Контент удален!

Чан Ён Джо растерялся, а Чан Хи Джо, до этого демонстрировавший полнейшую расслабленность, вдруг ощетинился. Затем, словно опасаясь чьей-то реакции, он мельком взглянул на лицо девушки. Поскольку обычно было совершенно непонятно, что у этого парня на уме, Чан Ён Джо никак не мог взять в толк, частью какого спектакля это являлось.

Оглядев просторный холл, он увидел, что его люди стоят поодаль, у лифтов. Убедившись, что, если не повышать голос, никто ничего не услышит, Чан Ён Джо заговорил тише:

— Дела с Чан Бэк Джо вы должны решать вдвоем. Не втягивай в это меня. То, что ты заявился сюда — это уже перебор.

— Поручил мне всю грязную работу, а теперь хочешь умыть руки? Бэк Ён-а, это, по-твоему, семья? Это чужие люди, блядь.

— Чан Хи Джо!

Чан Ён Джо нервировало присутствие девушки, которая слышала весь этот разговор. Его взгляд то и дело возвращался к Бэк Ён. Заметив это, Чан Хи Джо наклонился, неуклюже прислонился головой к ее маленькому плечу и криво уставился на того, кто смел на нее смотреть.

— Не пялься, а то сотрешь.

Сказав это, он стер с лица малейший намек на улыбку и бросил ледяное предупреждение. От такого поведения Чан Ён Джо готов был свихнуться.

— Если хочешь продолжать, то хотя бы убери девчонку. Даже сам Чан Бэк Джо не обсуждал дела в присутствии баб.

— Да откуда у него нормальные бабы? Чхве Бэк Ён может слушать всё. А то, чего Чхве Бэк Ён слышать не стоит, лучше вообще не произноси. Я всего лишь попросил одолжить лечебницу, а тут, блядь, наружу полезли все ебаные семейные разборки.

Раздраженно выплюнул Чан Хи Джо. При этом он непрестанно следил за реакцией девушки, сидящей рядом. В его взгляде читалась такая нетипичная для него нежность, что у Чан Ён Джо мурашки побежали по всему телу. Кажется, он вот-вот выкинет какой-то фокус. Или это какой-то новый способ шантажа.

— Зачем тебе лечебница?

— Если я скажу, то ты, Чан Ён Джо, тоже ввяжешься в мою игру. Хочешь этого?

Чан Ён Джо, привыкший беречь свою шкуру, не смог так просто ответить. Каждый раз, глядя на него, Чан Хи Джо думал: Надо же, в этой бандитской семейке уродился такой пиздец какой трусливый ублюдок. Но теперь он в какой-то мере мог его понять. Если спроецировать семью и детей, которыми обзавелся Чан Ён Джо, на Чхве Бэк Ён, то и он сам не стал бы действовать опрометчиво.

— Тебе подойдет любая лечебница?

— Да, только вышвырни оттуда всех пациентов.

— Как я, по-твоему, всех их...

Он не мог просто так приказать другу выгнать пациентов из его больницы. Проще было купить какую-нибудь лечебницу в тихом месте. Абсурд: он с самого начала на это и рассчитывал, а сам приплел моего друга. Чан Ён Джо даже представить не мог, что задумал Чан Хи Джо, и от этого у него разболелась голова.

— Сделаешь?

— До какого срока?

— Дня три?

— Ты думаешь, покупка недвижимости — это раз, и на следующий день она уже твоя?

— А ты входил в мое положение, когда заставлял заниматься контрабандой?

Чан Хи Джо безжалостно ударил по больному месту, вскрыв истинные мотивы Чан Ён Джо, который долгое время лавировал между ним и Чан Бэк Джо. Рыльце у того явно было в пушку, поэтому он вздрогнул.

— Хватит. Три дня — это нереально. Как всё будет готово, я свяжусь с тобой. А теперь проваливай из моей компании.

— Только чтобы не больше недели.

Чан Хи Джо поднялся и протянул руку Бэк Ён. Тэ Гён, все это время делавший вид, что он с ними не знаком, сразу после окончания разговора первым направился к выходу из холла.

Чан Ён Джо отошел от дивана, всем своим видом показывая, чтобы эта парочка тоже убиралась вон. Чан Хи Джо взял Бэк Ён за руку, помог ей встать и с ледяным лицом, без тени улыбки, произнес:

— Кстати, Чан Ён Джо. Ты должен как следует поздороваться со своей тетей.

Чан Хи Джо был из тех, кто может убить человека с улыбкой на губах. Но если даже когда он улыбался, было неясно, в какой момент получишь нож в спину, то без улыбки его кровожадность возрастала вдвое. Чан Ён Джо крепко сжал и разжал кулаки.

Позор семьи.

Раз сам Чан Хи Джо настаивает на соблюдении иерархии, придется оказать ему соответствующие почести. Чан Ён Джо был бизнесменом и прекрасно знал, когда следует склонить голову. Он почтительно поклонился Чан Хи Джо и Чхве Бэк Ён.

— Счастливого пути, дядя. До свидания, тетя.

— До свидания.

Чан Ён Джо впервые услышал голос девушки. То, что она даже не удивилась обращению «тетя», а лишь тихо вздохнула, создавало впечатление, что она тоже уже махнула на Чан Хи Джо рукой.

А затем они переплели пальцы и зашагали прочь, как малолетние придурки, которые только-только начали встречаться. Чан Ён Джо поднял голову только после того, как двое в одинаковых кроссовках прошли мимо, и проводил их взглядом, пока они не скрылись из холла.

Даже мой сын, Чан Тхэ Джо, вряд ли стал бы вот так разгуливать за ручку с девчонкой.

Подбросив ему эту бомбу, Чан Хи Джо теперь что-то шептал на ухо своей спутнице и лучезарно улыбался.

Его профиль — высокого парня, специально склонившегося к невысокой девушке со смехом — выглядел настолько непривычно, что отвести взгляд было странным образом тяжело. Чан Ён Джо смотрел им вслед и лишь с трудом заставил себя отвернуться.

— Директор, вы в порядке?

— Удалите все записи с камер наблюдения с момента их прихода и до этой минуты. И чтобы все держали языки за зубами обо всем, что сегодня здесь слышали.

— Да, вас понял.

Вроде бы он на какое-то время покинул Чхонхан, а вернулся, притащив за собой какое-то странное создание.

Чан Ён Джо быстро выбросил их образы из головы. Самым разумным решением было просто дать Чан Хи Джо то, что он просит, и держаться от него подальше.

Дикие псы Чхонхана всё еще живы. Один из них потерял лапу и оттого стал еще более ядовитым и злобным. Другой хоть и постарел, но в стае его боготворят, так что недооценивать его нельзя.

Открыв список контактов в телефоне, чтобы найти номер друга, владеющего клиникой, он наткнулся на номер Чан Бэк Джо.

Может, стоит сообщить ему, что Чан Хи Джо вернулся?

Немного поразмыслив, Чан Ён Джо вспомнил, что они находятся в Чхонхане, и у этих людей везде есть глаза и уши. Отбросив эту мысль, он продолжил искать нужный номер.

***

Сославшись на хорошую погоду, Чан Хи Джо потянул Бэк Ён за собой, предложив дойти пешком до поста охраны на въезде. Бэк Ён впервые видела, как Чан Хи Джо общается с Чан Ён Джо. Хоть она и не до конца понимала суть их разговора, было очевидно, что инициатива полностью находилась в руках Чан Хи Джо.

Он бесцеремонно вторгался и вымогал то, что ему было нужно. Смеялся как мальчишка, а потом с ледяным, ничего не выражающим лицом загонял Чан Ён Джо в угол, но при этом во взглядах, которые он изредка бросал на нее, сквозила нежность.

Так они вышли из здания и сделали первый шаг в одинаковых кроссовках.

— Зачем тебе эта лечебница?

Расскажет ли он мне причину, которую не стал называть даже Чан Ён Джо? Бэк Ён мысленно спохватилась, поняв, что спросила лишнее, но слова уже вылетели.

— Для начала нужно засадить туда всех торчков. Это не обычные наркоманы, их нужно изолировать отдельно, и лечебница в тихом месте подойдет для этого как нельзя лучше.

Он упомянул наркоманов со второго этажа «Муравьиной норы».

— ...Но зачем тебе эти люди?

— Лично я считаю, что колоться и гнить заживо — это конец, который они выбрали сами. Но ты так не думаешь. Раз уж я притащил тебя сюда, я тоже должен хоть что-то сделать.

— Что ты имеешь в виду?

То, о чем он умолчал в разговоре с Чан Ён Джо, Чан Хи Джо без колебаний рассказал Бэк Ён. Она думала, что он может и не ответить, но Чан Хи Джо, шагая с ней в ногу с довольным выражением лица, заговорил так, будто это сущий пустяк:

— Я зачищу «Муравьиную нору».

Бэк Ён замерла на месте.

Она не сразу осознала смысл сказанного. Когда она остановилась, Чан Хи Джо тоже встал. Он игриво коснулся носком своей кроссовки ее обуви и мальчишески ухмыльнулся.

— Я же говорил, что раз ты рядом, я выберу самый муторный путь.

— Я не понимаю.

— Чхве Бэк Ён, «Муравьиная нора» в любом случае когда-нибудь рухнет. Либо развалится изнутри, либо само здание обвалится. Я там уже хорошенько поковырялся, так что процесс распада запущен. Да и учитывая те толчки, что там бывают, здание скоро и так осядет. Я хочу вытащить оттуда всех до того, как это произойдет.

— Хи Джо...

— Тех, кто сидит на наркоте, даже если запереть, а потом выпустить, все равно забьются в какую-нибудь щель и будут колоться. С этим даже я ничего не могу поделать. Так что тех, кого невозможно спасти, тебе придется оставить.

— ...Я никогда не думала о том, чтобы кого-то спасать.

— Тогда просто подумай о том, на что способен твой пиздец какой богатый и молодой парень.

Стоя под высоким, ясным небом без единого следа пыли, ее «богатый и молодой парень» произнес эти слова. В нерушимом мире «Муравьиной норы», который знала Бэк Ён, вдруг образовалась брешь. В свойственной ему манере, Чан Хи Джо не стал сдерживаться — он самовольно ворвался туда и пустил трещину по этой неприступной крепости.

А так можно было?

Бэк Ён проглотила этот вопрос. Вообще-то так делать нельзя, разве нет?

Тысячи людей в «Муравьиной норе», и еще больше тех, кто на нее работает.

Даже если кого-то спасать, а кем-то жертвовать, Чан Хи Джо совершенно не обязан этим заниматься. Несмотря на то, что на ней была его куртка, по спине Бэк Ён пробежал легкий озноб, и она передернула плечами.

— Это какое-то безумие.

Задаваясь вопросом, не слишком ли далеко зашли ее фантазии, Бэк Ён дрожащим голосом произнесла эти слова, цепляясь за обрывки своего воображения.

— А ты думала, что парень-псих окажется нормальным?

Короче, забудь. Просто идем.

Апатично бросил Чан Хи Джо, взяв Бэк Ён за руку и потянув за собой. Ее ноги сами зашагали следом. В ней крепла уверенность: если она просто пойдет за ним, они обязательно дойдут до цели, которую он задумал.

И цель эта, несомненно, была местом, о котором она не могла даже мечтать.