Бэк Ён увлеченно уткнулась в экран телефона, словно собиралась провалиться в него.

Теперь она устроилась так, чтобы он не мог до неё дотянуться. И начала рассеянно чесать пальцами то самое место на шее, которое он только что целовал и покусывал. Из-за светлой кожи там, где прошлись её ногти, тут же проступили красные полосы.

Хи Джо хотелось перехватить её запястье и заставить прекратить, но она смотрела в телефон с таким серьезным видом, что ему оставалось лишь хрустеть костяшками пальцев.

И чего она там такая серьезная?

Он ведь дал ей телефон просто как игрушку, а Бэк Ён даже брови нахмурила от напряжения.

Каждый раз, когда она чесала шею, просторная футболка всё сильнее сползала набок, обнажая ключицу. В вырезе беззащитно виднелась бретелька бюстгальтера.

Тук.

Хи Джо пошевелился, и книга, лежавшая на подлокотнике дивана, упала на пол.

«Красивая и многогранная Чхве Бэк Ён».

Именно так его глаза прочитали перевернутое название книги.

...Блядь.

Хи Джо с трудом проглотил готовое сорваться с губ ругательство. Бэк Ён постоянно не выходила у него из головы, но он не мог подобрать слово, чтобы описать это состояние. Думал, чтение поможет отвлечься, а теперь даже названия книг читаются как имя Чхве Бэк Ён.

Уинк, проснувшийся от стука упавшей книги, уставился на Хи Джо и высунул язычок. Когда Хи Джо почесал его по голове, щенок радостно завилял своим крошечным, едва заметным хвостиком.

В отличие от пса Чан Бэк Джо, этот на удивление хорошо тянулся к людям.

— Хорошо тебе. Ни о чем не думаешь, любишь кого попало.

Тяв, тяв.

Только услышав лай Уинка, Бэк Ён наконец оторвала взгляд от телефона. Она на коленях подползла к Хи Джо и протянула ему мобильный.

— Купила?

— Угу.

Её лицо по-прежнему оставалось предельно серьезным. Интересно, что же такого грандиозного она там купила? — подумал Хи Джо, взглянув на экран, и его глаза слегка расширились. Как раз в этот момент позвонил Тэ Гён.

— Да. Добавь туда женьшень и морские ушки, и по дороге... а, забей.

Пока он разговаривал по телефону, Бэк Ён смотрела на него широко открытыми глазами, словно ребенок, ожидающий проверки домашнего задания. Решив пока ничего не говорить, Хи Джо промолчал.

Узнав время прибытия Тэ Гёна, Хи Джо, как был — в футболке и тренировочных штанах — взял только телефон и бумажник, и встал.

— Сиди здесь. И никому не открывай дверь.

В одних шлепанцах и без зонта он направился к выходу.

«Хоть бы сказал, правильно ли я купила акции».

Ей не давал покоя тот факт, что он слегка округлил глаза, когда посмотрел в экран. Насколько знала Бэк Ён, у него не было денег, которыми можно было бы вот так играючи разбрасываться. Поддавшись на его уговоры, она долго ломала голову, прежде чем что-то купить, и теперь ей было до смерти интересно, всё ли она сделала правильно. В надежде найти ответ в книге, Бэк Ён снова взяла пособие по инвестициям.

Когда она читала её в первый раз, там были сплошь незнакомые слова, но теперь, после того как она мельком увидела реальное приложение, некоторые термины начали обретать смысл.

Она и представить не могла, что настанет день, когда она сможет лично попробовать эти самые «акции», о которых только слышала. Сердце Бэк Ён почему-то трепетало, а на душе было странно.

Если бы у меня были документы на мое имя, я бы могла заниматься этим без всяких забот.

Снова уткнувшись в книгу, Бэк Ён вспомнила Хи Джо, который ушел без зонта. Кажется, он даже ключи от машины не взял, но она так и не спросила, куда он направился.

Они были не в тех отношениях, чтобы каждый раз докладывать друг другу о своих передвижениях.

Их отношения — это просто мимолетная связь на время его пребывания в Корее. Именно так Бэк Ён определяла то, что было между ними.

В мире, который она знала, не существовало сладких обещаний. За любой сладостью всегда скрывалась ловушка, а за каждое обещание приходилось платить. Поэтому, когда в том гнилом подземелье Хи Джо заговорил о любви, Бэк Ён не смогла даже улыбнуться.

Она знала значение этого слова из словаря, но сердцем понять его не могла.

Тяв!

Уинк вырвал Бэк Ён из её раздумий.

Один только вид этого крошечного создания, суетящегося вокруг, вызывал улыбку. Она снова попробовала повторить те движения пальцами, которые показывал Ви Джин, но Уинк, у которого, видимо, резались зубки, лишь безболезненно жевал её пальцы.

— ...Я впервые встретила человека, который так уверенно говорит о любви. Поэтому мне захотелось, чтобы Чан Хи Джо обязательно познал любовь.

Может, она просто завидовала Хи Джо, который так уверенно заявлял, что будет заниматься сексом только с тем, кого любит. Казалось, он в любой момент сможет найти ту самую, настоящую любовь.

Первый раз у него случайно случился с ней, но она искренне желала, чтобы Хи Джо обязательно встретил такого человека.

Для Бэк Ён, съежившейся в этой темной «Норе», слово «любовь» было чем-то мягким и пушистым, тем, чего ей больше никогда не суждено испытать.

Тяв. Гав.

Словно отвечая на её слова, Уинк звонко тявкнул.

***

Хи Джо, ушедший в одних шлепанцах, вернулся только через час, нагруженный несколькими пакетами. К счастью, он, похоже, не попал под дождь. Только тогда Бэк Ён поняла, что он ходил в торговый центр, соединенный с их жилым комплексом подземным переходом.

— Переоденься до прихода господина У.

Он всучил ей все пакеты разом. Одежда, которую он ранее прислал через Тэ Гёна в «Муравьиную нору», так и лежала нетронутой, а он всё продолжал таскать ей новые вещи, что ставило её в неловкое положение. Но и расхаживать здесь в одежде Хи Джо было неудобно.

— Быстрее.

Поторапливая её тем, что господин У вот-вот придет, Хи Джо буквально затолкал Бэк Ён в спальню. Невольно заглянув в пакеты, Бэк Ён подавила нервный смешок. До сих пор ей казалось, что Хи Джо одевается вполне нормально, но теперь она поняла: вкусы у него были, мягко говоря, специфические.

Дин-дон!

Услышав звонок в дверь, Бэк Ён инстинктивно засуетилась.

Всё равно сейчас она была не в том положении, чтобы перебирать одеждой. Убедив себя, что взять эти вещи — не такой уж большой грех, она постаралась избавиться от чувства неловкости. Я обязательно верну этот долг, — пообещала она себе и переоделась в то, что он принес.

Можно ли вообще в таком выходить к людям? Я, конечно, никогда особо не присматривалась к окружающим, но чтобы кто-то носил такое...

Бэк Ён ненадолго замерла перед зеркалом в полный рост в гардеробной.

Она выглядела как павлин, надевший чужие перья. Одежда, которую он обещал купить ей в прошлый раз в торговом центре, была вполне нормальной, так что такой выбор стал полным сюрпризом. Впрочем, Бэк Ён не была из тех, кто привередничает в одежде, поэтому она надела даже комнатные тапочки, которые явно шли в комплекте с нарядом, и вышла из спальни.

— О, я так и знал, что Чхве Бэк Ён такое пойдет.

Хи Джо, стоявший стражем между кухней и спальней, расплылся в довольной улыбке и похвалил её.

Это правда выглядит нормально?

Бэк Ён почесала ногтем кончик уха. Юбка была настолько длинной, что волочилась по полу, закрывая тапочки. Риск споткнуться был таким же, как и в огромных штанах Хи Джо, так что всё, что ей оставалось — это осторожно переступать ногами.

— Это еще что такое.

Тэ Гён, только что начавший распаковывать термосумку на кухонном островке, наконец-то посмотрел на Бэк Ён и выдал этот вопрос с явным недоумением.

Казалось, ей на голову нацепили павлиний хвост: разноцветные перья торчали во все стороны, закрывая даже уши. А само платье было из бархата. Или, как это сейчас называют, из микрофибры? Глядя на блестящую пурпурную ткань, Тэ Гён подумал, что даже богатые мадам из Каннама не надели бы такое.

Более того, всё это громоздкое, закрытое платье было щедро расшито какими-то цветами — то ли гибискусами, то ли шиповником. Выглядело оно, конечно, дорого, но в здравом уме такое никто бы не купил.

Тэ Гён припомнил, что когда-то летал с Хи Джо в Париж, и на портретах в Версальском дворце видел дам в похожих нарядах. Очень похожих.

Но если с платьем еще можно было как-то смириться, то с этой пернатой конструкцией, острыми концами обрамлявшей всё лицо, явно нужно было что-то делать.

— Эй, Чхве Бэк Ён. Не подходи ко мне.

Ошарашенный Тэ Гён отступил на шаг, когда Бэк Ён попыталась приблизиться. Сработал инстинкт самосохранения — держаться подальше от человека в таком наряде.

— У Чхве Бэк Ён слишком яркое лицо, поэтому ей нужно носить такую одежду, чтобы немного его приглушить.

Сумасшедший ублюдок.

Глаза у него вроде на месте, сам одевается как нормальный человек, а из Бэк Ён сделал посмешище. Тэ Гён, не зная, куда деть глаза, поспешно опустил взгляд. И тут он увидел выглядывающие из-под подола тапочки.

Тоже из пурпурного бархата. В тон платью. Сейчас у Бэк Ён были открыты только лицо и кисти рук, всё остальное было наглухо закутано.

И всё это — дело рук этого психопата Чан Хи Джо.

— ...Ну да. Пожалуй.

Сквозь зубы выдавил Тэ Гён, нехотя соглашаясь. Бэк Ён, теребя пышные рюши на рукавах, промолчала.

У нее что, вообще нет вкуса?

То, что она надела это убожество просто потому, что ей сказали, делало её такой же ненормальной. В «Муравьиной норе» лежат пакеты с нормальной одеждой, которую он ей привез, так откуда она вообще выкопала это? Те пакеты она даже не распаковала, а то, что притащил Хи Джо, тут же напялила.

Да уж, рыбак рыбака видит издалека.

Тэ Гён, который и сам был частью этой странной компании, предпочел сделать вид, что ничего не замечает.