этот раз я решила выпалить всё на одном дыхании, без остановок.

— Если я касаюсь чужой кожи... вы и сами видели, у меня начинаются судороги и я падаю в обморок, но на самом деле это из-за того, что я читаю воспоминания. Вот почему мне нельзя дотрагиваться до людей. Так что слова про болезнь — это наполовину ложь... хотя, может, и не ложь... или ложь... сама путаюсь, но не суть. Главное, что то, в чем я вам только что призналась — это секрет, о котором не знает никто, кроме моей семьи. Я впервые рассказываю об этом кому-то постороннему. Вы первый.

Вдали уже показался паб, где проходила вечеринка киноклуба. Ги Ин Хва по-прежнему шел вперед, не проявляя никаких эмоций и глядя только перед собой.

Глядя на его широкую, надежную спину, я как-то сникла и добавила:

— Но вы, сонбэ... всё еще держите меня за руку.

Если бы он хоть немного вник в мои слова, он должен был как-то отреагировать.

— Сонбэ, вам нормально, что я могу прочитать ваши мысли?

Я спросила это, прекрасно понимая, что вряд ли найдется человек, которому было бы нормально.

— Вам не страшно?

Даже если не страшно, то как минимум жутковато.

Но Ги Ин Хва упорно игнорировал все мои вопросы.

Когда мы почти подошли к пабу, я увидела Юн Ю Сона, который сидел за столиком на улице, опустив голову. Вдруг он поднял глаза, заметил нас и резко вскочил.

Я мельком взглянула на него, а затем снова перевела взгляд на спину Ги Ин Хва.

— Сонбэ, — позвала я раз. И еще раз, настойчивее: — Сонбэ. 

Только тогда он отпустил мою руку и обернулся.

— Вы мне не верите? — спокойно спросила я с грустью в глазах.

Ги Ин Хва посмотрел на меня немного усталым взглядом и бросил:

— Иди-ка ты домой.

Сказав это, он оставил меня и зашел в бар.

Тем временем ко мне подбежал Юн Ю Сон и снова начал извиняться, бормоча то ли угрозы, то ли мольбы, что если я его не прощу, он будет ходить за мной хвостом, пока не вымолит прощение. И при этом он не сводил глаз с пакета с леденцами в моей руке.

Я не смотрела на него и не отвечала, просто стояла, глядя на дверь, за которой скрылся Ги Ин Хва.

Я не ждала, что он поверит мне сразу после признания. Но надеялась хоть на какую-то реакцию, а ее полное отсутствие выбило меня из колеи.

Весь вечер мои эмоции скакали от одной крайности к другой. Я подумала, что он прав, и мне действительно пора домой.

Я только собралась пойти за сумкой, как дверь паба открылась, и вышел Ги Ин Хва. В руке он нес мой рюкзак.

Он дотащил меня до дороги и поймал такси. Всучил мне рюкзак и запихнул в машину.

— Сама доберешься? — спросил он и, не дожидаясь ответа, захлопнул дверь.

В этом жесте читалась не столько забота, сколько желание поскорее от меня избавиться.

По пути домой, сидя в такси, я немного пожалела о случившемся: «Наверное, я поторопилась с признанием...».

Навалилась страшная усталость, и думать больше ни о чем не хотелось.

* * *

На следующий день, в назначенное время, мы переезжали с грузчиками. Вещей было немного, поэтому управились еще до обеда.

Я сказала рабочим, что сама всё расставлю по местам, и отпустила их пораньше. Оставив входную дверь нараспашку, я издали наблюдала, как они уходят, и тут сверху по лестнице кто-то спустился. На мое счастье, это был Ги Ин Хва.

— Сонбэ.

Сама не ожидая от себя, я рефлекторно окликнула его. Он обернулся. Увидев меня, он на секунду удивился, но, видимо, быстро оценив ситуацию, слегка нахмурился. А затем отвернулся и пошел дальше вниз по лестнице.

В квартиру под ним только что переехала я, Чо Юн, а реакция у Ги Ин Хва была какая-то слишком вялая. Мог бы хоть удивиться посильнее, ошарашиться, или, на худой конец, разозлиться и сказать, что я перехожу все границы.

Вчера он кричал «ты вообще по сторонам смотришь?!», так почему бы и сейчас не заорать: «Ты что, с ума сошла сюда переезжать?!».