Школьное прошлое, средняя школа — довольно давние воспоминания. Возможно, переходный возраст. Самое беспечное и в то же время чувствительное время.

Может, у него были плохие отношения с младшим братом; может, тот его раздражал; может, он... просто не нравился ему.

Таких братьев, наверное, немало. И сестёр тоже хватает. И таких пар «брат и сестра» тоже очень много...

В детстве у меня тоже не ладилось с сестрой. Сестра меня скорее боялась, чем не любила. Как монстра или призрака из страшилок. Как первопричину кошмара.

Боялась и одновременно любопытствовала. С опаской наблюдала за мной издалека. Глядя на меня, в очередной раз осознавала собственное место.

Место, которое отвели ей мама и другие взрослые, особенно мама. С этого безопасного, уютного, привилегированного места она порой смотрела на меня сверху вниз, словно на жалкое существо.

— А?

Юн Ю Сон, до этого с потускневшим лицом неподвижно глядевший в край стола, поднял на меня глаза с выражением «что ты только что сказала?».

Я слегка пошевелила губами и максимально безучастно ответила:

— Если вас беспокоят воспоминания о брате, тогда уж лучше уделяйте больше внимания брату.

Юн Ю Сон молча уставился на меня. Я опустила взгляд, до этого блуждавший в районе его щеки, чуть ниже, к плечу.

— Я бы и хотел, да не могу.

На тон ниже обычного, его голос прозвучал немного грустно.

Хотя нет, голос был точно таким же, как обычно, ничем не отличался от того, что был только что, — наверное, это просто моё восприятие добавило ему этот оттенок.

Я постаралась сохранить спокойствие и спросила:

— Почему... не можете?

От беспричинного беспокойства я обхватила одной рукой стакан с водой.

— Потому что он далеко.

Юн Ю Сон уныло улыбнулся и склонил голову набок.

В этом жесте было что-то надломленное, и моё сердце ёкнуло.

«Неужели...» — мелькнула мысль.

«Неужели...».

— Далеко... где...

Я колебалась, спрашивать или нет, но в итоге всё же открыла рот. И в тот же момент Юн Ю Сон добавил:

— И ещё он меня не любит.

— ...

— Даже на звонки не отвечает.

— А-а... — я тихо выдохнула. 

Не то...

Стоило ли радоваться, что ситуация оказалась не такой страшной, как я опасалась? Или возмущаться, что Юн Ю Сон без надобности нагнал такой драмы? Хотя у него, конечно, на это есть свои причины...

Подавив мешанину чувств, я подняла стакан и смочила губы водой.

А потом сказала:

— Как бы то ни было, я не ваш брат.

Тот маленький, слабый братишка, на которого ты делал вид, что не замечаешь, остался в прошлом, его здесь и сейчас нет. Я не он, и даже если ты сожалеешь о тех временах — это твои дела, и ко мне это не должно иметь никакого отношения. Так что прекращай, пока я по-хорошему прошу.

— Знаю.

На мою короткую фразу, в которой было заключено столь длинное недовольство, Юн Ю Сон послушно отозвался.

Это прозвучало так, словно он знал, но всё равно не мог перестать обращать на меня внимание.

— Это создаёт мне неудобства.

— Постараюсь не создавать.

— Уже создаёт.

Бросив это довольно резко, я взяла лежащий на столе телефон и проверила время. Прошло уже семь-восемь минут с тех пор, как я смотрела в последний раз.

— Ну прости меня. Я вообще-то всегда забочусь о младших. Не то чтобы только о тебе...

— Тогда сделайте для меня исключение.

— Конечно, что именно к Юн меня особенно тянет — это правда.

— И чем же я похожа на вашего брата?

Тем, что щуплая? Тем, что одна? Тем, что от меня все шарахаются? Опять же, потому что выгляжу жалко?

— Я не говорил, что похожа... я сказал, что ты мне его напоминаешь.

— А почему напоминаю?

— Хм-м... и правда... почему?

Юн Ю Сон, напуская задумчивый вид, поднял глаза вверх, а затем замял всё смешком: «Хах, не знаю».

Это выглядело как попытка увильнуть, и его поведение не внушало никакого доверия.

Я холодно уставилась ему в лицо.

— Если вы переживали из-за того, что на приветственной вечеринке я забилась в угол как изгой, — это я ещё могу понять. Не говорила вслух, но я даже была вам благодарна. Хотя сути это не меняет — это всё равно лишнее вмешательство.

Я выпалила всё это на одном дыхании и тяжело перевела дух. Юн Ю Сон с подчёркнутым согласием кивнул и подпёр подбородок одной рукой. Сквозь прозрачные стёкла очков он пристально и спокойно смотрел на меня, словно призывая продолжать.

— Но в последнее время многое изменилось. Как вы и сами знаете, у меня теперь есть парень. И в клубе появились ребята, с которыми я неплохо... ну, более-менее неплохо общаюсь...

Я хотела сказать, что у меня появились и подруги, но даже произнести это вслух в качестве пустых слов для удобства разговора показалось мне неловко, поэтому я в последний момент поменяла формулировку. Юн Ю Сон с довольным видом отозвался: «Знаю».

— В смысле «знаете»?

— Хе Сын, Сон, Чжон Хи и Юн — вы же вчетвером дружите.

Он знал так точно, что у меня по спине побежали мурашки.

— Я тоже довольно неплохо общаюсь с этой троицей... поэтому время от времени до меня доходят кое-какие истории, вот и знаю.

Юн Ю Сон, внимательно изучив моё лицо, добавил это спокойно, словно оправдываясь.

И правда, я не раз замечала, как они увиваются за ним, называя «сонбэ, сонбэ». Особенно Ян Чжон Хи, ведь он ей нравится.

Стряхнув неприятное чувство, я продолжила:

— Так что… Перестаньте уже на меня обращать внимание. Даже если бы вы этого не делали, у меня всё было бы в полном порядке. И, как я уже говорила, это, наоборот, мне в тягость.

— Не хочу.

— Почему?

— Просто. Потому что мне так хочется.

— А мне это неприятно.

— Поэтому я и прошу немного потерпеть. Я ведь и так уже сильно себя сдерживаю.

— Что вы там сдерживаете?

— Желание хорошенько повмешиваться в жизнь Юн.

Слова и дыхание разом застряли у меня в горле, поэтому я ненадолго замолчала.

К этому моменту я уже стала всерьёз подозревать: а не болезнь ли это у него? Если, конечно, чрезмерное вмешательство в чужие дела можно считать болезнью.

И ещё кое-что, в чём я подозревала его уже давно.

— Спрашиваю на всякий случай, но вы ведь не специально меня изводите?

— ...

Глядя на меня, Юн Ю Сон нахмурился.

— Юн, ну сколько раз сонбэ ни промахивался... неужели ты думаешь, я делал это специально?

С обиженным видом и интонацией Юн Ю Сон пробормотал: «Это уже слишком...» — и, изобразив надувшегося ребёнка, отвёл взгляд.

Не понимая, шутит он или говорит всерьёз, я коротко выдохнула.

Снова взяв со стола телефон, я включила экран. Времени уходило слишком много.

— Если не специально и при этом я вам не нравлюсь, тогда зачем вы это делаете?

Я почти потребовала ответа, не понимая ни логики его поступков, ни его самого. На что Юн Ю Сон легко отозвался:

— Ну, тогда давай скажем, что нравишься.

С ним невозможно было разговаривать.

Когда я увидела его впервые, я подумала, что он самый обычный, вполне нормальный человек. Общительный, любящий заботиться о других, в общепринятом смысле «хороший человек».

Но это оказалось не так.

В любом случае, не так.

И его опрятный внешний вид теперь казался мне сплошным надувательством.

Возможно, сама попытка завести с Юн Ю Соном разговор была ошибкой. Я только зря потратила время — это запоздало накрыло меня сожалением.

Я взяла лежащую на соседнем стуле сумку и подняла телефон.

— Хватит. Просто сделайте так, чтобы меня не понимали неправильно.

— Десерт же ещё принесут, ты что, без него уйдёшь? И, прости, какие неправильные понимания?

— Любые. В тот раз я уже не буду молчать.

Поднявшись, я предупреждающе бросила это и, держа сумку в одной руке, второй отправила Ги Ин Хва сообщение. Я написала, что обед закончился и я уже выхожу.

Направляясь к выходу из ресторана, я думала: «Подождать у входа? А может, всё-таки лучше позвонить и заодно спросить, где он, где встречаемся...».

Юн Ю Сона, шедшего следом, мне видеть не хотелось.

Стоило мне выйти из здания, как Юн Ю Сон, успевший расплатиться и догнать меня, выхватил у меня из руки сумку.

Я ненадолго закрыла глаза, пытаясь сдержать гнев, а затем обернулась.

— Что вы делаете?

Я хотела сохранить хладнокровие, но в голос уже просочилось явное раздражение.

— Сумка тяжёлая на вид, решил поднести.

Юн Ю Сон расплылся в наглой улыбке.

— Не нужно. Отдайте. И раз вы сами предложили заплатить — спасибо за обед.

С неловкой благодарностью я протянула руку, всем видом требуя сумку. Скользнув взглядом по моей руке, Юн Ю Сон поднял-опустил сумку, словно гантель, и заметил:

— Я и в прошлый раз об этом думал, но что у тебя в сумке-то? И большая, и тяжёлая.

— Хватит, отдавайте уже.

— Ты там кирпичи носишь, что ли? Сумка явно тяжелее тебя самой. 

Последний раз, когда у меня вот так отбирали сумку и дразнили, такое было разве что в начальной школе. Хотя нет, в средней тоже было что-то похожее?..

Со мной столько раз творили подобное и так часто издевались, что я уже не помню всего. Но вот это я запомнила чётко.

В таких случаях обычно словами ничего не вернёшь...

Юн Ю Сон и впрямь был другом наглого Чхве Чхоль Гу.

Уже одно то, что он называет такие действия не «издевательством», а «промахами», говорило само за себя.