«Должно быть на виду, прямо перед глазами».

Ни один дурак не станет прятать важную вещь там, где не сможет за ней приглядывать. Особенно тот, кто родился и вырос в «Муравьиной норе» — такой человек никогда не спрячет что-то в незнакомом месте.

То, что знаешь ты, знает и враг. Нужно было место, о котором знает только он, но которое при этом у всех на виду. Как говорится, если хочешь спрятать дерево, прячь его в лесу.

Бэк Ён снова вспомнила, как мужчина постоянно стоял здесь. Что, если он не просто стоял, а загораживал кому-то подход к дыре в бетоне?

Она встала перед огромной, похожей на след от взрыва, дырой в стене. Никто не обращал на неё внимания. Чан Хи Джо даже выбросил отсюда человека.

Бэк Ён впервые оценила толщину бетона. Она превышала тридцать сантиметров. Эту дыру пробили не ради красивого вида, так что повсюду торчала старая, ржавая арматура.

Она ощупала края отверстия. В местах, где торчала арматура, бетон сильно раскрошился, и помимо самих прутьев, там были пустоты, куда могли поместиться пара пальцев.

Осторожно ощупывая куски бетона, она просовывала пальцы в каждую щель.

И вот, когда Бэк Ён засунула пальцы в отверстие у самого пола, рядом с торчащим прутом арматуры, она нащупала нечто. Это была не бетонная крошка. На ощупь напоминало какой-то пластик или полиэтилен. Она попыталась ухватить это пальцами и вытащить, но предмет то и дело выскальзывал.

Ладони вспотели. Включив фонарик на телефоне, она попыталась заглянуть внутрь, одновременно пытаясь достать предмет другой рукой. В этот момент телефон выскользнул из её влажных пальцев и полетел вниз с седьмого этажа.

— Ах!

Бэк Ён инстинктивно поняла, что это и есть тот самый «товар», который все ищут. Кто еще стал бы засовывать сюда пластиковый пакет? Какое счастье, что она выронила телефон, а не его.

Даже она сама не ожидала, что действительно сможет его найти. Но теперь, когда она это сделала, по спине пробежал холодок. Ей казалось, что кто-то вот-вот схватит её за плечо и утащит за собой, поэтому она даже боялась оглянуться.

Нужно срочно связаться с Тэ Гёном и передать ему товар. А потом сразу же уходить отсюда.

Солнце уже село, и «Муравьиную нору» накрыла мрачная ночь. Бэк Ён набралась смелости и обернулась.

В черном, как смола, коридоре никого не было. Зажав в ладонях предмет размером меньше ладони и прижав его к груди, она почти ползком вернулась в соседнюю квартиру и закрыла за собой дверь.

Открыв пакетик, она обнаружила внутри около десяти синих таблеток и одну USB-флешку.

Тук-тук-тук.

Бэк Ён прислонилась затылком к двери, пытаясь привести мысли в порядок.

Телефон был её единственным средством связи, но она уронила его вниз. И не было никаких гарантий, что он уцелел после падения с седьмого этажа. Чтобы выйти через западные ворота, нужно было, чтобы её вызвала команда уборщиков или сжигателей, просто так туда не пройдешь.

О телефоне придется забыть.

В голове всплыло имя единственного человека, которому она могла доверять.

Ким Кван Су. Единственный, кто советовал ей бежать.

«Нет. Нет».

Ким Кван Су говорил, что Чан Хи Джо проиграет. Сейчас он не на чьей стороне. Если она скажет ему, что нашла товар, и попросит связаться с Тэ Гёном, неизвестно, как он может поступить.

Сосед погиб именно из-за этой вещи.

Если Ким Кван Су решит, что у Директора Чана больше шансов на победу, и переметнется к нему, Бэк Ён фактически сама отдаст товар ему в руки. Нужно было во что бы то ни стало выбраться из «Норы» с этой вещью и благополучно вернуться в квартиру Чан Хи Джо.

Мне не стоило в это ввязываться.

Сначала она думала, что нужно просто найти вещь и отдать её Чан Хи Джо, но теперь, когда она держала её в руках, ей вспомнилось, сколько людей из-за неё погибло или пострадало.

Войти в «Муравьиную нору» было легко, но теперь мысль о том, как выбраться отсюда, казалась непосильной задачей.

Смогу ли я уйти незамеченной и остаться в живых?

Бэк Ён достала одну таблетку. Если не считать синего цвета, она выглядела совершенно обычно. Она сунула таблетку в карман и поднялась. Затем вернулась в свою комнату, взяла рюкзак и закинула его на одно плечо.

Она вытерла ладонью холодный пот, выступивший на висках и задней стороне шеи, и попыталась изобразить спокойствие. Выйдя в темный коридор седьмого этажа, она, как и пришла, благополучно добралась до лестницы для жильцов.

В этот момент снизу послышались шаги — поднималось сразу несколько человек. Бэк Ён как ни в чем не бывало развернулась и стала подниматься по лабиринту верхних этажей.

— Чхве Бэк Ён должна быть еще на седьмом этаже. Поймайте её и доставьте к Директору Чану.

Её имя четко прозвучало в их разговоре.

Даже если она спрячется, она всё равно будет внутри «Норы». Через первый этаж не выйти. Раз уж они ищут её, то наверняка перекрыли все выходы внизу. Если она столкнется с Директором Чаном, имея при себе «товар», произойдет нечто ужасное.

Для начала Бэк Ён решила уйти с седьмого этажа и направилась еще выше, не разбирая дороги.

***

— Скоро церемония вступления в должность, а без нового препарата я буду выглядеть как директор какой-то захудалой фармкомпании, которую мы поглотили. Акции растут на слухах о новом наркотике, того и гляди, я загремлю в тюрьму еще до выборов мэра.

Холодно бросил Чан Ён Джо, глядя на Чан Хи Джо, который развалился на диване, вытянув длинные ноги. По приказу Председателя Чана они собрались в главном доме на семейный ужин.

Чан Бэк Джо еще не приехал, а Чан Хи Джо, ведущий себя здесь куда более по-хозяйски, чем Чан Ён Джо с женой, живущие в главном доме, проигнорировал слова старшего брата и продолжал смотреть в телефон.

— Чан Хи Джо.

— ...Кто же это.

Пропуская слова Чан Ён Джо мимо ушей, Чан Хи Джо просматривал отчет о том, что Бэк Ён избавилась от чьего-то трупа.

У Чхве Бэк Ён есть знакомые, за которыми она сама убирает? Он понял, что не так уж много знает о ней. Он слышал, что у неё была подруга, но разве она уже не мертва?

Неужели у Чхве Бэк Ён больше связей, чем я думал?

— Чан Хи Джо!

Подошедший вплотную Чан Ён Джо вырвал телефон у него из рук. Только тогда Хи Джо посмотрел на старшего брата. Хи Джо ничего не сказал и не потребовал телефон обратно, просто молча смотрел на него. Чан Ён Джо, раздраженно откинув волосы назад, вернул телефон брату.

— Тебе вообще плевать, чем всё это закончится?

— Наркоманы всё равно купят любую дурь, зачем ты заранее накручиваешь себя? Начни с малого. У тебя слишком большие амбиции. Начинай как глава небольшой компашки для нариков, Старший Директор.

Равнодушный ответ Чан Хи Джо выводил из себя. Так было всегда.

Чан Бэк Джо был опасен, так как мог в любой момент ударить в спину, поэтому Ён Джо не хотел с ним связываться. А в Чан Хи Джо не было ни капли энтузиазма. Этот парень жил только ради того, чтобы подгадить Чан Бэк Джо.

— Только если мы дотянем до презентации нового препарата, акции поднимутся еще больше, экономика Чхонхана оживится, и мне откроется дорога в кресло мэра. Ты об этом не думаешь? Думаешь, отец встанет на твою сторону? Когда ты так наплевательски относишься к порученному делу?

— ...Дело дрянь. Ладно, ты прав. Чтобы стать мэром, нужно сровнять с землей «Муравьиную нору», избавиться от Чан Бэк Джо и отмыть прошлое, но если Председатель выберет его сторону, нам обоим конец.

Чан Хи Джо наконец-то принял заинтересованный вид и приподнялся. Но то, как он продолжал лениво сидеть на диване, по-прежнему бесило.

— Это ты можешь просто свалить в Гонконг, а мне придется остаться в Корее и разбираться с Чан Бэк Джо.

Не зная, когда появятся Чан Бэк Джо и Председатель Чан, Ён Джо понизил голос до рычания.

— Да расслабься. Председатель готовил тебя для легального бизнеса, так что он тебя прикроет. Не знаю, сколько еще протянет этот старик, но пока он жив, ты в безопасности.

Чан Бэк Джо наверняка прицепится к тому, что Чан Ён Джо объединился с Чан Хи Джо, и будет пить из него кровь до конца дней.

— Ах ты ублюдок...

— Генеральный директор, скоро церемония, перестаньте вести себя как бандит, разбрасываясь «ублюдками». Выбирайте выражения. Я вам в сыновья гожусь.

— Был бы ты моим сыном, я бы тебя уже избил.

Ему стоило задуматься, не собирается ли Чан Хи Джо и правда сбежать в Гонконг. Чан Ён Джо недовольно прищурился, глядя на младшего брата. И зачем он только связался с этим придурком. Он выбрал того, кто бьет в лицо, чтобы не получить нож в спину, но, кажется, поставил не на ту лошадь.

— Жаль. Если бы я родился твоим сыном, я бы просто учился и тихо-мирно поступил в университет.

Как раз в этот момент старший сын Чан Ён Джо, вернувшийся домой на семейный ужин, услышал эти слова. Чан Тэ Джо перевел взгляд с Чан Хи Джо, который сидел раскованно, как у себя дома, на своего нервно стоящего отца, и поздоровался:

— Я вернулся, отец. Здравствуйте, младший дядя.

— Привет, племяш.

Чан Хи Джо ухмыльнулся и лениво махнул рукой. Чан Тэ Джо поставил тяжелую сумку на диван напротив и подошел ближе. Разговор, который он услышал, войдя в дом, показался ему интересным.