Из-за того, что она всё еще была в пижаме, а бюстгальтер не надела, ей казалось, что Чан Хи Джо вот-вот заметит её затвердевшие соски.
— И? И что мне теперь делать?
Бэк Ён протянула Чан Хи Джо руку, от которой несло спермой. Между пальцами, словно паутина, тянулись белые нити его семени. Она была похожа на ребенка, который измазал ладони клеем ПВА и играл с ним.
— Раздвигай ноги.
Скрип.
Кровать в кошивоне жалобно скрипнула, когда Чан Хи Джо влез на неё.
Он был настроен решительно. В таком состоянии его было не остановить. Всё пошло не так с того самого момента, как она открыла дверь.
Это она, Чхве Бэк Ён, прижалась ягодицами к стене и умоляла его сказать хоть слово. Это она сама позвала его.
Бэк Ён, лежавшая на боку, перевернулась на спину, согнула колени и широко раздвинула ноги. Чан Хи Джо, словно ему этого было мало, схватил её за лодыжку и потянул ногу вверх. Его взгляду открылась пульсирующая киска. Он еще даже не прикоснулся к ней, а она уже была грязно испачкана.
Белая сперма запуталась в волосках, забилась между клитором, большими и малыми половыми губами — выглядело это неряшливо. И именно эта грязь возбуждала Чан Хи Джо до безумия. Чхве Бэк Ён, которая послушно втирала его сперму в свою раскрасневшуюся киску.
Это сводило его с ума.
Шмыг.
Пальцы Чан Хи Джо, гораздо более длинные, чем её собственные, проникли внутрь.
— Ах!
— Сама-то ты даже досюда не достала, да? Если не расширить как следует, будет пиздец как больно, когда войду.
Чан Хи Джо намеренно надавил туда, куда она сама не смогла дотянуться.
Бэк Ён прикусила губу. Его толстые суставы то и дело задевали стенки влагалища. Там, куда Бэк Ён боялась лезть из-за непривычных ощущений, он орудовал по-хозяйски, мягкими круговыми движениями массируя её изнутри.
Один палец, два, три. С каждым разом Бэк Ён всё больше чувствовала, как наполняется. Как она и представляла, пальцы Чан Хи Джо проникали туда, куда ей было не достать, заполняя её изнутри.
А когда он вытащил их, Бэк Ён безвольно обмякла от чувства пустоты.
Но это было только начало. Чан Хи Джо прижал свою всё еще влажную головку к её входу. Одна нога Бэк Ён всё еще свисала с края кровати.
— Хх-ук!
Не ожидая такого резкого вторжения, Бэк Ён громко выдохнула и поспешно прикрыла рот ладонью. Той самой ладонью, которой недавно ласкала себя. В нос тут же ударил сырой запах. Сперма, которая еще не успела высохнуть, размазалась по её чисто вымытому лицу.
Чан Хи Джо, вдавливая головку внутрь и прижимаясь к ней животом, при виде этого жеста возбудился еще сильнее. Даже если она сделала это случайно, для него это было невероятно возбуждающим зрелищем. Казалось, она сделала это специально.
Если она сделала это, чтобы поднять ему настроение, то у неё получилось.
Вжих.
Когда головка протолкнулась внутрь, он намеренно резко подался вперед, отчего её верхняя часть тела подпрыгнула. Её влагалище, всё еще тесное и тугое, жадно обхватило его член. Оно сжимало его так, словно умоляло поскорее излить в него семя.
Он едва сдержался, чтобы не кончить прямо в Бэк Ён, в которой так давно не был.
Чан Хи Джо стиснул зубы, обхватил её бедра одной рукой и потянул на себя, заставляя сползти ниже. И прижал её к себе еще крепче.
Туда, куда не доставали ни её, ни его пальцы, упрямо протискивался его член, расширяя её изнутри. Ребристые стенки её влагалища плотно облегали его, словно пытаясь принять его форму, и жадно всасывали.
Ощущение было такое, словно десятки крошечных присосок впились во все чувствительные точки, отчего мозг плавился — это было жутко и в то же время невероятно экстатично.
Из уголков глаз Бэк Ён покатились слезы. Чан Хи Джо, которому мешала его футболка, постоянно падающая на её лицо, просто подцепил её зубами и задрал вверх. Экстаз был настолько сильным, что у него даже не было времени её снять.
Чвак, чвак.
С каждым его движением раздавался влажный, хлюпающий звук. Ему хотелось раздвинуть её сомкнутую плоть и проникнуть еще глубже.
Он знал, что Бэк Ён может принять его целиком. Заглотить до самого основания, так, чтобы его яйца бились о её промежность. Но после долгого перерыва ей было тяжело, и она тихо постанывала.
— Бэк Ён-а, Чхве Бэк Ён.
Чан Хи Джо произносил её имя так, словно пережевывал каждый слог. Хотя он и почувствовал облегчение, увидев, что она в порядке и живет спокойной жизнью, какая-то часть его души всё равно скручивалась от злости.
Она не должна жить хорошо.
Это, конечно, хорошо, но так быть не должно.
Из-за этих противоречивых чувств Чан Хи Джо то и дело стискивал зубы, до крови прокусывая щеку изнутри.
— Что... м-м...
Заметив тревогу в глазах Чан Хи Джо, Бэк Ён убрала руку от губ и тихо ответила. Несмотря на зажатую в зубах футболку, он отчетливо произносил её имя.
Подняв взгляд, она увидела его глаза, в которых плескалась тревога.
Чан Хи Джо всё еще был для неё слишком большим.
Она тяжело дышала, понимая, что если впустит его целиком, то потом пожалеет от этого чувства распирания. И всё же Бэк Ён нравилось тепло его тела, полностью прижатого к ней.
В конце концов, Чан Хи Джо последовал за ней и поселился в соседней комнате кошивона. Они снова стали соседями.
И это было не в «Муравьиной норе», а в самом обычном месте, где живут обычные люди.
Бэк Ён казалось странным, что они вдвоем находятся здесь. Затесавшись среди обычных людей, они словно оказались в каком-то нереальном сне.
— А-а, м-м, хх, а-ах, ух...
Чан Хи Джо яростно вдалбливался в неё, загоняя Бэк Ён в угол.
Чувствуя, что задыхается, она протянула к нему руки. Поняв, что она не может дотянуться до его лица, он сам прижался щекой к её ладоням.
В этот момент край футболки выскользнул из его губ, и их губы встретились. Зубы снова стукнулись друг о друга, но не успела она улыбнуться, как язык Чан Хи Джо глубоко проник в её рот, шершаво царапая нёбо. От щекотки она втянула голову в плечи.
Её прерывистые стоны растворялись в его рту, не находя выхода. Чан Хи Джо жадно проглатывал всё, что вырывалось из её губ.
Грудь распирало так, словно она вот-вот разорвется от кашля. И всё же ей не хотелось отрываться от его губ. Даже если она умрет от удушья, сейчас ей было всё равно.
Чан Хи Джо всё равно её спасет. Эта слепая вера в него полностью захватила Бэк Ён.
— Дыши, Бэк Ён-а.
А она-то надеялась просто умереть вот так. Но Чан Хи Джо, словно прочитав её мысли, отстранился и мягко приказал.
— Ха-а, ха-а, ха-а.
Велев ей дышать, Чан Хи Джо всё равно слегка покусывал и посасывал её нижнюю губу каждый раз, когда она делала судорожный вдох.
Чан Хи Джо заполнил её до отказа, давя своей тяжестью.
Их животы соприкасались, верхние части тел были плотно прижаты друг к другу — Бэк Ён полностью растворилась в его объятиях. В этой тесной комнатушке, в еще более тесных объятиях мужчины, было на удивление уютно.
Чан Хи Джо точно знал, когда она вдыхает и выдыхает. Стоило её груди слегка приподняться, как он останавливался и ждал, пока она не будет готова продолжать. Эта небольшая забота, несмотря на грубость самого процесса, ей нравилась.
Каждый раз, когда их взгляды встречались, их губы соприкасались, а он как ни в чем не бывало слизывал с её лица свою сперму. Его язык ласково, раз за разом, проходился по её щеке.
Вжих.
Когда он вытащил член почти наполовину и снова с силой вонзил его, в коридоре отчетливо послышались чьи-то шаги.
Бэк Ён поспешно зажала рот Чан Хи Джо ладонью. Дальше по коридору от её комнаты жили только женщины. Шаги приблизились, а затем прошли мимо.
— Боишься, что кто-то услышит?
Чан Хи Джо мягко прикусил пальцы Бэк Ён, лежащие на его губах, и спросил низким голосом. Затем он приподнялся, увлекая её за собой.
— Зачем, что, что ты хочешь...
— Сама закрывай мне рот, Чхве Бэк Ён.
Сказав это, он откинулся на спину. Кровать была короткой, и его голова наполовину свесилась с края.
Теперь Бэк Ён сидела на нем сверху.
Она всё еще сидела на его бедрах, их тела по-прежнему были плотно соединены.
Подложив одну руку под голову, Чан Хи Джо посмотрел на неё снизу вверх, а пальцем другой руки постучал себя по губам.
— Бэк Ён-а, ах, блядь.
Он решил воплотить в жизнь свои слова о том, чтобы она залезла на него и сама закрывала ему рот. От новых, непривычных ощущений Чан Хи Джо невольно выругался. Испуганная Бэк Ён торопливо потянулась и зажала ему рот рукой.
Член вошел еще глубже, чем она ожидала. Казалось, он пронзил её до самого нутра, так что она даже не могла выпрямиться. И тогда Чан Хи Джо начал двигать бедрами.
