Онлайн чтение книги Забытый луг The Forgotten Field
185 У той могилы нет имени (22)

Он получил от писаря пергамент и гусиное перо и принялся составлять срочное послание.

— Выберите двух самых быстрых рыцарей высокого ранга и отправьте их: одного — к его высочеству наследному принцу, другого — к лорду замка Долакан. Не помешает усилить бдительность на случай внезапного нападения.

Он свернул пергамент и запечатал его сургучом. Тут же стоявший за его спиной оруженосец передал письмо Эдгару, командиру отряда вольфрамской кавалерии, сидевшему во главе длинного стола.

Мужчина убрал послание за пазуху и сдержанно спросил:

— Не лучше ли и нам самим заняться расследованием?

— Откуда у нас на это силы?

Он ещё не успел договорить, как сидевший слева, ближе к середине стола, рыцарь средних лет цокнул языком и вставил своё слово:

— На Востоке и без того неспокойно, мы не можем снова отзывать солдат из-за непроверенных слухов.

— Согласен, — Баркас спокойно кивнул. — Мы уже разместили на Севере шесть тысяч наших лучших всадников. Дальнейшая отправка войск излишняя. Преследование мятежников — это задача императорской армии.

— Что ж, раз война вроде бы подошла к концу, пора заняться и внутренним укреплением, — внезапно подал голос Модриан, почётный рыцарь, сидевший справа.

Когда-то его лично назначил предыдущий великий герцог командиром кавалерии, но теперь он отошёл от практической службы и занимал пост военного советника.

Мужчина с напряжённым лицом, по которому трудно было определить его возраст, и странной улыбкой начал говорить мягким голосом:

— В таком случае позвольте спросить: что вы намерены делать с вопросом наследника?

От резкой смены темы Баркас нахмурился. Рыцари, сидевшие с суровыми лицами, тоже были озадачены столь неуместным вопросом. Но старый рыцарь, не обращая внимания на атмосферу, продолжал:

— Когда речь заходит о стабильности владений, разве может быть что-то важнее вопроса наследования?

— Сэр Модриан, — до этого молчавший Лукас грубо вмешался, не скрывая возмущения. — Мы сейчас почти в состоянии войны. Предводитель мятежников в бегах, на Востоке неспокойно, а вы заводите разговоры о таких личных делах?

— Личных?

Модриан покачал головой, возражая:

— Сохранение крови — основа порядка этих земель. Если, не дай бог, с великим герцогом что-то случится, кто унаследует Восток? Неужели вы хотите увидеть, как земли разорвут на части междоусобные распри?

— Мой наследник — Лукас Раэдго Сиекан, — отрезал Баркас. — Разве мы не утвердили это ещё до похода?

— Это лишь временная мера на случай вашей гибели на поле боя, — Модриан, поигрывая кончиком пера, продолжил всё тем же мягким, но колким тоном. — По традиции рода прямая линия должна продолжаться по крови. Благодаря милости божьей вы благополучно вернулись, а значит, теперь вам следует исполнить долг и обзавестись наследником.

Взгляд старого рыцаря скользнул к застывшему Лукасу:

— К тому же, я хотел бы, чтобы вы наконец определились с браками молодого господина Лукаса и леди Райны. Оба уже в самом подходящем возрасте, а до сих пор даже не помолвлены…

— Да сколько можно! — Лукас вскочил, покраснев от злости. — Вы военный советник, а не сваха! Что за чушь вы несёте на военном собрании?!

— Да, тема и впрямь не слишком уместная, — спокойно признал старик, откинувшись на спинку кресла и тяжело выдохнув. — Но остальные вассалы боятся и рта раскрыть, оглядываясь на великого герцога, так что приходится говорить этому старику. Ведь ни у одного из трёх прямых наследников рода нет детей. Разве не естественно, что мы все тревожимся за будущее Востока?

— Если поискать, у молодого господина Лукаса дети, может, и найдутся, — не удержался Баредон, до того тихо сидевший в самом конце стола. — Он ведь с пятнадцати лет так гулял. Вдруг где-нибудь да припрятан бастард…

— Ах ты, паршивец, ну я тебе сейчас...

— Хватит.

Баркас устало прижал пальцы ко лбу и холодно произнёс это одно слово. В зале тут же повисло напряжённое молчание.

Окинув собравшихся внимательным взглядом, он спокойно обратился к Модриану:

— Я понимаю твою заботу о будущем рода, но ты перегибаешь. Словно я уже одной ногой в могиле.

— Простите, ваша светлость, времена смутные. Нужно быть готовыми ко всему…

— Как ты сам сказал, я только что вернулся с войны, — мягко перебил его Баркас. — Говорить о прерывании рода в лицо живому и здоровому правителю — занятие довольно скверное.

Старик наконец прикусил язык.

— Вопрос наследника я намерен решить со временем, — добавил Баркас, вбивая последний гвоздь. — Так что больше не давите.

— Значит ли это, что вы намерены зачать наследника с великой герцогиней? — не унимался Модриан.

Баркас одарил его ледяным взглядом.

— Неужели я должен отчитываться перед тобой даже о том, что происходит в моей спальне?

— ...

— Я позабочусь о том, чтобы не умереть внезапно и не ввергнуть Восток в хаос. Так что оставь эти неуместные наставления.

Лицо почтенного старого вассала заметно окаменело.

Баркас, глядя на него, криво усмехнулся:

— Или ты, может, замышляешь моё убийство?

— Ваша светлость! Как вы можете…

— Шучу, — он произнёс это лёгким тоном и даже улыбнулся. — Уж больно ты печёшься о моей смерти.

Хитрый старик наконец полностью умолк.

Оценив на глаз длину свечи, служившей для отсчёта времени, Баркас поднялся.

— Полагаю, все срочные вопросы мы обсудили. На этом собрание окончено.

Рыцари начали подниматься со своих мест.

Баркас пересёк зал и догнал уже выходившего в коридор Модриана. Лицо старика, похоже, всё ещё было напряжено после недавней перепалки.

Сделав вид, что не замечает этого, Баркас негромко спросил:

— Хочу кое-что уточнить.

— …Слушаю вас.

— Ты когда-нибудь так же давил на мою супругу, поднимая вопрос о наследнике?

Брови Модриана сошлись от искреннего изумления.

— Вы забыли, как перед вашим походом окружили великую герцогиню плотной стражей? Всё, что происходит вокруг неё, доходит до ваших ушей. Кто бы посмел проявить такую дерзость?

Он усмехнулся и добавил:

— К тому же там ещё и тот ужасный волк. В этом замке вряд ли найдётся смельчак, который рискнёт приблизиться к её высочеству с подобными разговорами.

Баркас несколько мгновений пристально вглядывался в его лицо, словно проверяя правдивость слов, а затем положил руку ему на плечо и более мягко сказал:

— Если тебя задела моя шутка — приношу извинения. Я и впрямь собираюсь заняться брачными вопросами Лукаса и Райны, так что прошу немного терпения.

Модриан, явно не ожидавший извинений, смущённо кашлянул.

— …Раз уж вы так говорите, мне больше нечего добавить. Я понял. Буду ждать и доверюсь вам, ваша светлость.

Он коротко поклонился и зашагал по коридору.

Проводив его взглядом, Баркас уже собирался выйти во внешний двор, как Лукас, всё это время молча слушавший разговор, поспешно догнал его.

— То, что вы только что сказали этому старику… вы всерьёз? Вы правда собираетесь подыскивать мне и Райне пару?..

— Чего ты так удивляешься?

Баркас шёл ровным шагом и говорил сухо:

— Ты и Райна давно прошли обряд совершеннолетия. Странно, что дети знатного дома до сих пор не помолвлены.

— Мне всего девятнадцать! А Райне исполнится семнадцать только через два месяца!

— Я не говорю о немедленной свадьбе. Достаточно помолвки. Сам брак можно сыграть и через год-два.

— Прекратите говорить эти мерзости! — Лукас почти сорвался на крик. — Я вообще собирался ещё лет двадцать наслаждаться холостяцкой жизнью!

— Я что, похож на человека, который станет потакать таким глупостям?

Баркас остановился и остро посмотрел на него сверху вниз. Под этим взглядом у Лукаса вырвался стон отчаяния.

— Значит, вы серьёзно…

— Как сказал Модриан, пришло время укреплять дом. Скоро я пришлю список подходящих кандидаток, выберешь из него даму по душе и сделаешь предложение.

— Под «подходящими» вы, разумеется, имеете в виду девушек из домов, полезных семье Сиекан?

Лукас язвительно усмехнулся. Баркас посмотрел на сводного брата, который возмущался очевидным вещам, с лёгким раздражением.

— Ты член великого герцогского дома. Твой брак обязан приносить пользу роду. Это справедливая плата за все привилегии, которыми ты пользовался.

— Но вы ведь женились на женщине, которую сами выбрали, — бросил Лукас.

Баркас, уже повернувший к конюшням, замер на месте.