Онлайн чтение книги Забытый луг The Forgotten Field
87 Отчаяние цвета пепла (15)

Она посмотрела на груду сложенной одежды, а потом опустила взгляд на ноги, скрытые под подолом юбки.

Едва открыв глаза ранним утром, она сразу приняла ванну с помощью няни, а затем позвала лекаря, чтобы тот сменил повязки. Ей не придётся показывать им свои шрамы.

Покусывая губы, Талия вскоре коротко кивнула:

— Делайте, что нужно.

Получив разрешение, служанки установили ширму посреди комнаты. Талия, точно корова, ведомая на бойню, встала за неё.

К ней подошла одна из младших служанок, сняла с неё лёгкий халат и стала по одной расстёгивать пуговицы летнего платья. Широкое платье, окутывавшее её тело, вскоре тихо соскользнуло вниз.

Талия заметила, что девушка вдруг затаила дыхание, и невольно посмотрела на свою нижнюю юбку. Сквозь тонкую ткань угадывались очертания искривлённых ног. Её уши вспыхнули от унижения — она резко рявкнула на девушку:

— Что застыла? Если взялась — делай быстрее!

Оцепеневшая служанка засуетилась, хватая приготовленные наряды. Не в силах больше смотреть на её неловкие движения, старшая служанка отстранила девушку и сама помогла надеть платье из молочно-белого шёлка.

Тонкая ткань, изящно собранная мелкими складками, стекала по телу, словно дым. Поверх неё старшая служанка накинула полупрозрачную накидку лазурного оттенка и затянула на талии пояс с восточным узором. Двухслойный шёлковый пояс украшали нефриты, топазы и фигурки животных в виде подвесок. Затянув его так, что чётко обрисовалась талия, служанка выпустила разноцветные шнуры с металлическими бубенцами и кисточками, развесив их по бёдрам.

Но и на этом процесс не закончился. Шея и запястья укрылись множеством тончайших золотых нитей с драгоценными камнями, а на мочки ушей повесили тяжёлые серьги с изображением золотой птицы.

Талия чувствовала себя не иначе как витриной с драгоценностями.

Правда ли, что всё это вычурное убранство — часть восточного традиционного костюма? Она нахмурилась с недоверием, и в этот момент служанка, надевшая на неё просторный сине-чёрный шёлковый плащ, невольно ахнула, будто подавляя вздох:

— Вы словно сама Тиламер из преданий…

— Тиламер? — нахмурилась Талия, впервые услышав это слово. Служанка мгновенно побледнела и зажала рот рукой. Её странная реакция лишь сильнее испортила Талии настроение. Может, они считают её дурочкой?

А вдруг пользуются тем, что она ничего не знает, чтобы насмехаться?

Талия резко переспросила:

— Что ещё за Тиламер? Почему замолчала?

— Тиламер — это… — начала та.

— Тиламер — это дух земли, повелевающий временами года, — спокойно пояснила старшая служанка, закалывая брошью длинные полы плаща. — Древние восточные народы верили, что являются её потомками. Её считали самой прекрасной и благородной из всех духов.

Талия уставилась на невозмутимое лицо старшей служанки с лёгким подозрением:

— Так и сказала бы. Чего она тогда перепугалась?

— Бриса, кажется, боялась, что вы, ваше высочество, вдруг решите, будто мы по-настоящему верим в эту легенду, — тихо ответила старшая служанка, расправляя полы плаща, чтобы они свободно спадали. — История о Тиламер — всего лишь старая народная сказка. Надеюсь, вы не заподозрите нас в язычестве.

Талия пристально посмотрела ей в глаза. На вытянутом лице служанки пробежала едва заметная тень напряжения. Но то ли она что-то скрывает, то ли боится, что их обвинят в ереси — не понять.

Талия отвернулась и впервые посмотрела прямо в зеркало, которого избегала до этого. В гладкой поверхности, обрамлённой тенью, отразилось лицо, до жути похожее на мать. Только вот на этом безупречном лице не было и следа от взрывной, яркой жизненной силы Сеневьер. Вместо неё на нём лежала мрачная, пепельная тень. Голодный, измождённый взгляд, впалые щёки, жалкое тело, которое и близко не могло сравниться с совершенной чувственной красотой Сеневьер…

Неожиданно у неё в ушах зазвенел насмешливый голос Гарета:

«Тело чудовища с лицом женщины…»

Её лицо, будто неудачная копия матери, исказилось в гримасе. Она не могла вынести вид собственного искалеченного, недоделанного облика.

Она резко отвернулась от зеркала:

— Закончили — убирайтесь! Долго ещё будете тут копошиться?

Резким движением она отбила руку, поправлявшую её причёску, и стоявшая сзади служанка вздрогнула, отшатнувшись. Старшая служанка тихо вздохнула:

— Теперь наденем корону. Потерпите ещё немного.

По её знаку другая служанка поднесла золотой венец. Женщина водрузила его на голову Талии, затем высоко закрутила длинные волосы и закрепила нефритовыми шпильками.

Наконец, когда всё было закончено, служанки сделали шаг назад и низко склонили головы.

— Теперь я провожу вас в покои великого герцога, — сказала старшая служанка, делая шаг к двери.

Талия посмотрела на неё с тревогой в глазах, но, не сказав ни слова, пошла следом.

В коридоре выстроились десятки солдат. Стоило ей осторожно ступить вперёд, как гулко разнёсся неровный, шаркающий шаг.

Она изо всех сил старалась идти естественно, но одеревеневшие ноги, как всегда, предали её. Талия держала голову гордо, стараясь скрыть подступающее унижение.

Сколько она так шла — не сосчитать. Вскоре старшая служанка остановилась.

— Здесь, — сказала она, указывая на большую дверь напротив лестницы.

Похоже, покои герцога находились на том же этаже. Талия ощутила слабое облегчение от того, что не придётся шагать по ступеням. Она подошла к большой двери из красного дерева.

— Я привела её высочество, — почтительно объявила старшая служанка.

Изнутри раздался строгий мужской голос:

— Входите.

Служанка тут же исполнила приказ. Две девушки распахнули двери с обеих сторон, открывая просторную комнату, полную вассалов.

На Талию уставились десятки глаз. Её спина инстинктивно выпрямилась под их взглядами. Мужчины, облачённые в парадные одежды, смотрели на неё так, словно что-то потрясло их до глубины души.

Вдруг по спине пробежал холодок.

А вдруг с её видом что-то не так? Она бросила быстрый взгляд на своё убранство. Может, всё это — ловушка, и её одели так нарочно, чтобы выставить посмешищем? Придумали ложь о «традиционном восточном костюме», а на деле вырядили в дурацкий наряд?

Она метнула взгляд на старшую служанку, словно готовая разорвать её на куски. И тут её охватила новая паника: вдруг сквозь подол видно её ноги?

Она быстро посмотрела вниз: пышная юбка с густыми складками, казалось, полностью скрывала низ. Но вдруг спереди всё видно?

По позвоночнику скатился холодный пот. Талия взглянула по сторонам, будто ища путь к бегству.

В этот момент раздались тяжёлые шаги.

Талия вздрогнула и резко подняла голову — перед ней стоял Баркас.

Он тоже был облачён в похожий наряд: чёрная шёлковая тунка с мягким блеском, сложный пояс с золотой вышивкой и широкий плащ, перекинутый по диагонали и элегантно облегающий его крепкое тело.

Талия невольно окинула его взглядом сверху вниз — и в этот миг ощутила, как к её подбородку прикасаются тёплые пальцы. Она подняла глаза.

На свету заиграли большие серьги с синими камнями и ожерелье, усыпанное топазами.

Её сердце рухнуло куда-то вниз.

Она впервые видела его в таком обилии драгоценностей. Разве он не был человеком более аскетичным, чем любой жрец?

В этот миг Баркас выглядел не как рыцарь Роэмской империи, а как правитель древнего дикого племени.

— У вас… болит нога? — спросил Баркас, внимательно вглядываясь в её застывшее лицо. Его голос прозвучал глухо и тяжело.

Талия, с трудом придя в себя, резко отбросила его руку и отступила на шаг. Ей казалось, что стук её бурно колотящегося сердца слышен ему даже отсюда.

— В-всё в порядке, — выдавила она, стараясь говорить спокойно, хотя щёки горели огнём.

Его голубые глаза скользнули по её раскрасневшемуся лицу. Баркас нахмурился и коснулся её лба.

— У вас снова жар…

— Я сказала, всё в порядке! — резко оборвала она.