Неужели Ги Ин Хва так легко отступится? Согласится с тем, что его усилия пошли прахом, а ведь он специально выкроил время, чтобы отвезти меня домой?
Вряд ли. С высокой долей вероятности он скажет «нет».
Я должна поехать домой, разогреть и съесть кашу, которую он купил, а также сделать фотоотчет до и после еды. И как бы хорошо я себя ни чувствовала, я обязана выпить лекарства и хорошенько отдохнуть. Ги Ин Хва это тоже прекрасно понимает.
Поэтому он точно не скажет «окей».
Взвесив всё это несколько раз, я кивнула Юн Ю Сону, давая согласие на его план.
То, что я переложила на другого человека решение, которое могла и должна была принять сама, вызывало тревогу — словно стебель цветка, дрожащий на весеннем ветру.
Когда мы пришли на парковку, о которой писал Ги Ин Хва, в углу стояла его белая машина. Но самого владельца нигде не было видно.
Нерешительно переминаясь у автомобиля и сжимая телефон обеими руками, я замялась.
Звонить или нет? Очевидно же, что он скоро вернется, так зачем звонить? Воздержись от поступков, которые выдадут тебя с головой... Пока я бессвязно размышляла об этом, Юн Ю Сон, совершенно не понимая моих терзаний, легкомысленно бросил:
— Он, наверное, припарковался и пошел курить. Давай, звони скорее.
Хотя запрет на звонки со вчерашнего дня был снят, я до сих пор ни разу ему не звонила. За всё это время я лишь пару раз набрала его номер в те первые выходные, когда мы только начали встречаться, но тогда он не ответил. Не было ни единого случая, чтобы я позвонила первой и мы поговорили.
Мысль о том, что я не хочу совершать столь значимое действие прямо здесь, по такому пустяковому поводу, да еще и на глазах у Юн Ю Сона, яростно боролась с самоиронией — ведь я сама наделяла этот звонок особым смыслом и поднимала лишнюю суету.
Пока в моей душе шла эта мелкая, ничтожная битва, вдалеке показался Ги Ин Хва.
Видимо, как и предполагал Юн Ю Сон, он выходил покурить: в той стороне находилась курилка. Место, которое я тоже прекрасно знала, потому что пару раз ходила туда за ним.
— Тебе не противно, что твой парень курит? Я слышал, ты терпеть не можешь сигаретный дым. Скажи Ин Хва, чтобы бросал.
Пока Юн Ю Сон добавлял что-то про вред для здоровья, я не сводила глаз с приближающейся фигурки Ги Ин Хва.
Откуда Юн Ю Сон узнал, что я не переношу сигаретный дым? От того болтливого сонбэ из нашего клуба? Но откуда тот сонбэ в курсе... И разве это такой уж повод для сплетен, чтобы дойти до ушей Юн Ю Сона?
Возможно, это заметил кто-то из курильщиков в клубе, кто был достаточно проницателен. Во время общих встреч, если я случайно оказывалась рядом с курящими или просто проходила мимо, мое лицо неизменно каменело от отвращения.
То, что не скрыть, как ни старайся. А вернее, то, что люди и не пытаются скрывать, не считая нужным. То, что, наоборот, рвется наружу.
Пока я размышляла о природе отвращения, Ги Ин Хва подошел совсем близко.
Как всегда, ни тени спешки, но при этом он оказался рядом в мгновение ока. Это казалось таким удивительным, словно он владел искусством сжатия пространства*.
[1] в даосской и буддийской мифологии — магическая способность мгновенно преодолевать огромные расстояния, «сокращая» землю.
Его равнодушный, скучающий взгляд был неотрывно устремлен на меня, а затем переместился на стоящего рядом Юн Ю Сона.
Проходящие мимо студенты косились на Ги Ин Хва, украдкой поглядывали, а отойдя подальше, оборачивались вслед. Видимо, он давно к этому привык, потому что не обращал на них ни малейшего внимания. Не отвлекаясь, он направился прямо к нам.
«А не испытывает ли он отвращение ко мне?» — промелькнула мысль. Ведь раньше он невольно демонстрировал отторжение именно ко мне, а сейчас непринужденно, как ни в чем не бывало, шел в мою сторону. Более того, он заявил, что возьмет за меня ответственность на ближайшие пять месяцев.
Посчитал меня жалкой и несчастной... Неужели это чувство пересилило отвращение?
«Жалость» — чувство куда более слабое, чем «отвращение». Какой же он всё-таки странный человек.
Но это и к лучшему.
Пока мои мысли метались от моего отвращения к его, он подошел вплотную.
— Ты где был? — радостно поприветствовал его Юн Ю Сон.
— Курил, — коротко ответил Ги Ин Хва.
— И что хорошего в том, что ты постоянно дымишь? Бросай. Юн ведь тоже здесь.
Я мельком взглянула на Юн Ю Сона, который внезапно приплел меня к разговору, а затем снова посмотрела на Ги Ин Хва. Он смотрел на меня сверху вниз нечитаемым взглядом.
Казалось, в его глазах читался вопрос: «Ты правда хочешь, чтобы я бросил?» — и одновременно недоумение: «Ты ведь не против запаха сигарет».
Я ненавижу запах табака, но сигаретный дым Ги Ин Хва — единственное исключение. От него меня не воротит. Сама не знаю почему, но иногда мне даже кажется это приятным. И всё же, если это возможно, я бы хотела, чтобы он бросил. Потому что это вредит здоровью.
А если бросить не может, пусть курит только тогда, когда я рядом.
Не знаю, откуда берется это чувство. Эта странная потребность быть рядом, когда он сокращает себе жизнь... Означает ли это: «Давай умрем вместе» или «Я буду в реальном времени следить за тем, что ты делаешь, и запомню это»?
— Говорят, ты обещал отвезти Юн домой, — нарушил повисшую между мной и Ги Ин Хва тишину Юн Ю Сон.
Нечитаемый взгляд Ги Ин Хва, прикованный ко мне, казалось, едва заметно дрогнул. Затем он отвел глаза и бесстрастно посмотрел на друга.
— И что?
— Я собираюсь сейчас угостить ее обедом, ты не против?.. Очевидно, что ты ответишь, но я переспрашиваю чисто из вежливости.
Ответ Ги Ин Хва очевиден?.. Значит ли это, что Юн Ю Сон заранее предугадал тот же ответ, к которому я пришла после долгих размышлений?
Однако, судя по контексту, наши с Юн Ю Соном ожидания явно не совпадали.
От этих мыслей пульс начал учащаться. Неужели Ги Ин Хва с готовностью согласится? Неужели пустит всё на самотек, едва пообещав взять за меня ответственность?
Сердце забилось быстрее... Из-за такой ерунды я с беспричинной тревогой уставилась на Ги Ин Хва.
Некоторое время безэмоционально глядя в глаза Юн Ю Сону, Ги Ин Хва наконец заговорил:
— Об этом спрашивай не у меня, а у заинтересованного лица.
Бездушный, но абсолютно логичный ответ спокойно сорвался с его губ. Это было не то, чего я ожидала, но и не охотное «окей», поэтому я решила пока выдохнуть с облегчением.
И правда. Это решать не ему, а мне. Я поддалась на уловку Юн Ю Сона и сглупила. Запоздалое сожаление накрыло меня с головой.
Но в этот момент, словно насмехаясь надо мной, Юн Ю Сон бодрым голосом произнес:
— Заинтересованное лицо сказало, что согласно, если ты не против. — А затем с улыбкой повернулся ко мне и уточнил: — Верно?
Равнодушный взгляд Ги Ин Хва снова метнулся ко мне. Он едва заметно приподнял бровь, словно спрашивая: «Правда?».
Почему-то возникло стойкое ощущение, что меня подставили.
Я коротко вздохнула и замялась:
— Ну, это так, но...
Я никак не могла озвучить истинную причину: «Ну, это так... но я думала, что вы ни за что не согласитесь...»
— Ты же не против? — спросил Юн Ю Сон у Ги Ин Хва, словно делая контрольный выстрел.
На что Ги Ин Хва неожиданно произнес, глядя не на друга, а на меня сверху вниз:
— Тогда напиши мне после еды.
— Что?
— Как поешь, свяжись со мной. Я за тобой заеду.
Похоже, его намерение отвезти меня домой оставалось в силе. Причина была неясна, но, как бы то ни было, это выглядело именно так.
С его точки зрения это был крайне неэффективный маршрут и пустая трата времени, но он казался непреклонным. Взгляд, устремленный на меня сверху вниз, и голос, велевший связаться с ним, были весьма решительными.
— Зачем такие сложности? Я тоже на машине. Сам отвезу. — Юн Ю Сон пожал плечами, кивнув в сторону припаркованного неподалеку серебристого внедорожника.
— Хочешь поехать с ним? — равнодушно спросил Ги Ин Хва, бросив мимолетный взгляд на машину друга.
Я тут же замотала головой.
— Нет. Если вы не против, сонбэ, я бы хотела, чтобы вы за мной заехали. И вообще, пойдемте вместе...
Вопрос «пообедаем?», который должен был завершить фразу, я тут же проглотила. Внезапно пришла мысль: «Нет, это лишнее».
Мне нужно было поговорить с Юн Ю Соном. Разговор был не то чтобы жизненно важным, но его лучше было вести наедине.
