Онлайн чтение книги Забытый луг The Forgotten Field
54 Эта любовь подобна проклятию (53)

— Какая разница, хоть фиолетовые, хоть зелёные у меня губы! — крикнула она, швыряя его плащ на землю.

В ответ раздался очередной вздох.

Глаза защипало от слёз.

Айле он улыбается, а передо мной только вздыхает. Терпеть не могу это лицо.

— Даже если я тут замёрзну насмерть, я сделаю так, чтобы тебе это не доставило ни капли неудобства! Так что ступай на свой благородный бал по случаю дня рождения своих драгоценных близнецов! Иди и пресмыкайся перед ними сколько влезет!

— Даже если вы проведёте здесь всю ночь, до смерти вам не замёрзнуть. Разве что простудитесь.

— Отлично! Значит, можно умереть от простуды!

Талия заорала, и он резко откинул с лица прилипшие от дождя волосы. Этот раздражённый жест заставил её непроизвольно вздрогнуть, но, как всегда, голос его остался абсолютно спокойным.

— Что я должен сделать, чтобы вы перестали играть трагическую героиню?

В его язвительном тоне сквозила насмешка, и Талия снова сверкнула глазами.

Он всегда вежлив с Айлой, а меня вечно дразнит. Терпеть его не могу.

Девушка гневно посмотрела на него, выдернула жемчужное украшение из своей тщательно заплетённой причёски — и без колебаний швырнула его в озеро.

— Принеси её обратно — тогда перестану.

Глаза Баркаса сузились.

Талия была уверена, что он вспылит или, по привычке, просто развернётся и уйдёт. Тогда она бы осталась здесь до ночи, пока не рухнет без сил.

Пусть потом мучается угрызениями совести, глядя на мой труп.

Но, как всегда, Баркас не стал играть по её правилам.

Он демонстративно начал расстёгивать пуговицы своего мундира.

Талия удивлённо распахнула глаза, а потом хмыкнула. Он делает вид, будто собирается прыгнуть, надеясь, что она остановит его. Да он ни за что не полезет в воду по-настоящему.

Талия наблюдала, как он с показным спокойствием снимает форму, аккуратно складывает под деревом, а затем стягивает сапоги, которые доходили до колен.

Что ж, посмотрим, как далеко ты зайдёшь.

Он даже снял пояс с мечом. Теперь, оставшись в тонкой рубашке и лёгких брюках, он подошёл к берегу и несколько секунд смотрел на озеро, по которому моросил дождь.

Он просто пытается сломить мою волю. Думает, что я сдамся.

Талия уже собиралась усмехнуться, как вдруг он, без предупреждения, прыгнул в воду.

Девушка вскочила.

Серое зеркало озера поглотило его за одно мгновение. С ошеломлённым лицом она метнулась вперёд и заглянула в темноту воды.

— Баркас?

Но озеро молчало.

Никаких следов восемнадцатилетнего юноши, который за последние два года вырос в пугающе красивого парня.

— Баркас!

Всё вокруг тонуло в моросящем дожде, и лишь её голос оглушительно отдавался эхом над водной гладью.

Талия начала паниковать.

— Х-хватит дурачиться!

Ветер прошёлся по озеру, подняв рябь. Но его всё не было.

Вдруг от ужаса дыхание перехватило.

Не раздумывая, Талия кинулась в воду. Едва сделала несколько шагов, как холодная вода уже дошла до пояса.

Она изо всех сил расплёскивала руками воду, стараясь разглядеть хоть что-то в темноте.

— Баркас! Баркас! Где ты!

Под ногами скользил ил, цеплялись ветки.

Она сделала ещё шаг — вода теперь доходила до груди.

Слёзы и всхлипы срывались вместе с дыханием, она судорожно молотила по воде.

— Я… я была неправа! Ладно? Так что выходи, пожалуйста! — Талия потеряла над собой контроль и закричала от всей души.

И тут поверхность озера вздыбилась — из воды поднялась вытянутая фигура.

Талия остолбенела.

Баркас откинул с лица мокрые волосы, с которых струилась вода, и медленно повернулся к ней. Его синие глаза мерцали под влажными ресницами.

— На.

Баркас, будто пытаясь удержать равновесие, одной рукой слегка схватил её за плечо, а другой протянул что-то перед ней.

Талия рассеянно уставилась на его руку.

— Теперь вы довольны?

На его ладони лежало то самое жемчужное украшение, которое она с силой бросила в воду.

Из её рта сам собой вырвался обессиленный смешок.

Талия прикрыла лицо рукой и, посмеиваясь сквозь выдох, захихикала. Но уже через миг, словно от приступа безумия, она с искажённым лицом выхватила украшение из его руки и снова забросила его куда подальше.

Он даже бровью не повёл, когда увидел, как она без колебаний избавляется от того, что он с трудом достал.

Смотревшая на это Талия, не выдержав, вскинула руку и отвесила ему пощёчину.

— Ты же специально это сделал, да? Хотел меня напугать!

Он молча принял удар.

Почему-то именно его молчаливая невозмутимость ещё больше распалила её.

Талия перешла на кулаки — стала яростно его бить.

— Ты же ждал, пока я сама скажу, что была неправа! Подлый ублюдок! Терпеть не могу таких, как ты!

— Хватит уже.

Баркас внезапно схватил её за запястья и понизил голос.

Талия подняла на него глаза, полные слёз. Лицо её прямо вопило: : «Мне до ужаса обидно». Видя её обиженное выражение лица, он вздохнул с оттенком досады.

— Вы исчерпали сегодняшнюю норму. Прекратите истерику и выходите из воды.

— Нет! Я ни за что не послушаюсь тебя! Лучше уж утону здесь! А ты иди куда хочешь!

Пока она надрывалась и визжала, он просто взял её за руку и поволок на берег.

Даже тогда она не переставала колотить его по спине. Баркас, смотря на это с выражением крайнего недоумения, покачал головой, поднял свой плащ и плотно закутал её, связав рукава так, чтобы она не могла больше драться.

Пытаясь освободиться, Талия дёргалась изо всех сил, но, поняв, что руки не двигаются, пнула его по голени.

— Ты связал принцессу?! Совсем с ума сошёл, разбойник!

— Кто бы говорил.

Баркас тяжело выдохнул, а затем перекинул её через плечо, словно мешок.

Талия завопила, как раненая утка.

— Я императорская кровь, идиот! Где это видано, чтобы рыцарь так обращался с принцессой?!

Он, не говоря ни слова, подобрал свой меч и одежду и, неся её на себе, направился прочь под дождём.

Талия, будто дикое животное, брыкалась, ругалась, плевалась — но в итоге бессильно обмякла.

Баркас отпустил её только во дворце. Талия, с яростью сверкая глазами, едва успела встать на ноги, как снова обессиленно опустилась на пол.

И в тот же вечер, как и предсказывала, она действительно свалилась с сильнейшим гриппом.

Баркас поставил рядом с её кроватью стул и, усевшись, спокойно начал читать.

Как же бесила её эта его спокойная физиономия.

В бреду она пробормотала: «Ты рад, что я болею?»

Он, не отрываясь от книги, перелистнул страницу.

— Иногда это даже неплохо.

С горящими от жара глазами она уставилась на него. «Иногда? Да ты постоянно так думаешь», — мысленно пробормотала она и уткнулась лицом в подушку.

В глубине души она безумно радовалась, что он остался с ней вместо того, чтобы уйти на праздник Айлы. Поэтому могла снисходительно простить его лёгкую дерзость.

Стараясь сдержать улыбку, она закрыла глаза.

Даже несмотря на лихорадку, почему-то всё равно хотелось смеяться.

С Баркасом всегда так. Всё внутри горит — и обида, и злость, и отчаяние, — но сердце наполняется чем-то необъяснимо тёплым. Порой он казался ей самым близким человеком.

«Может, мы даже вроде как друзья?»

С этой наглой иллюзией в голове их общее прошлое копилось, слой за слоем.

Может, для него это было тяжёлое бремя. Но для неё — это были драгоценные дни.

Именно благодаря ему она смогла выстоять в своей беспросветной, одинокой жизни.

Однако теперь эти воспоминания стали не утешением, а оковами, которые не давали ей двигаться дальше.