Контент удален!

Слова Чан Хи Джо были чем-то, о чем Бэк Ён никогда даже не задумывалась. Она всегда считала, что они никогда не смогут понять друг друга.

Она сбежала из «Муравьиной норы», потому что хотела жить обычной жизнью. И была уверена: если она снова впустит Чан Хи Джо в свою жизнь, он затянет её обратно. Каждый раз, когда её сердце тянулось к нему, она пресекала эти чувства, веря, что если выберет Чан Хи Джо, то её конец будет ничем не отличаться от судеб других людей в «Муравьиной норе».

— А если я тоже захочу жить обычной жизнью?

Стоя в тени дерева, Чан Хи Джо неловко улыбнулся. Его улыбка растопила лед в сердце Бэк Ён, и чувства снова хлынули потоком.

— ...Я не ожидала, что ты так скажешь.

— Я же люблю тебя, Чхве Бэк Ён. Если бы это была не любовь, с чего бы мне тут распинаться?

Если бы это было мимолетным увлечением, он бы всё решил по-своему и не стал бы тащиться сюда. С того самого момента, как она впервые услышала это смущающее слово «любовь», Бэк Ён ни разу над ним не посмеялась. Наоборот, она искренне пожелала, чтобы он встретил ту, кого полюбит.

Из-за неё вся его жизнь пошла кувырком. Его проклятая кровь кипела. Требовала сделать её такой же, как его мать. Сломать, но сделать своей.

Но та Чхве Бэк Ён, которую он полюбил, не была сломленной. Это была гордая Чхве Бэк Ён, которая кричала и билась изо всех сил, чтобы выжить. Бунтарка из «Муравьиной норы», которая, даже стоя на пороге смерти, говорила «нет», если это было «нет». Чхве Бэк Ён, которая не ползала на коленях, как некоторые, а проглотила таблетки, чтобы защитить его, того, кто был намного сильнее её.

Эту я ни за что не отпущу.

Так решил Чан Хи Джо.

Когда Бэк Ён проглотила таблетки прямо у него на глазах, а он не смог её остановить, он почувствовал бессилие и невероятную ярость. Хочешь жить обычной жизнью? Тогда правильнее всего было бы отпустить её, чтобы она больше не связывалась с таким ублюдком, как он.

Но проклятая кровь, текущая в его жилах, не позволила этого сделать.

Блядь, если Чхве Бэк Ён хочет жить обычной жизнью, то и он захочет жить так же. Чан Хи Джо достал из внутреннего кармана пиджака маленькую коробочку.

Вот почему он отпустил руку Бэк Ён. Он медленно открыл коробочку перед застывшей в молчании девушкой.

— ...Мне еще на колено встать?

Если скажешь встать — встану.

Если Бэк Ён скажет, он сделает.

Он вспомнил, как однажды мельком видел черно-белый фильм, который смотрела Чхве Ми Хи. Там мужики становились на одно колено и делали предложение. Тогда он подумал: «Какая херня».

Прямо перед глазами Бэк Ён ослепительно сверкнул бриллиант размером больше ногтя большого пальца.

— Я сказал им дать мне самый большой камень, что у них есть.

— Хи Джо, мы что... сейчас поженимся?

— Что? Поженимся?

Бэк Ён не просила его вставать на колено, но он всё еще раздумывал, стоит ли это сделать, и слегка приседал на одну ногу. Услышав слова Бэк Ён, он от неожиданности рухнул на колени. Он ударился коленом о неровную тротуарную плитку, но даже не почувствовал боли.

Он всего лишь хотел предложить ей встречаться, но когда из уст Бэк Ён прозвучало слово «свадьба», Чан Хи Джо запаниковал.

— Нет, я не...

— Я не стал говорить о свадьбе, чтобы не давить на тебя, но раз уж так пошло... блядь. Ладно, я всё сделаю по-нормальному. Я нормально сделаю тебе предложение. Это не в счет. Я куплю камень еще больше.

Чан Хи Джо чудом проглотил рвущееся наружу ругательство. Даже он понимал, что в такой исторический момент материться нельзя.

Он выглядел так, словно готов прямо сейчас сорваться с места за новым бриллиантом. Бэк Ён прикусила губу, еле сдерживая смех. Она боялась, что если сделает хоть шаг, Чан Хи Джо умчится так быстро, что и след простынет, и тогда она вообще ничего не сможет сказать.

— Как обычный человек будет носить такое? И какая еще свадьба.

Услышав отказ от свадьбы, Чан Хи Джо тут же вскочил на ноги. На его колене осталась пыль, и Бэк Ён, наклонившись, отряхнула его.

— Тогда что? Что ты хочешь со мной делать? Скажи сама.

Сможет ли она жить обычной жизнью, связавшись с Чан Хи Джо?

Захочет ли он жить как все, или она снова захочет вернуться в его мир? Будущее было неизвестно.

— Я не буду заставлять тебя жить обычной жизнью. Но если уж я и буду с кем-то встречаться, то только с тобой, Хи Джо-я.

Это будут отношения, где они будут жить совершенно по-разному, и кто знает, кто устанет первым. Но Бэк Ён согласилась попробовать.

С того самого момента, как мальчишка в красном пальто привлек её внимание, с того дня, когда он отдал ей это пальто, Чан Хи Джо стал единственным в её жизни.

Понимает ли он, что он единственный, кто вытащил её в этот мир, о существовании которого она даже не подозревала?

— Что значит «если буду»? Скажи прямо, что будешь!

— Да, я буду с тобой встречаться.

Бэк Ён, видя, как он отчаянно пытается получить четкий ответ, рассмеялась и согласилась. Видимо, её ответ прозвучал слишком расплывчато. Лицо Чан Хи Джо просияло. Он без лишних слов схватил левую руку Бэк Ён и надел кольцо ей на палец. Кольцо слегка застряло на суставе, но затем село до конца.

Камень был таким огромным, что кольцо постоянно съезжало в сторону мизинца. Ей хотелось сказать, что обычные парочки так не делают, но Чан Хи Джо выглядел таким счастливым, что она промолчала.

— Бриллианты для того и носят, чтобы они перевешивали и крутились.

— Кто тебе такое сказал?

— Чхве Ми Хи.

Имя его тети, которое она когда-то слышала.

Она понимала, что не сможет работать с таким огромным кольцом. Но Чан Хи Джо был так счастлив, что она решила сегодня не снимать его. Бэк Ён снова взяла его за руку, переплетя пальцы.

Они сидели на старой скамейке, держась за руки, и смотрели на цветущую вишню. Когда они были вдвоем, время текло медленно.

Здесь дул легкий ветерок, и было тихо, лишь изредка слышалось тихое мяуканье кошки. Никакого городского шума. Сегодня казалось, что время вообще остановилось.

***

Перед ним стоял горячий рамён, а Чан Хи Джо то и дело поглядывал на Бэк Ён, работающую в магазине. Он просил её остаться с ним, но она настояла на том, что должна отработать ночную смену, поэтому им пришлось расстаться после долгих посиделок за ручку.

Он променял и роскошный ресторан, и забронированный отель на пластиковый столик, но, получив то, чего желал больше всего, не мог сдержать улыбку даже перед Тэ Гёном.

Только представьте: Чан Хи Джо улыбается, сидя перед пластиковым контейнером с едой из круглосуточного.

Он был счастлив просто потому, что Бэк Ён разогрела для него еду, которую он в жизни бы не стал есть. Сама Бэк Ён уже съела треугольный кимбап и вернулась к работе.

— Директор У.

— Что?

Тэ Гён, без особого энтузиазма ковыряясь в контейнере, который Бэк Ён разогрела и для него, подумал: «Вот же цирк».

Ему даже не нужно было спрашивать, как прошло признание. Даже не видя кольца с бриллиантом на пальце Бэк Ён, по сияющей физиономии Чан Хи Джо было ясно как день, что всё прошло идеально.

— Что нужно сделать, чтобы жить обычной жизнью?

Тэ Гён чуть не поперхнулся жареным кимчи.

Он отвернулся и прокашлялся. Аппетит пропал начисто. Он положил палочки, вытер рот салфеткой и откинулся на спинку пластикового стула.

Вообще-то Чан Хи Джо никогда не держался за жизнь в группировке. Но и обычной жизнью он жить не смог бы. Он видел слишком много грязи и жестокости для этого.

Сделав шаг в этот мир, ты уже не можешь просто так уйти.

Тэ Гён как раз собирался посоветовать ему, что бросать «Муравьиную нору» сейчас — верх глупости, но этот вопрос о нормальной жизни поставил его в тупик.

— Обычной жизнью...

Сколько ни мой руки, на них слишком много крови. К тому же он был хозяином «Муравьиной норы». Тэ Гён посмотрел на Чан Хи Джо, понимая, что пока живы Чан Бэк Джо и Председатель Чан, ему придется пролить еще немало крови.

— Чтобы так жить, для начала нужно быть чистым перед законом, так что тебе придется отсидеть срок.

Лицо Чан Хи Джо исказилось.

Тэ Гён пожал плечами. Если он во всем признается и сядет за решетку, то сгниет там до конца своих дней.

— Обычно в тюрьму садятся подчиненные. Может, ты пойдешь, Директор У?

Когда Чан Хи Джо смотрел на кого-либо, кроме Чхве Бэк Ён, его взгляд всегда был ледяным. И сейчас он абсолютно серьезно предлагал Тэ Гёну сесть вместо него.

— Если ты будешь торчать здесь слишком долго, они почуют запах и снова соберутся вокруг Чхве Бэк Ён. Тебе нужно вернуться и закончить дела.

В глазах Чан Хи Джо снова появился тот самый привычный, холодный блеск. Заметив это, Тэ Гён вернулся к главному.

Любовь и отношения не отменяют незаконченных дел. Тэ Гён тонко намекнул, что его пребывание здесь подвергает Чхве Бэк Ён еще большей опасности.