Чан Ён Джо почтительно обратился к Хи Джо «господин генеральный директор» — титул, который вскоре официально перейдет к нему в фармацевтической компании. Взяв сверток, Ён Джо поспешно разорвал пластик и проверил содержимое.

В глазах Чан Хи Джо не было ни капли эмоций. Ничего похожего на взгляд человека, смотрящего на своего кровного родственника.

Ён Джо был уверен: у Председателя Чана есть веская причина не избавляться от Хи Джо, несмотря на то, что тот не был его родным сыном. И Ён Джо вовремя сориентировался, сделав ставку на этого мальчишку, у которого, казалось бы, ничего не было за душой.

Даже тогда, в китайском ресторане, когда Хи Джо завел речь о «племяннике» и всучил ему банковскую карту, Ён Джо покорно её принял. Одно это отношение уже выгодно отличало его от Чан Бэк Джо.

— Я достану тебе всё, что ты захочешь и что тебе понадобится, так что продолжай в том же духе, племяш.

— ...Да, дядюшка.

Чан Ён Джо считал, что раз уж Чан Хи Джо решил в открытую играть роль его дяди, то ему ничего не остается, кроме как повиноваться. Он молча поклонился и, забрав товар, покинул пропахшую кровью комнату.

Чан Хи Джо знал, что предыдущий Председатель Чан пошел ради него на авантюру всей своей жизни. И именно потому, что эта авантюра увенчалась успехом, Хи Джо сейчас был жив. Семья Чан проложила маршруты в Азию через Триаду, выплачивая им огромные комиссионные, часть которых затем возвращалась к самому Хи Джо.

Это были плоды инвестиций в отца Ви Джина, который в одиночку никогда бы не добрался до вершины. Отец Ви Джина умел быть благодарным, и пока он жив, он никогда не предаст Чан Хи Джо.

В отличие от него, Чхве Ми Хи смотрела на Хи Джо с почти неприкрытой ненавистью. Семья Чан продала её в Гонконг, чтобы выслужиться перед Триадой, а затем прислала к ней беременную Чхве Ми Хён, приказав сохранить жизнь ребенку.

Чхве Ми Хи пришлось принять Хи Джо, в котором текла не только кровь её любимой сестры, но и кровь того чудовища.

Понимая это, Чан Хи Джо терпеливо сносил ядовитые слова, срывавшиеся с её губ. Будь он на её месте, он бы каждый день пытался прикончить отродье того ублюдка, который разрушил жизнь её сестры.

Кап, кап.

Еще не высохшая кровь капала с кожаного дивана на мраморный пол.

Поскольку сегодня гостей не принимали, в подвале «Муравьиной норы» стояла мертвая тишина. Чан Хи Джо провел перепачканными кровью руками по лицу.

— Чхве Бэк Ён и правда нашла товар.

Его низкий голос разрезал тишину. Откинув голову на спинку дивана, он посмотрел на Тэ Гёна, который всё еще стоял рядом. В его сухом, безжизненном взгляде, похожем на взгляд мертвой рыбы, не было ни искры веселья или радости, хотя он и получил то, что хотел.

— Тот, кто привык прятать, всегда лучше находит спрятанное.

— Что за жизнь у неё была?

Жизнь, в которой, чтобы выжить, нужно постоянно всё прятать.

Чан Хи Джо не знал, что это такое. Бэк Ён до самого конца так и не связалась с ним, а вместо этого сама прыгнула в пасть к тигру. Даже когда он появился там, она не бросилась к нему за защитой, а наоборот, отстранилась и отвлекла всё внимание на себя.

Его руки сами потянулись к ней. Губы зудели от желания спросить: почему она не ухватилась за него, а вместо этого всё больше загоняла себя в угол, отдаляясь от него?

— Просто жизнь, в которой это место — всё, что у неё есть.

Тэ Гён с силой ударил носком туфли по полу.

Как ни старайся, отсюда не сбежать. Они росли в приюте, с самого детства обрастая долгами. Местные в шутку называли себя «чистокровными муравьями», но даже после смерти эти «чистокровные» сгорали здесь же, в мусоросжигателе. Вырваться было невозможно.

Приют записывал все потраченные на них деньги им в долг. И к тому времени, когда они выплачивали его, они были уже слишком стары, чтобы купить себе новые документы или адаптироваться в нормальном обществе.

Поэтому в «Норе» почти не было «муравьев» среднего возраста. Им приходилось работать как проклятым, чтобы заработать деньги, пока они молоды, а если это не удавалось, они продавали свои органы или влезали в долги из-за азартных игр, в итоге приближаясь к смерти. Противостоять искушениям и выжить здесь было невозможно.

«Муравьиная нора» была для них всем миром, его началом и концом.

— Значит, это место — всё, что есть у Чхве Бэк Ён. А если я приберу «Муравьиную нору» к рукам...

Тэ Гён уже со страхом ждал, что Хи Джо скажет дальше. Этот человек мог убить, не моргнув и глазом, не испытывая ни малейших угрызений совести или других человеческих эмоций. Чан Хи Джо вырос в условиях, где по-другому было нельзя.

— Получается, я стану всем для Чхве Бэк Ён?

Сказал Чан Хи Джо, словно это был само собой разумеющийся факт. Если Тэ Гён сейчас ответит неправильно, вся ответственность ляжет на него. Если что-то пойдет не так, виноват будет он.

Чхве Бэк Ён, Чхве Бэк Ён. Тэ Гён вспомнил о ней.

Если бы её просто поймали с товаром, он бы сам её вытащил. Но за то короткое время она успела спрятать настоящий товар и была готова умереть. Это совершенно не вязалось с поведением прежней Бэк Ён, которая всегда заботилась только о собственном выживании.

Это не давало Тэ Гёну покоя. Но он должен был ответить Чан Хи Джо, который немигая смотрел на него.

— ...Наверное.

— Ну и ответик. Думаешь, ответишь так размыто и избежишь ответственности?

Уголки губ Чан Хи Джо медленно поползли вверх. Казалось, он прочитал все мысли Тэ Гёна.

— Тэ Гён, не ломай голову.

Чан Хи Джо провел перепачканной кровью рукой по лицу, крепко сжал кулак, а затем разжал. Всё прошло точно по его плану, но настроение было паршивым.

Только Чхве Бэк Ён вела себя странно.

Только она одна не вписалась в расчеты Чан Хи Джо.

И кто ты вообще такая.

Беззвучно пробормотал он. Выглядит так, будто умрет от одного щелчка, но при этом ведет себя так, словно у неё девять жизней. С самой первой встречи она была как кость в горле.

Бэк Ён всегда смотрит на людей равнодушно. Может, поэтому остаточный образ её взгляда исчезает так медленно? По крайней мере, когда она смотрела на него, это было именно так.

Поэтому он и ошибся в Чхве Бэк Ён.

Если бы он действительно был никем, ему пришлось бы беспомощно наблюдать, как ей вспарывают живот. И, конечно, сам бы он оттуда тоже живым не вышел.

Чхве Бэк Ён, которая живет только сегодняшним днем, не думая о завтрашнем. Чан Хи Джо впервые в жизни почувствовал растерянность, словно столкнулся с самой большой проблемой в своей жизни.

— Ох, напугала. Могла бы и сказать, что проснулась!

Ким Кван Су, войдя в палату, чтобы проверить состояние Бэк Ён, вздрогнул от неожиданности, увидев, как она молча наблюдает за каплями капельницы.

Выжила-таки.

Раньше Бэк Ён думала, что если она ляжет здесь и будет смотреть в потолок, то это значит лишь одно — она скоро умрет. Но теперь она была рада, что может просто лежать под капельницей.

— ...Да.

— Ты взяла мою флешку? Это её ты проглотила?

Прищурившись, он накинулся на очнувшуюся Бэк Ён.

— Да...

— Ты хоть представляешь, какая важная информация там была?

Ким Кван Су прекрасно понимал, что единственное место в «Муравьиной норе», где Бэк Ён могла раздобыть флешку — это его кабинет. Там была куча файлов с подробными записями о продаже органов, и он понятия не имел, какую именно она проглотила.

— Простите.

— Ты ведь могла сейчас лежать не на больничной койке, а на операционном столе!

Как эта девчонка могла быть такой бесстрашной? Если бы Чан Бэк Джо взял верх, Ким Кван Су пришлось бы самому вспарывать Бэк Ён живот, чтобы достать свою же флешку, и всё это под пристальным взглядом Чан Бэк Джо. От одной мысли об этом ему становилось дурно.

— ...Я бы не сказала, что она ваша.

— Ах, ну спасибо тебе большое. Мне прямо не терпится увидеть лицо Директора Чана, когда с окровавленной флешки считают списки по незаконной торговле органами.

— Мне тоже.

Наверное, он был бы в шоке. Жаль только, что к тому моменту, когда это случилось бы, я была бы уже мертва.

Ким Кван Су пораженно усмехнулся в ответ на слова Бэк Ён.

— А что, если бы Су Гён дала тебе не те таблетки? Как ты могла так слепо довериться ей и проглотить это?

— У меня не было выбора, кроме как поверить ей. Я же не знала, что смогу найти товар.

Грустно ответила Бэк Ён. Помогла ли она Чан Хи Джо? Наверное, помогла, раз сейчас она в безопасности здесь.

Она смутно помнила, как в конце концов выбралась из того подвала.

— Ты просто невероятная, Чхве Бэк Ён. Сказал тебе сидеть тихо, а ты у нас теперь звезда.

— Но ведь всё закончилось хорошо, да? Я нашла товар, он благополучно попал к Чан Хи Джо, так что всё...

— Не знаю, не знаю. Говорят, Председатель Чан в спешке едет сюда. Так что неизвестно, как всё повернется.

Председатель Чан, которого она видела только в детстве и ни разу во взрослом возрасте, едет в «Муравьиную нору»? Услышав слова Ким Кван Су, Бэк Ён мгновенно протрезвела и попыталась встать, но доктор уложил её обратно.

— Тебя это не касается, так что лежи тихо, как мышка.

— Да...

Её ответ прозвучал неубедительно. Но Ким Кван Су нужно было спешить наружу, чтобы встретиться с Чан Хи Джо, поэтому у него не было времени допытываться, о чем она думает.

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver