Онлайн чтение книги Возможно, дьявол Perhaps I’m The Devil
1 - 37

— Что ты тут одна сырость разводишь?

Я не обернулась. И потому что не было сил, и потому что догадывалась, кто это. Обладатель голоса вскоре подошел и встал рядом. Как я и ожидала, это был Юн Ю Сон.

— А вроде так весело с парнем сидели.

Это выглядело как «весело сидели»?..

Я никогда не видела Юн Ю Сона без очков — может, у него настолько плохое зрение.

Но, с другой стороны, я подумала, что он увидел всё правильно. Если наблюдать издалека, возможно, это действительно выглядело так, будто нам было весело...

Вокруг полно людей, нескончаемая болтовня, выпивка, закуски... Наверное, всё казалось нормальным. Если бы под конец не зашел тот разговор, может, всё и правда было бы нормально. По крайней мере, не так уж плохо.

Пусть я и не могла расслабиться и наслаждаться вечером, но я была рада просто сидеть рядом с Ги Ин Хва.

— Что это за леденец? Неужели выкидываешь?

Я лежала грудью на столе и, медленно моргая, витала в своих мыслях. И тут прямо перед моим носом появилась рука Юн Ю Сона и забрала леденец. Я наблюдала за этим, словно в нереальном слоу-мо.

Лишь секунду спустя до меня дошло, что произошло, и я с тихим вскриком «Ах!» в панике вскинула голову.

Я настолько вымоталась и ушла в себя, что позволила случиться такой глупости.

Вскочив в полнейшей панике, я больно ударилась коленом о ножку стола.

А Юн Ю Сон тем временем уже ловко сорвал обертку и сунул леденец в рот.

— Не смей! — отчаянно закричала я, но леденец уже исчез в его рту.

— Что не сметь? — спросил Юн Ю Сон с леденцом за щекой, удивленно округлив глаза за стеклами очков. А затем, взявшись за палочку, вынул его изо рта. — Это?

Он улыбался.

Как и всегда, когда заговаривал со мной, он просто издевался.

Дружок придурка Чхоль Гу — Юн Ю Сон. Оба одним миром мазаны.

Юн Ю Сон демонстративно снова сунул леденец в рот. Медленно перекатывал его языком. То за одну щеку, то за другую, и каждый раз конфета со звонким стуком ударялась о зубы.

— Ну чего ты так смотришь. Пойдем в круглосуточный, я тебе новый куплю. Хочешь, сто штук куплю? Интересно, у них вообще наберется столько.

Заметив мою реакцию, Юн Ю Сон произнес это с лицом, на котором смешались вина и неловкость.

Я ничего не ответила.

Мне не нужны леденцы, купленные Юн Ю Соном. Пусть он купит хоть сто, хоть тысячу — в них нет никакого смысла. Это пустая трата времени. Единственное, что может исправить ситуацию — это повернуть время вспять. А если нельзя вернуть время — тогда сдохни. Просто сдохни.

Пожелав ему смерти в порыве злобы, я тут же осеклась. Как человек, на собственном опыте познавший невидимые потоки энергии в этом мире, я подумала: а не слишком ли опасны такие мысли? Что, если энергия мысли действительно существует, повлияет на него, и в результате он правда умрет или попадет в страшную аварию? От этого страха я даже не могла позволить себе свободно ненавидеть его.

К горлу подступили слезы.

Леденец, который Юн Ю Сон съел ради шутки — это самая дорогая и ценная вещь из тех, что мне дарил Ги Ин Хва. Это был мой талисман. Моя сила и моя радость.

— Эй, Чо Юн...

Вынув леденец изо рта, Юн Ю Сон вдруг широко распахнул глаза. С крайне растерянным видом он наклонился, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

— Ты что, плачешь?

Я плачу? Я что, правда плачу?

— Юн. Эй, прости. Я просто увидел леденец и решил пошутить...

Не договорив, Юн Ю Сон выпрямился. С совершенно потерянным видом он несколько раз провел рукой по волосам. Выглядел он так, словно попал в жуткую передрягу.

Вообще-то, в передрягу попала я, но Юн Ю Сон выглядел настолько убитым и растерянным, что казалось, будто он сам отдал бы всё, чтобы повернуть время вспять.

В этот момент дверь паба открылась, и кто-то вышел. Это были парень в кепке с прямым козырьком и девушка с обесцвеченными волосами. Достав сигареты, они собирались закурить, но тут заметили нас.

— Юн Ю Сон-оппа, вы чего там делаете? — спросила девушка, а парень шутливо добавил:

— Чего спрашиваешь, не видишь, что ли? Клеится он.

— Оппа, что за бред вы несете. Посмотрите на нее, это же та самая.

— Кто?

— Девушка Ин Хва-сонбэ.

— А?

— Погодите-ка... а что у них там происходит? Она что, плачет?

Блондинка, зажав незажженную сигарету в губах, внимательно присмотрелась ко мне.

— Охренеть, и правда плачет. Ну, Юн Ю Сон-оппа, вы и влипли, — бросила она и скрылась обратно в баре.

Парень же, отойдя от нас на пару шагов, лениво закурил.

— Довести до слез чужую девчонку — это, конечно, сильно... С виду вроде нормальный парень этот Юн Ю Сон, а на деле тот еще отбитый...

Его бормотание, больше похожее на мысли вслух, донеслось до меня вместе с сигаретным дымом.

Я стояла, лишенная всех сил, молча проливая драгоценную влагу, но этот мерзкий, едкий запах, ударивший в нос, вдруг заставил меня прийти в себя.

Возможно, раздражители действуют как энергетик. Нет, скорее как кофеиновый шот. Эффект длится недолго, но дает резкую вспышку бодрости.

Я уставилась на Юн Ю Сона, источая такую же мрачную ауру, как Но Чжу Ын в туалете.

Юн Ю Сон, так и не решившись ни доесть, ни выкинуть отобранный у меня леденец, просто сжимал его в руке. С растерянным видом, словно нашкодивший ребенок, боящийся наказания, он бессвязно бормотал: «Я же не знал, что он такой ценный», «Правда, прости», «Может, я как-то могу всё исправить?».

А я, глядя на него, произнесла:

— Выплюни.

— Купить новый?

Юн Ю Сон, видимо, не расслышал и с глупым видом переспросил. Поэтому я повторила, четко и безжалостно:

— Выплюни его обратно.

Даже если он его выплюнет, это будет просто кусок обслюнявленной массы, а не целый леденец. И даже если представить невозможное, что он вернет его в первозданном виде — обертка всё равно порвана, леденец испорчен. Но я всё равно требовала. Если бы я этого не сказала, я бы просто задохнулась от ярости.

Раз уж мне нельзя желать ему зла и проклинать на смерть, я буду нести этот абсурдный бред до тех пор, пока ему не станет невыносимо тошно. Пока он не выдохнется и не сдастся. Пока не забудет о своей вине и не начнет орать на меня, требуя прекратить.

— Я же просила вас так не делать. Я еще тогда говорила. Для вас это, может, и шутки, а для того, над кем вы издеваетесь — это насилие... Так что выплюни его обратно.

— Я понял это тогда и правда раскаялся. И то, что я снова сотворил такую херню... прости меня. Мне правда, правда... очень жаль. Оправданий нет. Но Юн, как я его выплюну? Давай я как-нибудь по-другому заглажу вину? Прошу тебя, а?

— Если жаль — выплюни. По-другому нельзя.

— Чо Юн...

— Выплюни.

— Тебе же самой от этого лучше не станет. Это же мерзко...

— Выплюни.

— Юн...

Юн Ю Сон умоляюще смотрел на меня, сложив руки лодочкой, словно в молитве. Между его переплетенными пальцами торчал обслюнявленный леденец.

Глядя на это, я снова чуть не расплакалась.

— И не смей называть меня по имени. Ты хоть понимаешь, что это был за леденец? Зачем ты его съел? Зачем?! Я сама его берегла и не ела! Какое право ты имел его есть!

Начав тихо, мой голос становился всё громче, пока в конце концов не сорвался на крик, разнесшийся по улице. Юн Ю Сон, ошарашенный моим поведением, смотрел на меня с растерянностью, а затем тяжело вздохнул и опустил голову.

Видимо, решил, что со мной бесполезно разговаривать.

В этот момент парень, до этого молча куривший в стороне, подал голос:

— Слышь, ну ты тоже палку не перегибай, он всё-таки старше тебя. Как я понял, весь сыр-бор из-за какой-то конфеты, а ты человека из-за такой мелочи с говном смешать готова.

Стряхнув пепел, он добавил: «Хорош уже».

И я ответила:

— Не лезьте, если ничего не знаете.

Я хотела добавить еще. «Откуда вам знать, мелочь это или нет? Вы кто такой, чтобы указывать?»

Но не успела.

Дверь паба открылась, и вместе с блондинкой вышел Ги Ин Хва. Парень в кепке, который до этого с полным непониманием смотрел на меня, тут же подскочил к нему.

— Бро, что с твоей девчонкой? Из-за какой-то конфеты Юн Ю Сона чуть ли не на британский флаг рвет, это же пиздец. Видел, как она на меня сейчас огрызнулась? Юн Ю Сон тут перед ней распинается, прощения просит, мне его аж жалко стало, вот я и встрял, а она... Я же даже голос не повысил! Просто спокойно сказал, мол, хватит уже...

Выпалив свою жалобу со скоростью пулемета, он нервно затянулся сигаретой, всем своим видом показывая, как он устал от этого дурдома.

Ги Ин Хва прошел мимо него и направился ко мне.

Лицо его было бесстрастным, как всегда, но в нем угадывалась какая-то странная напряженность.

Остановившись передо мной, он ровным голосом спросил:

— Что за леденец?

Я на мгновение стушевалась, а затем угрюмо буркнула:

— Тот, что вы мне дали.

Подумав, что по такой скудной информации он вряд ли вспомнит, я открыла было рот, чтобы добавить: «Тот, что вы дали мне возле универа, когда мы возвращались из лапшичной».

Но не успела я произнести ни слова, как Ги Ин Хва схватил меня за руку и потащил за собой.