— Тебе хочется даже с таким лицом?

Учитывая, что сегодня синяки проявились сильнее всего, это должно было выглядеть странно. Бэк Ён попыталась отвернуть голову влево, к спинке дивана, чтобы спрятать лицо. Но Хи Джо цокнул языком, снова повернул её к себе и поцеловал в здоровую половину губ. Стараясь не задеть порванную ранку, он дразняще проходился языком по её губам.

— Блядь, ты же сама свое лицо не видишь. Это я на тебя смотрю. И даже избитая ты меня заводишь.

Твердый член Хи Джо служил лучшим тому доказательством.

Он одним движением задрал ей футболку вместе с бюстгальтером до самых подмышек. Обнажилась грудь — более мягкая и нежная, чем всё, к чему он когда-либо прикасался. Стоило сжать, как она переполняла ладонь.

Такое хрупкое тело. Казалось, если сжать чуть сильнее, эта пышная грудь просто лопнет, поэтому Хи Джо то и дело приходилось ослаблять хватку.

Как только он поднял лифчик, соски твердо напряглись. То ли они намокли, то ли просто налились кровью, но ареолы стали красноватыми, в тон самим соскам. Не удержавшись, он зажал оба соска пальцами и крутанул.

— Ах...! Больно.

— У тебя вся еда в сиськи уходит, что ли?

От его слов нетронутая половина лица Бэк Ён залилась краской. Свет всё еще горел, так что было очень светло. Может, поэтому лицо нависшего над ней Хи Джо было видно особенно четко.

Его лицо раскраснелось, а в голосе, срывающемся на выдохе, слышалось нетерпение. С восторгом глядя на её грудь, Хи Джо произнес это абсолютно откровенно.

— Она еще опухшая, не надо так... а-ах... не трогай, Хи Джо-я.

Когда он снова крутанул болезненно пульсирующие соски, по затылку за ушами пробежал холодок.

— Привыкай к тому, что они опухшие, Чхве Бэк Ён. Я буду трогать их каждый день, так что не отстраняйся.

Хи Джо широко раздвинул ноги и оседлал Бэк Ён чуть выше пупка. Влажные волосы упали ему на глаза, и он раздраженно откинул их рукой.

— Угх, что ты делаешь.

Хи Джо снова схватил её соски, скрутил их, а затем сжал обе груди вместе. По ногам Бэк Ён пробежала дрожь.

Её верхняя часть тела приподнялась, и в этот момент он двинул бедрами. Член с силой протиснулся в узкую ложбинку между сжатыми грудями.

Кожа Бэк Ён, мягкая и нежная, ощущалась совсем иначе, чем мокрая вагина.

Сдавив её грудь так, чтобы получилось узкое отверстие, Хи Джо сам проталкивал туда свой член.

— Вздох, ах, отпусти. Пусти. Груди... х-х, больно же.

— Чхве Бэк Ён, тогда сама крепко держи.

Хи Джо вкрадчиво предложил ей самой сжать грудь, чтобы обхватить его член. Он со звуком «тс-с-с» втянул воздух, жадно облизнул нижнюю губу, глядя на Бэк Ён, и криво усмехнулся.

Это был импульсивный вопрос. Но, произнеся это вслух, он подумал, что зрелище того, как Бэк Ён сама изо всех сил сжимает грудь, создавая отверстие для его члена, будет просто охуительным.

— Как...

Не зная, чего еще потребует извращенный разум Хи Джо, Бэк Ён решила, что уж лучше она будет держать грудь сама. Когда она мылась и трогала свою грудь, сексуального возбуждения не возникало. Уж лучше так, чем позволить ему снова это делать.

В итоге она кивнула.

— Сдвинь груди вперед и крепко зажми член. И соски не прячь. Сделай так, чтобы они торчали между пальцами.

Её руки были слишком маленькими по сравнению с его. Как бы она ни старалась обхватить грудь, ладоней не хватало.

Мягкая плоть выпирала между её пальцами. И, как он и просил, соски оказались зажаты между указательным и средним пальцами, выставленные напоказ. Освободив руки, Хи Джо уперся ими в спинку дивана. Затем он втиснул свой твердый член в ложбинку между её грудями и начал двигать тазом, словно трахал её.

Вжих.

Член достал Бэк Ён до самого подбородка.

Пульсирующая головка потерлась о её подбородок. Бэк Ён, опустившая взгляд на свою грудь, от неожиданности резко откинула голову назад.

Это выглядело так мило, что Хи Джо тихо рассмеялся. Она даже не замечала, что её подбородок испачкан смазкой, и изо всех сил сжимала мягкую грудь. Было ясно: она боится, что если отпустит, он снова схватит её за соски и начнет выкручивать.

— Чхве Бэк Ён. Бэк Ён-а. Я поддался на твои уговоры, и как, тебе нравится?

Дышать было тяжело. Уж лучше бы он раздвинул ей ноги, а то он совал член ей в грудь и задавал какие-то странные вопросы.

К чему он спрашивает это именно сейчас?

— Соседка, Чхве Бэк Ён. Я спрашиваю, нравится ли тебе.

— ...Не знаю. Х-х, долго мне еще так сидеть?

Он явно делал это нарочно. Когда Бэк Ён не ответила, он сделал более глубокий выпад, так что член снова достал почти до подбородка. Она почувствовала давление на грудь. Когда член наполовину выходил обратно, всё её внимание концентрировалось на том, чтобы еще сильнее сжать свою мягкую грудь.

А соски, выставленные между пальцами, как и просил Хи Джо, при каждом сжатии раздражались и продолжали болезненно ныть.

— Все так хотели это получить, но я никому не давал. А тебе было плевать — получу, не получу, без разницы. Вот я тебе и отдал.

— О чем...

— Мою девственность.

Тэ Гён называл Хи Джо «лягушкой-бунтаркой» (в корейском фольклоре лягушка делает всё наоборот). Если он видел, что кто-то жаждет получить то, что у него есть, он ни за что этого не отдавал.

Но Бэк Ён не выглядела отчаянно желающей. Лицо, на котором читалось: «Не дашь — и ладно». Слова, брошенные просто так, наудачу. Именно это и заставило Хи Джо действовать.

Ну раз так, я заставлю тебя это сожрать. Впихну прямо в руки и заставлю думать, что это было лучшим решением в твоей жизни.

— Ты правда странный, Чан Хи Джо. Для... для меня это тоже было впервые.

— А, точно. Наша Чхве Бэк Ён тоже была девственницей.

Уголки губ Хи Джо красиво изогнулись вверх. Это была не та ядовитая усмешка, с которой он обычно фыркал, а искренняя, яркая улыбка, словно он только сейчас заново осознал этот факт.

Он с силой толкнулся бедрами, и её грудь колыхнулась. Бэк Ён приходилось несколько раз перехватывать её, и на белой коже остались красные следы от её маленьких пальцев.

— Х-х!

— Но ведь я этого не просил. Была бы ты девственницей или нет. Трахнул бы тебя Чан Бэк Джо или нет — мою девственность всё равно забрала бы ты.

— Ах...

— Кровь-то тоже у меня пошла.

Хи Джо сказал это тоном злобного ребенка, задумавшего шалость. Выражение его лица, не способного скрыть восторг, казалось пугающе жестоким.

Он так аккуратно и красиво проложил путь в её лоно, а кровь увидел свою собственную. Кровь, стекающая по её бедрам — тогда от потери рассудка в первый раз он даже испугался, решив, что порвал её.

— Ты... ты...

Бэк Ён начала заикаться. Там, куда был устремлен его взгляд, стало невыносимо жарко.

Почему фраза «кровь тоже у меня пошла» звучала так пошло? Кажется, у неё совсем крыша поехала. Запоздалый стыд накрыл её от осознания того, что она поняла скрытый смысл этих слов.

Ну да, кровь пошла у него из раны на голове. Чему тут так радоваться?

— Так тебе понравилось или нет? Бэк Ён-а, было во мне что-то особенное?

— Не знаю я ничего такого... Прекрати спрашивать, это странно.

— Вечно я у тебя странный.

Глаза Хи Джо красиво сощурились. Теперь понятно, почему он всегда ходит хмурым. Когда он вот так мягко улыбался глазами, сердце начинало биться слишком быстро. Он выглядел как наивный, невинный мальчишка, не знающий жизни. Настолько безобидным, что так и хотелось тайком подговорить его на какую-нибудь шалость.

Бэк Ён тяжело задышала.

Её сбитое дыхание передавалось бедрам Хи Джо, сидевшего сверху. Двигал тазом он, но задыхалась почему-то она. Её голос, обычно говоривший четко и размеренно, теперь прерывался. То, что сейчас перед ним была не та обычная, невозмутимая Бэк Ён, приносило Хи Джо глубокое удовлетворение.

Самый красивый муравей в мире, который сам называл себя муравьем.

В «Муравьиной норе», пожирающей людей с потрохами, Хи Джо нашел одного красивого муравья, которого еще не сожрали, и подмял под себя.

Она даже не умела соблазнять. Не ходила вокруг да около, а прямо заявила, что соблазняет его. И он был рад, что поддался этому как непреодолимой силе. В её глазах не было ни капли возбуждения, но она соблазняла его отчаяннее всех. Просто потому, что её взгляд был таким же равнодушным, как всегда, он и сдался. И это заводило Хи Джо еще больше.

— Будь на моем месте не я, а У Тэ Гён, ты бы сделала то же самое.

Ложбинка между грудями Бэк Ён была густо измазана прозрачной предсеменной жидкостью.

Бэк Ён так крепко сжимала грудь, что начинало казаться, будто из неё и правда вот-вот пойдет молоко.

Она посмотрела на него снизу вверх взглядом, полным непонимания, едва переводя дыхание.

— Тебе было плевать кто это, Чхве Бэк Ён, лишь бы поднасрать Чан Бэк Джо.

Как же хорошо, что на этом месте оказался он. Как хорошо, что он залез в эту «Нору», поселился по соседству и в итоге поддался её соблазнению — какое счастье, что это был именно он. Этот факт то низвергал Хи Джо на самое дно, то приносил странное облегчение.

— Нет, неправда.

— Поэтому я и говорю тебе не сближаться с У Тэ Гёном. А то вдруг психанешь и соблазнишь его.

Хи Джо произнес это тихо и вкрадчиво, словно объясняя что-то ребенку. Из её губ вырвалось отрицание, но он ей не поверил.