Я хотела отказаться вежливо и твердо, но почему-то голос прозвучал робко и смущенно.

Разозлившись на саму себя, я плотно сжала губы, как вдруг на меня посыпались подколки:

— Это что, парень не разрешает?

— Завидую, блин!

— Ой-ой, раз Ин Хва за ней заедет, мы-то ей зачем?

— Хоть на Ин Хва посмотрим лишний раз благодаря тебе, Юн.

За столом поднялась волна подтруниваний и веселых возгласов.

Когда шум немного утих, одна из старшекурсниц с ухмылкой произнесла:

— Ну и отлично, — и протянула мне рюмку.

Я не поняла, что в этом отличного, но рюмку брать не спешила.

Раз Ин Хва за тобой приедет, можешь спокойно напиться — это она имела в виду?..

Но Ги Ин Хва, когда я сказала ему о сегодняшней встрече, ответил так: 9«Напиши, как закончите. Если ничего не случится, я за тобой приеду».

А это значило, что если что-то случится, он приехать не сможет.

Я, конечно, хотела, чтобы он приехал... Увидеть его лицо, поехать в его машине, вдыхая его запах, и так вернуться домой... Но если у него появятся дела, я была готова доехать на такси.

Так что помощь старшекурсниц мне не нужна.

Да и пить мне не хотелось.

Алкоголь — это нечто неизведанное. Страх перед неизвестностью — естественный инстинкт любого живого существа, а я всегда прислушиваюсь к своим инстинктам.

С другой стороны, любопытство к неизведанному — это тоже вполне естественно.

Рука старшекурсницы, державшая рюмку, начала мелко дрожать.

Она скорчила плаксивую гримасу и заныла:

— А-а... Ну что за бессердечная хубэ, у меня рука сейчас отвалится. Бери быстрее, сил уже нет держать.

Когда рука старшекурсницы затряслась еще сильнее, словно обсыпанный солью угорь, мне ничего не оставалось, кроме как осторожно принять рюмку.

Раз уж так умоляет, выпью одну.

Из-за председателя Кан Мо А я поначалу немного напряглась и чувствовала себя неловко, но в целом вечер проходил весело. К тому же такая встреча — редкость...

Да и правду говорят старшекурсницы: узнать свою норму не помешает, а когда еще выпадет такой шанс...

Оправдывая себя таким образом, я подставила рюмку.

Вскоре прозрачная рюмка наполнилась до краев, и под полные ожиданий взгляды я ее выпила. По чуть-чуть.

И тут выяснилось: алкоголь меня почти не берет...

Время шло, атмосфера за столом накалялась.

Темы разговоров скакали с одной на другую безо всякой логики.

Мы обсудили сегодняшний фильм, затем немного поговорили о планах Чон Сон И отправиться летом в путешествие. Потом Ким Хе Сын переключилась на свой проваленный промежуточный экзамен, а дальше мы выслушали жалобы председателя Кан Мо А.

Она сетовала, что в клубе в последнее время неспокойно. И всё из-за этого кинопроекта. Так разговор плавно перешел на Ма Джун Сана.

Кан Мо А сказала:

— Вы, наверное, и так слышали... В общем, у …Джун Сана дома всё непросто. Две старшие сестры: одна окончила Лигу Плюща, другая — лучшая выпускница юрфака. Да и кузены все как на подбор... А он к нам в универ поступил только с третьей попытки. Так что его там изначально за неудачника держат. С такой-то родней давление просто невыносимое... А психика у него слабая, вот он и прячется от проблем. Но скоро ведь выпуск! Видимо, припекло, решил, что надо хоть что-то делать. А чем он может похвастаться? Какие у него заслуги? Вся его надежда — только на этот чертов фильм...

Суть ее долгого рассказа сводилась к тому, что ей стало его жаль, поэтому она и пошла у него на поводу.

Если бы большинство было против, проект бы свернули. Но, к ее удивлению, многие согласились участвовать, поэтому она и дала добро...

Однако всё оказалось не так-то просто, и она корила себя за то, что ей, похоже, не хватает лидерских качеств.

Казалось, Кан Мо А знала о Ма Джун Сане что-то еще, но больше ничего не сказала. Видимо, решила, что это слишком личное.

Зато я узнала, почему он так взъелся на клуб «Дерево мечты».

Оказывается, когда-то Ма Джун Сан писал колонки о кино для одного интернет-журнала. И тогда он подхватил «болезнь критика» — безжалостно разносил всё подряд, от авторского кино до блокбастеров и инди-фильмов. Досталось тогда и фильму ребят из «Дерево мечты», который взял приз на студенческом кинофестивале.

Контракт колумниста у него был всего на год, он быстро закончился, и Ма Джун Сан об этом благополучно забыл. В следующем году он снял две короткометражки и отправил на фестиваль.

Призов он не взял, но один из фильмов купила крупная стриминговая платформа. Однако, как это часто бывает с короткометражками, фильм прошел незамеченным.

Но однажды ему скинули ссылку на кинофорум, где его работу буквально размазывали по стенке. Ма Джун Сан всю ночь читал злые комментарии, скрипя зубами, и вскоре понял, что хейт был организованным.

Проведя расследование, он выяснил, что грязью его поливали ребята из «Дерева мечты». Тогда он пошел к их председателю и чуть ли не с кулаками на него набросился.

Те, ничуть не смутившись, заявили, что просто вернули должок, так что нечего возмущаться. На что Ма Джун Сан в бешенстве заорал, что это совершенно разные вещи: он занимался объективной критикой, а они устроили подлую травлю.

С тех пор он затаил на них обиду. И не может отпустить, хотя те, кто устроил травлю, уже давно выпустились...

— Жалко его, конечно... — с горечью пробормотала Ким Хе Сын, отпив из рюмки.

— Значит, та истерика на первых съемках из-за ребят из ДМ — это тоже из-за того случая? — спросила старшекурсница, которая, как и я, видимо, слышала эту историю впервые, цокнув языком.

— Ну а из-за чего же еще... — вяло отозвалась Кан Мо А, ковыряясь палочками в салате с улитками.

— Обалдеть... Думал, они за съемками шпионят, чтобы потом на форумах обсирать? Бред какой-то. Если б не та его выходка, ничего бы и не случилось. А ведь могло всё закончиться куда хуже...

Едва старшекурсница договорила, как все взгляды устремились на меня.

И так тема разговора снова вернулась ко мне.

Обсуждали, какой Ги Ин Хва козел. Какая Но Чжу Ын стерва. Как я всё это терплю. И поражались тому, что среди парней в клубе до сих пор есть идиоты, которые заступаются за Но Чжу Ын.

— Ну, Чжу Ын сонбэ, конечно, красивая. Высокая, стройная. С этим не поспоришь, — сказала Чон Сон И, кивая головой, на что Кан Мо А возразила:

— А по мне, так Юн куда симпатичнее.

Одна из старшекурсниц подхватила:

— Вот скажите, с такой-то внешностью Юн ведь реально красивее Но Чжу Ын, да?

Ян Чжон Хи, всё это время молча слушавшая, веско добавила:

— То, что Юн от природы красавица, мы и так знали.

Только сейчас я почувствовала, что пьянею. Я прижала ладони к щекам — они были горячими, как свежеиспеченные паровые булочки.

Я опьянела и от алкоголя, и от комплиментов, в груди щекотало, а в носу защипало так, что хотелось чихнуть.

Мне было... странно хорошо. Хотя особых причин для этого не было...

Так вот почему люди любят выпить...

— Честно говоря, меня так бесило, что эти придурки вечно сравнивают ее с Но Чжу Ын... Поэтому сегодня я и притащила ее в мамин салон. Чтобы показать им всем.

Чтобы показать им всем...

«Вот оно что... » — подумала я и невольно кивнула.

Она просто хотела доказать свою правоту... Поэтому и повела себя так внезапно. Значит, она не странная.

В этот момент старшекурсница напротив, обмакнув кусок рыбного пирожка в соевый соус, посмотрела на меня и спросила:

— Ну, и как далеко вы с Ин Хва зашли?

В ее слегка захмелевших глазах читалось поровну любопытства и лукавства.

Я не сразу поняла, что она имеет в виду под «далеко зашли», и на секунду задумалась.

Старшекурсница, не дождавшись ответа, уточнила:

— Ну, вы же целовались, да?

А, вот что... Я медленно покачала головой:

— Нет. Еще нет.

Старшекурсница сделала такое лицо, словно услышала невероятную чушь, засунула рыбный пирожок в рот и принялась жевать его, как резину.

А потом, даже не проглотив, выдала:

— Вы же вроде как уже месяц встречаетесь? И до сих пор ни разу не целовались? Обалдеть... Этот Ги Ин Хва что, из Чхонхакдона [3] сбежал?

[3] деревня, жители которой придерживаются традиционного конфуцианского уклада жизни. Используется как синоним крайнего консерватизма.