власти в руки того, у кого и так всё есть.
Обычный рабочий муравей ради муравьиного короля.
Подперев подбородок рукой, опершись на подлокотник дивана, Ви Джин с ног до головы оглядел Чан Хи Джо. Внешне я ничем ему не уступаю. В нем нет ничего особенного.
Неужели этот мерзкий характер, с которым даже собака не уживется, и привычка говорить всё, что взбредет в голову, не думая о последствиях, так нравятся современным девчонкам?
Чан Хи Джо из тех, кто сначала делает, а потом разбирается с последствиями. Классический злодей до мозга костей, если мерить мерками этого мира. У него такой характер: если что-то не нравится, он должен это уничтожить.
— Твой взгляд меня сейчас пиздец как бесит, так что не пялься.
— А что не так?
— Ты что, рыбу на рынке выбираешь?
В его голосе слышалось явное раздражение. Он действительно смотрел на него именно так, и то, что Хи Джо это заметил, вызвало у Ви Джина усмешку.
— Она живет хорошо, так что оставь её в покое, ладно?
— Живет хорошо?
Не поняв, что имел в виду Ви Джин, Чан Хи Джо провел ладонями по лицу. Мысль о том, что Бэк Ён, которой всегда было на всё плевать, «живет хорошо», выбила его из колеи.
— Как она может жить хорошо?
— Работает в магазинчике, притворяется обычной. Знаешь, под каким именем теперь живет Чхве Бэк Ён?
— Наверняка под именем какой-нибудь девки, чью личность невозможно отследить.
Чан Хи Джо злобно скрипнул зубами. Он перевернул её квартиру вверх дном, пытаясь выяснить, чью личность она себе присвоила, но так ничего и не нашел.
Должно быть, она давно планировала начать жить под этим именем. Иначе как бы она смогла так чисто и без следов достать новые документы?
С каких пор она готовилась? С каких пор она ходила на цыпочках, готовясь сбежать из «Муравьиной норы»?
— У меня есть знакомая клининговая компания в Сеуле, к которой я обращаюсь по грязным делам. Недавно я дал Чхве Бэк Ён их визитку.
С улыбкой сказал Ви Джин. В каждом городе, где бы они ни находились, у них есть компании, которые подчищают за ними.
— И что?
— Посмотрим, согласится ли она. Если она возьмется за эту работу, значит, она по-прежнему принадлежит «Муравьиной норе», и тогда забирай её. Если откажется — оставь в покое. Если она твердо решила жить как обычный человек, тащить её обратно — это перебор.
Конец фразы Ви Джина прозвучал с горечью. Он явно вспомнил, как сбежавшую Чхве Ми Хи поймали и силой притащили обратно. Даже когда Чан Хи Джо жил в Гонконге, Чхве Ми Хи несколько раз пыталась сбежать.
Но Чан Хи Джо лишь с недоумением посмотрел на Ви Джина, мол, какое отношение это имеет к Бэк Ён.
— С чего ты взял, что я собираюсь её тащить обратно?
— Судя по тому, что ты примчался в Сеул без всяких дел, прикрываясь мной, и говоришь всё это?
Ви Джин ответил вопросом на вопрос. Он расслабленно улыбался, но Чан Хи Джо чувствовал в его взгляде жгучее любопытство.
Так дело не пойдет.
Чхве Бэк Ён слишком бросается в глаза. К тому же, кровь, текущая в жилах этого ублюдка, не менее опасна, чем его собственная. Если бы он опоздал хоть на шаг, тот бы точно осуществил задуманное.
В конце концов, терпение Чан Хи Джо лопнуло. Он встал, подошел к Ви Джину и, не снимая обуви, с силой наступил на диван прямо рядом с его бедром.
— Блядь, слушай сюда, уебок. Думаешь, я не понял, что ты сам придумал эти свои правила, чтобы захапать её себе? Перешагнет черту — скажешь: «Ну, Чхве Бэк Ён всегда была такой, она привыкла к такой жизни», схватишь её за шкирку, утащишь в Гонконг и запрешь там до конца жизни, как твою мамашу. Думаешь, я этого не понял?
— Ой, раскусил.
Ви Джин нагло ухмыльнулся.
Хоть он и отпустил её с миром, в глубине души ему всё равно было жаль. Ему нужен был законный повод, чтобы забрать Чхве Бэк Ён себе. Разгадав это, Чан Хи Джо, вдавливая ботинок в диван, на котором он сидел, без стеснения крыл его матом.
— Раскусил? Вот же блядь. И что мне с тобой делать, прикончить на месте?
— Назови меня еще раз братом. Только без мата... Кх-х.
Огромная ладонь сомкнулась на его горле. Дыхание перехватило.
Ви Джин мог бы ударить его в пах и вырваться, но не стал сопротивляться.
Потому что его поймали на том, что он недооценил Хи Джо. Несмотря на то, что Ви Джин скрывал свои истинные намерения, Чан Хи Джо не просто проигнорировал это, а начал давить на него. Он злился из-за того, что Ви Джин посмел устроить какую-то проверку.
— Тебе лучше поскорее свалить в Гонконг. Я позвоню Чхве Ми Хи.
— ...Я просто пошутил.
— Что, поджал хвост, стоило мне упомянуть Чхве Ми Хи? Знаешь ведь, что натворил херню.
Приблизившись к его лицу, Чан Хи Джо прошептал ему на ухо ледяным тоном. Каждое слово, процеженное сквозь стиснутые зубы, было пропитано такой искренней угрозой, что Ви Джину стало не по себе.
До сих пор он относился к женщинам несерьезно. Не было ни одной, с кем бы он хотел построить глубокие отношения. Он хотел доказать матери, что не пойдет по стопам отца. Показать, что в нем нет этой блядской одержимости одной женщиной.
— Ладно, понял, отпусти. Скажу, где она.
И почему с этим пацаном, который рос так же, как и я, всё так просто?
Почему он так легко говорит о тех грязных вещах, которые они творят, и при этом держится так уверенно? Чхве Бэк Ён наверняка хочет жить подальше от Чан Хи Джо. Разве не поэтому она сбежала под покровом ночи?
Ви Джин схватил Чан Хи Джо за запястье и медленно отнял его руку от своего горла. В этот момент на столике звякнул телефон Ви Джина. Потянувшись за ним, он прочитал сообщение и показал его Чан Хи Джо.
— Говорит, привезет сегодня ночью Чхве Бэк Ён на уборку?
Почувствовав вкус победы, Ви Джин широко усмехнулся. Чан Хи Джо посмотрел на сообщение потемневшим взглядом.
— Вот видишь. Она одна из нас. Просто забери её, Хи Джо. Забери и делай с ней, что хочешь.
Раз уж его истинные намерения раскрыты и он остался ни с чем, Ви Джин решил еще раз спровоцировать Чан Хи Джо.
Просто делай, как велит кровь. Ты и я — мы оба ублюдки, рожденные такими.
***
— Вы точно уверены?
С тревогой спросил Хон Тэ.
В тот единственный день на неделе, когда Бэк Ён не работала в ночную смену, после обеда к Хон Тэ пришел мужчина по имени Сан Джун. Он сказал, что сегодня ночью намечается важное дело, и заказчики просили прислать женщину-уборщицу, поэтому он хотел попросить Бэк Ён подменить их.
— Работа не из легких. Боюсь, как бы вы, Хе Джи, не испугались.
Хон Тэ, который сам однажды пробовал этим заниматься, не переставал расспрашивать Бэк Ён, переживая за неё.
Бэк Ён была многим обязана Хон Тэ, к тому же это была просьба его знакомого, а платили хорошо, поэтому она согласилась.
Хон Тэ же, наоборот, пытался её отговорить. Он весь день ходил за ней по пятам, твердя, что если она соглашается только из вежливости к нему, то лучше отказаться.
— Кто-то ведь всё равно должен это делать.
— Тогда обязательно намажьте зубную пасту под нос.
Абсолютно серьезно произнес Хон Тэ.
— Хорошо.
Хон Тэ с беспокойством смотрел на её невозмутимое лицо.
Он сто раз просил Сан Джуна позаботиться о ней, чтобы она не испугалась, но всё равно места себе не находил. Хон Тэ и сам, отправившись на такую работу морально подготовленным, потом целый месяц страдал от кошмаров. Тот запах преследовал его даже во снах.
— Если поймете, что не справляетесь, берите такси и сразу возвращайтесь.
То, что кто-то так искренне за неё переживал, в итоге заставило Бэк Ён рассмеяться.
— Почему вы смеетесь?
— Просто... я ведь не ребенок.
— Это не просто какая-то обычная работа.
— Мне еще и любопытно.
— По поводу специальной уборки?
— Нет. В смысле, такое ведь не каждый день бывает.
Ответила Бэк Ён, одетая в старую одежду. В этот момент перед магазином остановился фургон с логотипом клининговой компании.
— Это да, не часто.
— Вот поэтому.
Что «поэтому»?
Хон Тэ недоуменно склонил голову. Бэк Ён, взяв свои нехитрые пожитки, уже выходила из магазина.
— Подождите, подождите минутку!
Он спешно схватил с полки зубную пасту, даже не пробив её на кассе. И, не спрашивая разрешения, выдавил немного пасты ей под нос, а остаток тюбика вложил ей в руку. В его глазах было столько тревоги, что она не смогла отказаться.
— Спасибо.
— Если запах пасты начнет выветриваться, мажьте еще. Вы должны постоянно чувствовать только запах зубной пасты, чтобы привыкнуть к нему.
Она слабо улыбнулась. Отчего-то с этим огромным тюбиком зубной пасты в руке она почувствовала себя увереннее. С белой полоской пасты под носом, напоминающей усы, она села в фургон. Сан Джун, сидевший за рулем, опустил стекло и помахал Хон Тэ.
— Если скажет, что хочет домой — сразу отправляй! Понял?
— Я тебе маньяк, что ли. Понял, придурок.
Ответил Сан Джун и завел мотор.
— Мы едем аж в Ичхон, зачем вы уже намазали пасту?
— Мне намазали.
Внутри уже сидели трое уборщиков. Обменявшись с ними кивками, Бэк Ён села на заднее сиденье и, положив руку на подоконник, подперла подбородок. Она чувствовала, как Сан Джун то и дело поглядывает на неё в зеркало заднего вида, но ни разу не посмотрела в его сторону.
