— Ты пил?
— Сам же видишь, зачем спрашивать.
— Купил всякой дряни и смешал, даже не зная своей меры. Как похмелье?
Поскольку в этом доме никто не пил, спиртного здесь не держали, и, судя по всему, он накупил алкоголя в ближайшем круглосуточном магазине. На столе стояли самые разные бутылки с крепким алкоголем.
Тэ Гён впервые видел Чан Хи Джо в таком растрепанном виде.
— Что с Чхве Бэк Ён?
— Начали с вокзала Сеула и сейчас прочесываем все ближайшие станции метро и ищем такси. Но станций метро там не одна и не две, а камер наблюдения еще больше.
Одно дело искать в Чхонхане, но в Сеуле задействовать свои связи было непросто. Не зря же там живет половина населения Южной Кореи.
Если бы она осталась в Пусане, её было бы легче найти, так как она приехала туда на рассвете, но она добралась до Сеула в самый час пик, так что отследить её было невероятно сложно.
Тяв-тяв.
Уинк снова залаял на Тэ Гёна. Оказалось, что его миска пуста. Тэ Гён привычным движением поменял еду и воду для маленького животного.
Чан Хи Джо, поняв, что вошедший не был Бэк Ён, и услышав, что новостей нет, снова скрылся в ванной и долго не выходил.
Тэ Гён убрал со стола и отправил одного из подчиненных за средством от похмелья и горячим супом хеджанкук.
Когда Чан Хи Джо вышел из ванной, вытирая волосы полотенцем, гостиная уже сияла чистотой. Одетый в белую футболку и серые спортивные штаны, он небрежно плюхнулся на стул перед дымящимся хеджанкуком.
Но аппетита у него явно не было — он даже не притронулся к ложке.
— Вчера Директору Чану ампутировали ногу ниже бедра. Он сам об этом еще не знает. По приказу Председателя его держат под сильными седативными, пока всё не уляжется.
Чан Бэк Джо без ноги.
Услышав, что Чан Бэк Джо, который так отчаянно рвался к абсолютной власти, лишился ноги, на губах Чан Хи Джо впервые за день появилась слабая, насмешливая улыбка.
Он думал, что тот в лучшем случае останется хромым, но, видимо, он перестарался и сделал всё слишком хорошо.
— И всё равно носится с ним, как с писаной торбой. Родная кровь — страшная штука.
— Наверное, Председатель решил, что ты ему в любом случае не подходишь.
— Но при этом он стравил нас, делая вид, что готов отдать всё мне. Ну и мерзкий же характер у этого старика.
Прямо как в дикой природе.
Когда Чан Бэк Джо убил своих братьев, Председатель Чан не горевал. Он лишь цокал языком, говоря, что мертвые дети были слишком слабы, чтобы выжить. Его одержимость идеей оставить в живых только сильнейшего больше походила на инстинкты зверя, чем на человеческие чувства.
Останется ли одноногий Чан Бэк Джо для Председателя сильным ребенком?
— ...Не ищи Чхве Бэк Ён. Твои дела еще не закончены, зачем она тебе сейчас?
— Я еще даже ложку в руки не взял, а Шеф У уже смеет дерзить и лезть со своими советами?
Чан Хи Джо склонил голову набок и искоса посмотрел на У Тэ Гёна. Глаза его были воспалены, а уголки глаз и веки покраснели — вряд ли, но со стороны казалось, будто он плакал.
— Ну найдешь ты её, и что дальше? Чхве Бэк Ён расплатилась с тобой сполна, найдя товар, независимо от того, что ты для неё сделал. Она ушла, так отпусти её. Если не сможет выжить там, сама вернется в «Муравьиную нору».
Как и многие другие, кто не смог адаптироваться в обществе и вернулся обратно.
— Я думал об этом всю ночь. Кто такая Чхве Бэк Ён? Почему то, что она исчезла, не сказав ни слова, доводит меня до такого бешенства? Я думал, когда всё закончится, мы сможем как-то определить наши отношения, но она просто испарилась. Поэтому я так злюсь? Но кто она вообще такая, чтобы я так из-за неё бесился?
Чан Хи Джо вывалил на Тэ Гёна весь этот хаос из вопросов, роившихся у него в голове. Судя по тому, как слова лились без остановки, он действительно долго об этом думал.
— Ты любишь Чхве Бэк Ён?
— Любовь? Блядь, да что это вообще такое? Я похож на человека, который влюбится в ту, с кем переспал в первый раз?
— Тогда это просто ваша гребаная семейная одержимость. Так что оставь её в покое, пусть живет.
— ...Что ж, возможно, ты и прав. Чан Бэк Джо ведь тоже с ума по ней сходил.
Чан Хи Джо покорно кивнул, словно соглашаясь. Его пальцы равнодушно барабанили по стеклу стола.
Он вспомнил, как Бэк Ён чертовски искусно выстраивала границы в отношениях с Чан Бэк Джо. Но теперь, когда она ушла, он понял, что она выстраивала границы и в разговорах с ним, ничуть не меньше, чем с Бэк Джо. Видимо, она заранее всё продумала и расставила барьеры, готовясь к этому.
— Сосредоточься на сегодняшней церемонии вступления в должность...
— Но знаешь, Тэ Гён.
Допустим, это одержимость.
Допустим, эта проклятая кровь семьи Чан, от которой не избавиться, течет и в его жилах, делая его таким же мусором, как и Чан Бэк Джо. Но даже если так, Чан Хи Джо чувствовал, что что-то здесь не сходится.
— Меня бесит мысль о том, что она сейчас сидит где-нибудь одна и жрет какой-нибудь мусорный рамён.
Даже ела она как-то чертовски странно.
Она могла есть разваренный рамён так, словно ей нужно было просто набить желудок, и это сводило его с ума. По крайней мере, когда он привел её сюда, он кормил её нормальной едой. Бэк Ён никогда не была привередлива и спокойно ела всякий мусор.
— Блядь, если уж решила свалить, могла бы хоть денег взять.
Последние слова прозвучали надломленно и мрачно.
Тэ Гён ничего не ответил. Он просто встал и пошел подогревать уже остывший хеджанкук, чтобы он снова закипел.
— Кх-кх.
Ела рамён, Бэк Ён вдруг почувствовала зуд в ушах и горле, чихнула и огляделась. Хон Тэ, который как раз зашел в столовую за кипятком для своего рамёна, вздрогнул от неожиданности, налил стакан холодной воды и поставил перед ней.
— Ешьте не торопясь.
— Спасибо.
Говорят, если чешутся уши, значит, кто-то тебя вспоминает.
Бэк Ён потерла зудящую мочку уха и сделала глоток воды. Поселившись здесь, она проспала целые сутки как убитая. И это была её первая еда после пробуждения. Здесь был бесплатный рис, так что можно было сытно поесть, добавив его в бульон. Бесплатные рис, рамён и кимчи — вот что заставило Бэк Ён остаться здесь.
— Можете взять еще рамёна.
— Другим тоже нужно что-то есть.
Она решила, что не может отнимать чужую еду, поэтому постановила для себя: съедать только один рамён в день, а остальные приемы пищи оплачивать самой. Хоть еда и была бесплатной, она не собиралась наглеть и питаться только за счет заведения.
Заварив свой рамён, Хон Тэ сел за стол прямо напротив Бэк Ён. Новая квартирантка никак не выходила из головы.
Может, потому что она была слишком красива для этого места?
Она казалась девушкой с историей, и это не давало ему покоя. По-хорошему, таких пускать не следовало, но мысль о том, что если он её прогонит, этой крошечной девушке придется скитаться неизвестно где, заставила его поддаться импульсу и сдать ей комнату.
— Я поела, спасибо.
Хон Тэ остановил Бэк Ён, когда она уже собиралась встать.
— В-вы не работаете?
— Теперь буду искать работу.
— Я готовлюсь к экзаменам. Хочу стать полицейским. Мне двадцать шесть, меня зовут Ли Хон Тэ.
Он боялся, что его внезапный вопрос о работе прозвучит грубо и обидит её, но Бэк Ён ответила совершенно спокойно.
— ...Мне тоже двадцать шесть.
По документам Ли Хе Джи, которая была на три года старше её, было именно столько.
Она уже видела удостоверение и знала возраст, но произнести это вслух оказалось еще более некомфортно, чем она ожидала. Фотография в паспорте была сделана неизвестно когда, черты лица на ней были размытыми. Поэтому в памяти Бэк Ён остались только желтые осветленные волосы Хе Джи.
— О, так мы ровесники? Будем знакомы!
Хон Тэ широко улыбнулся и протянул ей руку. Бэк Ён, сбитая с толку тем, что он назвал её другом, хотя они едва знали друг друга, растерянно пожала её в ответ.
Разве стать друзьями так просто?
Его сухая, теплая рука слегка сжала её ладонь и тут же отпустила, не вызывая дискомфорта. Его ладонь была немного меньше, чем у Чан Хи Джо. Бэк Ён сама не заметила, как вспомнила о нем.
— Да.
— А какую работу вы ищете?
— Пока не знаю.
— А что вы умеете делать?
— ...Я хорошо убираюсь. Сама не знаю, но говорят, что я еще и вещи хорошо нахожу.
Будет ли от этого толк в нормальном обществе?
Бэк Ён и так не представляла, чем ей заняться. Поэтому она была благодарна Хон Тэ за его расспросы.
Он жил в обычном обществе и мог дать полезный совет.
— Хорошо находите вещи?
Ответ показался Хон Тэ забавным, и он переспросил. Бэк Ён захлопала большими глазами.
— Да. Но это говорили другие, так что не уверена, что это поможет. Но я правда хорошо убираю и раскладываю вещи по местам.
— Тогда не хотите поработать в круглосуточном магазине? Раз уж вы еще ничего не решили.
— В круглосуточном магазине?
— Да. Мой отец владеет магазином тут неподалеку. Парень, который работал в ночную смену, уходит в армию, так что место пустует... А, ну ночью, наверное, вам будет не по себе.
— Просто я никогда раньше не работала на такой работе.
— Там всё просто. Если что-то будет непонятно, я всё покажу. Но там нужно уметь поддерживать порядок. И убираться тоже.
Его слова о том, что он всё покажет, если ей будет непонятно, успокоили её. Бэк Ён тщательно обдумала неожиданное предложение.
— Дайте мне подумать до завтра. Я не хочу стать для вас обузой.
— Да это же просто подработка в магазине, сейчас даже школьники с ней справляются.
Сердце Бэк Ён учащенно забилось от неожиданной перспективы. Она ушла в никуда, надеясь найти обычную работу, но даже не мечтала, что сразу найдет и жилье, и еду, и даже место, где сможет зарабатывать. Для Бэк Ён это была невероятная удача.
Нужно было сохранять спокойствие.
