Ви Джин облизнул нижнюю губу. Дело принимало интересный оборот.
Было очевидно, что она куда-то уходит. При виде этого забитого ягненка, тревожно озирающегося по сторонам, в нем проснулось коварное желание схватить её и поиграть с ней в своих руках. Если он заберет её сейчас, Чан Хи Джо больше никогда не сможет её найти.
Ведь весь необъятный Китай был миром Ви Джина.
— А-а...
Услышав голос Ви Джина, Бэк Ён инстинктивно попятилась. Хотя он только что доказал, что на их стороне, недоверие в её взгляде явно не собиралось рассеиваться.
Зная, какую жизнь прожила его собственная мать, Ви Джин, глядя на Бэк Ён, всё равно почувствовал, как в нем поднимает голову дурное желание. Он подумал, что и в нем тоже течет кровь его отца.
— Что там такое в этом рюкзаке, что ты вцепилась в него, как белка в орех?
Одетая в большую куртку Чан Хи Джо, которую он уже видел на ней раньше, сейчас она казалась еще меньше.
Ви Джин откинул растрепанные ветром волосы назад и уверенным шагом направился к Бэк Ён. Его тело настолько пропиталось запахом крови, что он постоянно чувствовал его.
— Вы с Чан Хи Джо всё обсудили?
Конечно, нет.
Иначе с чего бы ей в такой суматохе поспешно сбегать из «Муравьиной норы»?
Ви Джин всё прекрасно понимал, но решил проверить Чхве Бэк Ён, притворившись неосведомленным.
— А зачем мне что-то обсуждать с Чан Хи Джо, если я ухожу? Я ему больше ничего не должна.
Ничего не должна. Значит, можно и уйти.
Ви Джин едва сдержал хохот. Он прикрыл рукой губы, чтобы скрыть расползающуюся улыбку.
Чан Хи Джо, какой же ты идиот.
Видя, как тот бережет свое достоинство так же тщательно, как и здоровье, он думал, что Хи Джо будет любить страстно и до конца. А он, оказывается, беспомощно сидит сложа руки, пока его девчонка сбегает. Этого он никак не ожидал.
— А, ну раз ничего не должна, тогда, конечно, можешь идти. Подвезти до места?
Бэк Ён немного подумала и дала неожиданный ответ:
— Да.
— Что? Подвезти?
— Да. И если можно, не на автовокзал, а вывезите меня за пределы Чхонхана, я буду очень благодарна.
Вот это да.
На автовокзале есть камеры. Любой, если захочет, сможет её отследить. С такси та же история. В таком маленьком городе при желании можно легко узнать, кто уехал за город посреди ночи и где именно вышел.
Он никак не ожидал, что она, будучи такой подозрительной, нагло попросит вывезти её отсюда.
Использовать его таким образом было забавно, но от мысли о том, как Чан Хи Джо будет рвать и метать, когда узнает, становилось как-то не по себе.
Эх, и что же делать.
Ви Джин давно не испытывал такого приятного замешательства.
Тянуть время было нельзя. Иначе эта белка обязательно придумает какой-нибудь новый план.
— Ну, ничего не поделаешь. Раз уж я сам первый предложил. Ладно, поехали.
Сказав это, Ви Джин подошел к своим парням, которые курили неподалеку, и взял у одного из них ключи от машины. При этом он едва заметно покачал головой, давая понять, чтобы они ничего не говорили Чан Хи Джо. Все тут же отвернулись, делая вид, что не замечают ни его, ни Бэк Ён.
Пик-пик.
Когда они подошли к стоянке, Ви Джин нажал на кнопку, и у одного из седанов мигнули фары. Бэк Ён пошла за ним. Он, как истинный джентльмен, открыл перед ней пассажирскую дверь, и её маленькая фигурка юркнула внутрь.
Сев за руль, Ви Джин включил навигатор и спросил:
— Куда поедем?
— В Пусан.
Время позднее, так что, если не будет пробок, доедут за пару часов.
— Пусан, значит... Умно. Там отличная транспортная развязка, легко затеряться в любой точке страны или нелегально переправиться за границу.
Он думал, она попросит отвезти её в соседний город или высадить где-нибудь на полпути, но Чхве Бэк Ён назвала место так уверенно, словно уже всё продумала наперед.
— Да.
— Мы так похожи на парочку, сбегающую в тайне от всех, правда? У меня аж сердце бьется.
— Я бы предпочла, чтобы вы не говорили глупостей и мы поехали молча.
Рука Ви Джина, вводившая адрес в навигатор, на мгновение дрогнула. Чхве Бэк Ён, крепко прижимая к себе рюкзак, смотрела только вперед. Было очевидно, что она больше не желает поддерживать этот разговор.
— Знаешь, если долго ехать в тишине, водитель может уснуть за рулем?
Она почти никогда не ездила в чужой машине, откуда ей было знать, как себя вести. Ей просто было не по себе от того, что он постоянно выспрашивал о её отношениях с Чан Хи Джо, поэтому она и ответила так резко.
— Мы с ним правда ни в каких отношениях, вот и всё. Если вы не будете больше об этом спрашивать, я поговорю с вами, чтобы вы не уснули.
В такие моменты её наивность становилась очевидной. Как бы она ни пыталась казаться суровой, в глубине души она была мягкой. Одно то, что она любила животных, говорило о многом.
— Тебе не интересно, как так вышло?
— Зачем мне это знать?
— Дело в том, что мы сильно задолжали дедушке Чан Хи Джо... точнее, его биологическому отцу. Как говорится, однажды назвав кого-то старшим братом, ты останешься ему верен навсегда. Так что мы не можем предать Чан Хи Джо, ведь его отец помог моему отцу подняться на самый верх.
Бэк Ён впервые слышала об этом.
— ...Не Председателю Чану, а старому Председателю?
— Да. Чан Хи Джо сейчас числится младшим братом нынешнего Председателя. А так он ему, наверное, в деды годится? В общем, он с самого рождения получил нож в спину.
Поэтому он так сильно и не доверяет людям.
Пробормотал Ви Джин, поворачивая руль. Бэк Ён так сильно вцепилась в лямку своего старого рюкзака, что костяшки побелели. Она просила не говорить о ней и Чан Хи Джо, а в итоге услышала огромную тайну, о которой, казалось, не должна была знать до конца жизни. Она лишилась дара речи.
— Теперь понимаешь, почему Председатель Чан не мог от него избавиться?
Он был для него как чемодан без ручки — и нести тяжело, и бросить жалко.
Чтобы сохранить хорошие отношения с Триадой, Председателю Чану нужен был Чан Хи Джо. Приютив этого ребенка, у которого еще молоко на губах не обсохло, он старался думать о нем в позитивном ключе. Но по мере того, как ребенок рос, Председатель узнал правду: тайные фонды, которые его отец прятал от него до самой смерти, не пропали — они все ушли на этого щенка.
Часть огромных комиссионных, которые они платили Триаде, оседала в карманах Чан Хи Джо. С этого момента Чан Хи Джо превратился в главную головную боль семьи Чан.
Именно поэтому Председатель Чан не пытался остановить Чан Бэк Джо, когда тот бросался на Хи Джо.
У него уже был опыт убийства братьев. Если бы Чан Бэк Джо тайком прикончил Хи Джо, Председатель бы решил, что Триада тоже предпочтет замять дело, чтобы не платить комиссионные мертвому человеку, и втайне радовалась бы этому.
Именно поэтому Чан Хи Джо всегда приходилось быть настороже.
— ...Да.
— Он живет с мыслью, что даже если женщина к нему клеится, неизвестно, откуда она может вытащить нож. Он вообще не понимает, почему кто-то хочет с ним переспать.
Поэтому ему приходилось подозревать всех и вся.
Всякий раз, когда Ви Джин видел это, его раздражало упрямство Чан Хи Джо. Тот оставался отстраненным даже с женщинами, которых Ви Джин лично проверял и рекомендовал.
— Он говорил, что хочет быть с тем, кого любит. Дело не в том, что он не понимал тех женщин, просто он хотел переспать с той, кто поняла бы его самого.
Бэк Ён возразила Ви Джину.
В том, что Чан Хи Джо так думает, не было ничего плохого, и уж точно не над чем было смеяться.
— И это ты?
— Я не говорила, что это я. Я...
Не зная, что сказать, Бэк Ён почувствовала растерянность. Переспала с Чан Хи Джо, потому что наши интересы совпали? Но она до сих пор не могла разобраться со своими чувствами по поводу этого «совпадения интересов».
Она не знала, что такое любовь или те чувства, о которых говорил Чан Хи Джо. В её бесконечно узком мирке существовал только он один.
Ей нравилось наблюдать, как он делает что хочет, и её сердце замирало, когда он был рядом. Ей нравились его дерзкие слова и поступки, нравилось, как он просто взял и протянул ей руку в мусоросжигатель. Поэтому она хотела следовать за ним во всем.
— Ты?
— Нет, не я.
Бэк Ён опровергла вопрос Ви Джина.
— С чего ты взяла, что не ты? Потому что он заладил про любовь? Да он только на словах о ней говорит, а сам, наверное, даже не знает, что это такое.
— ...Чан Хи Джо ненавидит «Муравьиную нору».
— Я знаю.
— Поэтому я и говорю, что это не я. Каждый раз, глядя на меня, он будет вспоминать «Муравьиную нору».
Невозможно полюбить человека, который напоминает тебе о ненавистном месте. Когда они разговаривали, она ясно чувствовала, как сильно он ненавидит «Нору». Его слова о том, что он хочет стереть её с лица земли, наверняка были искренними.
Чан Хи Джо — хозяин «Муравьиной норы».
Чхве Бэк Ён — рабочая муравей, родившаяся и выросшая в ней.
Чан Хи Джо, который спокойно заявил, что никогда в жизни не сделает ей паспорт.
Для Бэк Ён это означало лишь одно: она должна вечно принадлежать «Муравьиной норе».
