Через два часа фургон прибыл в Ичхон, провинция Кёнгидо. На улице уже сгущались сумерки.
Фургон остановился перед складом и заглушил мотор. Место выглядело зловеще. Люди, вышедшие первыми, начали доставать из багажника оборудование.
— Вот, переоденьтесь в это.
Сан Джун протянул Бэк Ён защитный комбинезон. Нужно было просто надеть его поверх одежды и натянуть резиновые сапоги.
Кто-то развел огонь в железной бочке, так что вокруг склада было довольно светло. Судя по нескольким припаркованным машинам, уборщики здесь были не одни.
— На самом деле, больше всего платят именно за такую работу.
С горечью произнес Сан Джун, пока Бэк Ён надевала защитный пластиковый костюм.
Она сразу поняла, что он имеет в виду. Помогая разгружать инвентарь, она старалась не обращать внимания на обрывки фраз, долетавшие до неё, но они всё равно врезались в память. Рука, сжимавшая швабру, слегка дрогнула.
— Сказали приехать убраться к этому времени, я думал, тут уже никого не будет.
Беззаботно сказал Сан Джун людям в черных костюмах, вышедшим из глубины огромного склада, толкая перед собой тележку с инвентарем. Бэк Ён смотрела на тусклый свет, пробивающийся изнутри этого безлюдного места.
— Мы еще не закончили. Подождите немного.
Сплюнув на землю, ответил один из мужчин.
Криков слышно не было. Напрягши слух, Бэк Ён различила лишь шорох и звуки, будто что-то волокли.
Мужчина, стоявший снаружи, то и дело заглядывал внутрь. Хон Тэ был прав, хорошо, что она намазала зубную пасту под нос. Даже когда запах крови усилился, сильный мятный аромат пасты перебивал его.
— Заходите.
Мужчина наконец освободил проход, и они смогли зайти внутрь склада.
Видимо, всё происходило на расстеленной пленке, потому что кровь забрызгала всё вокруг. Пленка не спасла — кровь просочилась сквозь неё и залила пол, так что уборка предстояла не из легких. К счастью, трупов нигде не было видно — похоже, люди в костюмах уже о них позаботились.
Все молча приступили к работе. Сначала они свернули пленку, а затем слили скопившуюся на ней кровь в ведра.
Бэк Ён первым делом проверила, где находится кран с водой. К нему вел длинный кровавый след. Словно хлебные крошки, брошенные специально для неё.
Сигнал, говорящий, куда она должна идти.
И Бэк Ён не стала его игнорировать. В любом случае, рано или поздно ей придется через это пройти. Кровавый след тянулся к задней двери.
Чирк.
Как только Бэк Ён вышла через заднюю дверь, в темноте вспыхнул огонек. Кто-то зажег зажигалку.
— Ли Хе Джи.
Огонек быстро погас, оставив лишь тлеющий кончик сигареты. По знакомому голосу Бэк Ён сразу поняла, кто именно её прикурил.
— Если будешь и дальше браться за такую работу, тебе придется постоянно сталкиваться с такими ублюдками, как я.
Это был Чан Хи Джо.
Его тонкие волосы слегка растрепались на ночном ветру.
— Ли Хе Джи, почему молчишь? Тебе пора привыкать к этому имени.
На нем была потертая, местами поцарапанная кожаная куртка оверсайз и рваные джинсы. На носках белых кроссовок виднелись красные брызги крови, похожие на краску.
Зажав сигарету губами, Чан Хи Джо дерзко, по-хулигански вздернул подбородок. Он сделал глубокую затяжку.
— Кх-кх, кх-кх, блядь, кх-ха-а.
Астмой страдала Бэк Ён, но безудержно закашлялся почему-то Чан Хи Джо. Видимо, дым пошел не в то горло, потому что он не просто дергал плечами, а согнулся пополам, пытаясь выкашлять его. Бэк Ён подошла к нему и похлопала по спине.
— Ты в порядке?
— В порядке... блядь. Чтоб вы все сдохли.
Прохрипел Чан Хи Джо, проклиная всех курильщиков, которых только знал.
Он вытер уголки глаз тыльной стороной ладони. Если так сильно кашлять, на глазах невольно выступают слезы. Бэк Ён, прекрасно зная это, посмотрела в его глаза, когда он выпрямился.
— Чего уставилась. Я не плакал.
— Я знаю.
— Я не плакал, говорю.
— Я тоже часто кашляю, так что знаю.
Чан Хи Джо швырнул на землю недокуренную сигарету, зажатую между указательным и средним пальцами. И раздраженно растер её подошвой.
Они не виделись довольно долго, но Чан Хи Джо вел себя так, словно они расстались только вчера.
— Больше не занимайся таким дерьмом.
— Я и не собиралась. У меня же астма.
Бэк Ён вдруг стало смешно, и она закусила губу, чтобы не рассмеяться. Заметив это, Чан Хи Джо с покрасневшими от кашля глазами свирепо на неё уставился.
Линия его челюсти стала еще острее, чем когда она видела его в последний раз. Его обычно красные губы сейчас побледнели и потрескались. Осмотрев его, Бэк Ён перевела взгляд на его плечи.
— Ты увидела меня здесь и даже не удивилась. Чего ради? Если знала, что я пришел за тобой, могла бы хоть сделать вид, что пытаешься сбежать.
— Я знала, что встречу тебя здесь.
— Что?
— Такая работа — большая редкость, и то, что её предложили именно мне, показалось странным. В этом мире не бывает случайностей, Хи Джо.
Бэк Ён всё понимала. И всё же она пришла, потому что хотела увидеть его еще раз.
Было очевидно, что это ловушка, расставленная специально для неё. Но она знала: даже если она попытается избежать её сейчас, тот, кто её ищет, всё равно найдет способ вторгнуться в её жизнь. Поэтому она молча села в фургон.
— Намазала какую-то дрянь под нос и смеет еще поучать? Умница нашлась.
Чан Хи Джо взял её за подбородок одной рукой, а другой провел по её верхней губе. Зубная паста размазалась по её щеке, как белые сопли. Выглядело это комично, но для Чан Хи Джо Бэк Ён всё равно была самой красивой.
То, что она пришла сюда, зная, что он её ждет, прозвучало для него так, словно она соскучилась и поэтому пришла. Гнев, переполнявший его до краев, в одно мгновение испарился, осев где-то глубоко внутри. Это было удивительно. Вместо того чтобы злиться, он почувствовал огромное облегчение, увидев её живой и невредимой.
Она же прекрасно справлялась и без меня. Она нигде не пропадет. Но Чан Хи Джо всё равно не мог перестать за неё волноваться. Волноваться, что она будет слишком хорошо жить без него.
До сих пор он играл по её правилам и потакал её прихотям, но когда увидел, как она глотает таблетки прямо у него на глазах, у него просто сорвало крышу. Нужно держаться от неё подальше. Нет, нужно быть еще ближе.
Я должен дать ей всё, что она попросит в обмен на то, что она сделала. Будь то дом, акции — что угодно.
Но увидев, как рискует жизнью Бэк Ён — Бэк Ён, а не Тэ Гён, чья прямая обязанность рисковать жизнью ради него — он просто застыл. Тело отказывалось двигаться.
Что это?
Какого черта она лезет на рожон?
Наживка изо всех сил пыталась выжить, а поплавок — Чан Хи Джо — не успевал за её движениями.
Ему не нужна была её показная, сентиментальная помощь.
В конце концов, свернуть шею Чан Бэк Джо он мог в любой момент, с товаром или без. А Чхве Бэк Ён действительно поставила на кон свою жизнь. А потом, ничего не потребовав взамен, просто исчезла под шумок.
Чан Хи Джо чувствовал себя так, словно его «Муравьиная нора» рухнула. «Муравьиная нора» без Чхве Бэк Ён — это уже не «Муравьиная нора».
Тяв-тяв!
— Теперь, стоит мне услышать лай собаки, я сразу вспоминаю тебя.
— Ну это уже вообще...
Бэк Ён хотела сказать, что это действительно собачий лай, но лицо Чан Хи Джо внезапно оказалось так близко, и его губы накрыли её. Его язык вторгся в её рот, прерывая фразу. Бэк Ён, не ожидая этого, приоткрыла губы и крепко вцепилась в плечо его кожаной куртки.
— Ты что, зубную пасту ела?
— А от тебя пахнет сигаретами.
Ответила Бэк Ён, не отрываясь от его губ.
Чан Хи Джо прищурился. Их губы странно соприкасались во время разговора, но ни один из них не отстранился.
Чмок.
Их влажные губы с характерным звуком слились в долгом поцелуе.
Теперь, когда на её лице не было ни синяков, ни ссадин, Чан Хи Джо жадно впивался в губы совершенно невредимой Бэк Ён. Даже проталкивая язык глубоко в её горло, он не мог утолить свою жажду. При каждом движении Бэк Ён её защитный костюм громко шуршал, сводя его с ума.
— Ха-а, Бэк Ён. Чхве Бэк Ён.
Бэк Ён хотела спросить, зачем он её искал, но не могла произнести ни слова, пока Чан Хи Джо так отчаянно целовал её и звал по имени. Ей оставалось лишь впиваться ногтями в его кожаную куртку, оставляя на ней следы.
Тяв-тяв-тяв!
И снова вдалеке раздался собачий лай.
Чан Хи Джо ненасытно выцеловывал губы Бэк Ён, отдающие вкусом зубной пасты. Они прижимались друг к другу так тесно, что их носы сплющились, а зубы стукались.
Он крепко обнял Бэк Ён за талию обеими руками, словно никогда больше не отпустит.
Тя-я-в! Гав!
Собака продолжала лаять.
Так же, как когда-то Бэк Ён.
Может, это началось еще тогда, когда он поддался импульсу и подобрал Уинка, издававшего такие же звуки?
Слова о том, что лай собаки напоминает ему о Бэк Ён, были правдой.
Это была поистине собачья любовь. Его собачья любовь началась именно тогда.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
