Онлайн чтение книги Возможно, дьявол Perhaps I’m The Devil
1 - 32

Говорили, что у персонажа Но Чжу Ын будет мало реплик. Зато предполагалось много сцен, где она играет на пианино. Ма Джун Сан даже похвалил ее, сказав, что для новичка она играет весьма недурно.

Услышав это, Но Чжу Ын тайком скривила губы в мерзкой ухмылке.

— Какая к черту игра... я и не просилась.

Ее бормотание с натянутой улыбкой, больше похожее на чревовещание, донеслось даже до меня, сидевшей через одно место от нее.

«Если ей так не хочется, зачем вообще согласилась?» — промелькнул у меня вопрос.

Но Чжу Ын не из тех, кто делает что-то через силу. Честно говоря, это было неожиданно. Да и видеть, как она ведет себя с Ма Джун Саном на удивление покладисто, тоже было в новинку. Для Но Чжу Ын, которая смотрела на большинство парней как на грязь под ногами, этот «сонбэ» Ма Джун Сан был явно кем-то особенным.

Но самое удивительное и нелепое произошло потом.

Но Чжу Ын серьезным тоном заявила: «Честно говоря, я не уверена, что смогу встать перед камерой, и мне правда не хочется, но раз вы, сонбэ, так настаиваете, я попробую». А затем добавила условие — приставить к ней личного помощника из числа стаффа.

— Это еще зачем? — спросил Ма Джун Сан, на что Но Чжу Ын вдруг переключилась на кокетливый тон:

— Оппа, ну выделите мне менеджера.

Было смешно наблюдать, как она резко сменила сухое «сонбэ» на игривое «оппа».

Ма Джун Сан напустил на себя вид строгого старшего брата и сделал вид, что напряженно думает. Мельком взглянув на президента Кан Мо А, которая яростно мотала головой, показывая, что она против, а затем скосив глаза в сторону Ги Ин Хва, он наконец безапелляционно отрезал:

— Парней нельзя. — И добавил: — Там и так тяжелой работы полно. Из-за пианино.

Наблюдая за этой сценой, я вяло подумала: видимо, слухи о Ги Ин Хва и Но Чжу Ын дошли даже до «ископаемого сонбэ».

Но мне не стоило так расслабляться и предаваться отвлеченным мыслям. Потому что стоило Ма Джун Сану сказать «парней нельзя», как Но Чжу Ын тут же ткнула в меня пальцем.

— Вон ту. Пусть она будет.

Ма Джун Сан быстро окинул взглядом мою фигуру, сидевшую с приоткрытым от шока ртом, и кивнул, давая согласие.

Моего мнения, разумеется, никто не спросил.

Не то чтобы я не думала возмутиться, но чувство обреченности взяло верх — казалось, что всё равно ничего не изменится.

К тому же, у меня не было какой-то конкретной роли, которую я бы хотела на себя взять, или чему-то научиться. Я не отличалась ни физической силой, ни расторопностью, чтобы уверенно браться за черновую работу. В отличие от того, что думал Ги Ин Хва, у меня с самовосприятием было всё слишком хорошо, и именно поэтому я решила молча сносить издевательства Но Чжу Ын, боясь стать помехой на съемочной площадке.

Так я и оказалась на побегушках у Но Чжу Ын на всё время съемок.

«Если сможешь вытерпеть всё это — так и быть, продержишься свои жалкие шесть месяцев. А не сможешь — вылетишь раньше».

Эти слова Но Чжу Ын не давали мне покоя и мучили меня несколько дней.

«Думаешь, ты первая такая? Все до тебя сдавались и отваливали».

Скольких же людей Но Чжу Ын уже извела?

«Сдашься — станет легче».

До тех пор, пока я не откажусь от Ги Ин Хва и не исчезну.

«Я терплю тебя только из жалости».

«Надо же, как низко она пала, раз вспомнила об этих словах», — подумала я.

Теперь стало ясно: та выходка с кино на выходных тоже была частью ее плана по издевательству надо мной. Хоть она и не делала ничего особенного, но в итоге тот день вымотал меня до предела.

Но это хороший знак.

Значит, я неплохо держусь.

Прости, Но Чжу Ын, но я не собираюсь сдаваться и искать легких путей.

* * *

Экзамены закончились, и наступил май.

В пятницу, за день до переезда, я пришла на клубную вечеринку пораньше и забилась за столик в углу.

В последнее время до меня то и дело доходили слухи о том, что атмосфера внутри киноклуба оставляет желать лучшего. Недовольство и тревога среди тех, кто не участвовал в съемках, всё нарастали.

Люди жаловались, что этот внезапный масштабный проект ломает заранее утвержденный план работы клуба на год и может негативно сказаться на основных мероприятиях.

Чтобы как-то сгладить углы и погасить это недовольство, кто-то предложил устроить вечеринку для сплочения коллектива. Заодно решили познакомить всех с приглашенным стаффом и актерами перед началом съемок.

В назначенный день на вечеринку пришли в основном те, кто был задействован в фильме. Большинство остальных проигнорировали приглашение. Сидя в своем углу, я молча наблюдала, как президент Кан Мо А с мрачным лицом то и дело тяжело вздыхает.

Честно говоря, я так и знала, что этим кончится. Если уж решили сплочать коллектив, то надо было делать это в своем кругу, а не устраивать заодно и знакомство с левыми людьми.

Видимо, логика президента была такой: «Времени в обрез... отличная возможность убить двух зайцев...». Но если бы она хоть немного подумала о чувствах обиженных членов клуба, то не стала бы так делать.

В день, когда в официальном чате появилось объявление о вечеринке, в нашем маленьком чате «Киноман_наши» тоже закипела жизнь.

Из переписки Чон Сон, Ким Хе Сын и Ян Чжон Хи я узнала много нового, в том числе и о Ма Джун Сане.

Оказалось, Ма Джун Сан — не просто засидевшийся в универе старик. Его дядя — генеральный директор крупной корпорации, владеющей известными кино- и телепроизводственными компаниями. У него куча связей среди журналистов киножурналов и критиков, а с одним очень известным режиссером он вообще на короткой ноге...

Молча читая сообщения, я вспомнила слова Ян Чжон Хи о том, что нужно хоть иногда отвечать. Да и просто сидеть и втихаря подглядывать было как-то не по себе. Немного посомневавшись, я всё же отправила сообщение:

[Почему человек с такими связями до сих пор не выпустился?]

[О, это же Юн!!!]

[Юн наконец-то присоединилась к беседе....^-^]

[Если быть точным, Джун Сан-оппа не то чтобы не может выпуститься, он просто не хочет.]

Сообщения от Ким Хе Сын, Чон Сон и Ян Чжон Хи посыпались одно за другим.

[А почему не хочет?] — снова спросила я.

[Моа-онни говорит, что он, похоже, не хочет выходить во взрослую жизнь.] — любезно ответила Ян Чжон Хи.

Этот ответ снова поверг меня в задумчивость.

У него богатая семья, куча связей — чего бояться взрослой жизни? Какая радость торчать в универе? Быть ходячим ископаемым, над которым все посмеиваются, разве не хуже?

Тут написала Чон Сон:

[Кто знает. Может, ему нравится быть безработным под прикрытием студенческого билета... ^^;;]

[У этого оппы реально остался только диплом, и в этом году его время истекает ㅠㅠ]

[Ага, поэтому он и поднял эту шумиху с фильмом.]

Прочитав последние сообщения от Ким Хе Сын и Ян Чжон Хи, я коротко ответила: «Понятно».

И снова перешла в режим наблюдателя.

Оказывается, внутри клуба ходило много разговоров о том, почему президент Кан Мо А пошла на поводу у Ма Джун Сана. Некоторые студенты подозревали, что между ними была какая-то сделка.

Кан Мо А хотела работать в кино- или телеиндустрии, и поползли слухи, что Ма Джун Сан с его связями пообещал ей помочь с трудоустройством.

Когда Чон Сон написала, что слышала об этом от старшекурсников, Ян Чжон Хи отрезала: «Моа-онни не такая».

Я тоже думала, что это бред. Из-за чего весь сыр-бор? Казалось, что все просто слишком поддались эмоциям и перестали мыслить здраво.

Клуб любителей кино внезапно решил снять фильм — вот и всё, что произошло.

С другой стороны, у меня закралась еще одна мысль.

Может быть, покладистость Но Чжу Ын перед Ма Джун Саном, ее искреннее желание участвовать в деятельности клуба и связи Ма Джун Сана как-то связаны?

Возможно, Но Чжу Ын тоже хочет работать в сфере кино.

Я думала, что, раз она так бездумно спит с парнями и ей плевать на слухи, то и о будущем она не парится, но, видимо, я ошибалась.

Эта мысль принесла мне некоторое облегчение. Не потому, что я переживала за Но Чжу Ын, а потому, что это было хорошо для Ги Ин Хва...

Пока я была погружена в свои мысли, в пабе начали собираться люди. Вошли Ги Ин Хва и Но Чжу Ын, но сели за другой столик.

Неужели они меня не заметили? Или просто проигнорировали? Но Чжу Ын точно должна была меня увидеть. Наверняка она специально выбрала другой стол, заметив меня.

Я сидела и думала, стоит ли мне сейчас пересесть к ним, как вдруг кто-то громко окликнул меня:

— Чо Юн!