Стоя перед входом в «Муравьиную нору», Ви Джин замешкался, прежде чем войти.

Здание, которое еще пару дней назад трясло от землетрясения. Директор Чан назначил встречу в месте, которое могло рухнуть в любую секунду. Судя по тому, как быстро он разобрался с делами в Пусане и вернулся, человек он способный. А может, поспешил вернуться именно потому, что Ви Джин согласился на тайную встречу.

В любом случае, он явно обожал эту «Нору».

Зная, что Хи Джо следит за этим местом, он всё равно позвал Ви Джина именно сюда.

В этом читался мерзкий умысел: независимо от того, договорятся они или нет, он хотел заронить в Хи Джо зерно сомнения насчет Ви Джина.

— И всё-таки ублюдки из семейки Чан все как один коварные твари.

Тск.

С губ Ви Джина сорвалась фраза, которую постоянно повторяла его мать, Чхве Ми Хи. Извращенная логика: «Не достанешься мне — так хотя бы говном тебя измажу».

Хи Джо, сказавший ему встретиться с директором Чаном, наверняка будет подозревать, что Ви Джин рассказал не всё. А директор Чан, зная повадки Хи Джо, именно на это и рассчитывал.

— Эх, как же я устал.

Ему просто хотелось гулять с красивыми девушками, вкусно есть и тратить деньги.

Великий Ви Джин из Триады оказался мелкой рыбешкой в драке китов, готовых перегрызть друг другу глотки. Проблема была еще и в том, что даже Хи Джо, которого он поддерживал, не доверял ему до конца, заявляя: «Если условия хорошие — переметнись».

Ви Джина не пугали трудности, но получить по лицу, а потом еще и терпеть подозрения — это реально утомляло. Ноги сами не шли в сторону «Муравьиной норы», где недавно было землетрясение.

— Здесь больше не трясло?

— Говорят, в подвале сделали отдельный запасной выход.

— А, вот же хитрожопый ублюдок.

Услышав ответ подчиненного, Ви Джин почувствовал облегчение, но всё равно без стеснения обматерил директора Чана. Он шагнул в VIP-коридор на первом этаже. Ну, раз до подвала можно дойти и, если что, быстро сбежать — уже спокойнее.

Зайдя в лифт, ведущий вниз, он сразу увидел свое отражение в зеркале напротив.

Избили его знатно. Он знал причину, но, увидев это снова, всё равно почувствовал укол обиды. Пока лифт спускался, Ви Джин придвинулся к зеркалу, рассматривая лицо.

Там, где откололся зуб, наливался сизый синяк, а губа была разбита. Выглядел он так, словно его унизительно отпиздили. Ви Джин прищурился.

Стоявшие рядом бойцы молча переглядывались.

Они уже знали, что настроение босса испорчено инцидентом с Хи Джо. Более того, это задело гордость и самой Триады, сопровождавшей Ви Джина.

Даже рынки Кореи и Японии не могли пробиться в Китай без их помощи. И тот факт, что Хи Джо ведет себя так борзо, бил по их самолюбию.

Они знали его с детства, и все в Триаде называли Хи Джо «братом», но когда дойдет до дела, они будут хладнокровны. Ви Джин кожей чувствовал мрачный настрой своих людей.

— Огромная честь принимать вас. Прошу, сюда.

Как только двери лифта открылись, управляющий с широкой улыбкой низко поклонился. Ви Джин, задержавшийся перед зеркалом, вышел последним и, даже не взглянув на него, направился туда, куда тот указывал.

Когда сюда приходил Хи Джо, атмосфера была нормальной, но сейчас, видя напряженные, враждебные лица Ви Джина и его людей, управляющий тоже заметно занервничал.

— Директор Чан уже ожидает вас.

Остановившись перед дверью без номера, управляющий постучал и открыл её.

Чан Бэк Джо, сидевший не во главе стола, а сбоку, увидев Ви Джина, радостно улыбнулся и встал. В отличие от Хи Джо, который всегда разваливался на почетном месте, контраст был налицо, и дело было не только в ощущениях.

— Вот как нужно вести дела.

Пробормотал Ви Джин, заходя внутрь и оставляя своих людей за дверью, так как директор Чан был один.

Обычно того, кто обеспечивает каналы сбыта, сажают на почетное место. А не как Хи Джо, который занимает кресло босса и кивком указывает, кому выйти, а кому остаться. Давненько Ви Джин, привыкший к обществу Хи Джо, не получал такого отношения в Корее, и это ему понравилось.

В их мире большинство — именно такие, как директор Чан, так что в его поведении не было ничего удивительного. Те, кто живет, пресмыкаясь перед сильными и выжимая все соки из слабых, всегда ведут себя как Чан Бэк Джо.

Для кого-то и сам Ви Джин, наверное, выглядит как этот директор Чан.

— Рад встрече, Ви Джин. Впервые мы встречаемся вот так, наедине.

Дела в Пусане должны были изрядно подпортить ему нервы, но он выглядел свежим и собранным. Ви Джин тоже ответил улыбкой, пожимая протянутую руку.

— Да всё как-то времени не было, вы же сами знаете, я человек занятой.

Директор Чан уже не раз пытался устроить личную встречу. Даже когда он сам прилетал в Гонконг, Ви Джин отговаривался делами и не виделся с ним. Сейчас он со смехом свел всё к шутке.

Оба понимали скрытые мотивы друг друга, но сделали вид, что всё в порядке.

— Как я и слышал, ваш корейский безупречен. Говорят, ваша матушка — кореянка.

А, точно.

Перед ним стоял ублюдок, который упоминал его мать вместе с её сестрой-близнецом, Чхве Ми Хён. Улыбка Ви Джина стала шире. Хоть бы и хотел переметнуться, да вот выбор: один — ебнутый кузен, бьющий в лицо без разбора, а второй — конченый мусор, распускающий грязные слухи про мою мать и тетку. Выбирать из двух зол было сложно, поэтому Ви Джин просто усмехнулся, проведя языком по пустой десне.

— Слышал, моя мать — ваш идеал женщины, директор Чан?

Улыбка на лице Чан Бэк Джо едва заметно дрогнула. Он не ожидал такого прямого вопроса. Откуда до него дошли слова, сказанные только Чхве Бэк Ён? Неужели Бэк Ён, которую забрал Хи Джо, уже настолько сблизилась с ним, что болтает о таких личных вещах? Эта мысль сильно задела его.

— Ну, это было в те годы, когда я был еще совсем юн и глуп. Она и правда была невероятно красива.

Чхве Ми Хён, которая появилась перед Председателем Чаном с маленьким Хи Джо на руках и ненадолго осталась в их доме, по сути, была первой любовью Чан Бэк Джо.

Она никогда не улыбалась. В её лице, полном глубокой меланхолии, было что-то завораживающее, и взгляд Чан Бэк Джо невольно тянулся к ней. Председатель Чан первым заметил похоть в глазах сына.

В итоге он отправил женщину в «Муравьиную нору», подсадил на наркотики и убрал с глаз долой. Это было почти 20 лет назад. В то время «Нора» была полностью в руках Председателя, так что найти её Чан Бэк Джо не мог.

Так Чхве Ми Хён осталась лишь в его памяти.

— Чхве Бэк Ён так сильно похожа на мою мать?

Ви Джин отбросил вежливый тон и с вызовом перешел на «ты». Он достал сигарету и сунул её в рот, но поджигать не стал, просто перекатывая губами.

Закинув ногу на ногу и глубоко откинувшись на спинку дивана, он вскинул подбородок и искоса посмотрел на директора Чана, сидевшего рядом через пустой промежуток.

Чан Бэк Джо сжал кулаки, лежащие на бедрах под столом. Затем он встал, щелкнул зажигалкой Zippo и поднес огонь к лицу Ви Джина.

Затяжка.

Ви Джин глубоко затянулся. В его глазах плясали смешинки.

Если бы Хи Джо вел себя хотя бы вполовину так же, я бы на руках его носил. Хотелось сказать ему: «Учись, как надо». Когда Ви Джин доставал сигарету при Хи Джо, тот лаял на него, как пес, в которого ударила молния. Контраст был разительным.

— Разве такое возможно? Я просто сравнил её с самой красивой женщиной, которую когда-либо видел.

Чан Бэк Джо, подкурив ему, отступил назад и выкрутился, как скользкий змей. Его взгляд прилип к разбитой губе и синяку Ви Джина. Ви Джин понимал: тот ждет удобного момента, чтобы заговорить об этом, но делал вид, что не замечает.

— Ну так и зачем ты позвал мужика на тайное свидание посреди ночи?

— Выпьем для начала?

Директор Чан открыл уже подготовленную бутылку дорогого виски и предложил ему, но Ви Джин одним пальцем отодвинул стакан.

— Мы не в тех отношениях, чтобы пить вместе. Давай к делу.

— Как вы и сами знаете, наш младший слишком импульсивен для серьезных дел. Он не получил должного воспитания от нормальных взрослых, поэтому совершенно неуправляем. Думаю, и вам с ним тяжело.

На этот раз взгляд был откровенным. Губа снова заныла. Он говорил такие правильные вещи, что Ви Джин едва не кивнул в знак согласия.

— Ну, Хи Джо воспитывала моя мать.

— ...Уверен, ваша матушка дала ему превосходное образование, просто сам парень оказался с гнильцой.

После секундной заминки директор Чан нагло вывернулся. С ним было так легко работать — всё шло как по маслу. Честно говоря, придраться было не к чему. Несмотря на то что он был старше, он умел гнуть спину и прогибать гордость перед тем, кого считал «начальством».

А значит, он был в отчаянии.