Талия отодвинула в сторону наполовину пустую миску и встала с кровати.

Подойдя к окну, она увидела во внутреннем дворе замка дюжину с лишним рыцарей в золотых доспехах. Это были рыцари Роэм.

И судя по тому, что был отправлен не один или два рыцаря, а целое элитное подразделение, они явно прибыли не просто для того, чтобы передать приказ от императорской семьи.

«Неужели они пришли за мной?»

Талия на мгновение задумалась, затем покачала головой.

Даже император не сможет силой забрать герцогиню, не получив согласия Баркаса. Да и причин для этого особо нет. Вероятно, напряжённость на Севере достигла критической точки.

Она сама чувствовала, что война уже близка. И понимала, что Баркас подвергается давлению со всех сторон.

Если на Севере вспыхнет война за независимость, Восток также понесёт серьёзный военный и экономический ущерб. Восточные аристократы, вероятно, чувствовали необходимость подавить это в зародыше. Особенно сильно чувствовали кризис лорды, граничащие с Севером.

Консервативные аристократы, скорее всего, наблюдали за ним с осуждением. Разве его политическое положение и без того не было ослаблено из-за брака с ней? Всё кричало о том, что ему нужно отказаться от неё.

И всё же, почему он всё ещё держится за меня?

В её затуманенном сознании возник образ мужчины, который молча обнимал её в лунном свете. Вспомнился и образ того, как он, усадив её к себе на колени, нежно гладил её живот.

Мгновения, которые казались любовью, снова пытались разжечь искру в её выжженном дотла сердце.

Нет.

Талия прошептала это, охваченная сильным чувством опасности.

Страх накатывал волнами. Если так пройдёт время, она точно снова начнёт питать бесполезные надежды. Забудет нынешнюю боль и начнёт мечтать о счастье. А потом снова и снова будет падать в бездну отчаяния.

Нет. Я больше не хочу так страдать.

— Ваше высочество, вы плохо себя чувствуете? Вызвать целительницу? — осторожно спросила одна из служанок, когда Талия прислонила к холодному стеклу голову, кружившуюся от усталости.

Талия расплывчатым взглядом осмотрела их обеспокоенные лица, затем медленно обвела взглядом комнату. В этот момент её внимание привлекла сонная трава у изголовья кровати.

Она некоторое время изучала её, затем, поддавшись импульсу, сказала:

— Хочу пить. Принеси мне вина.

Служанки обменялись взглядами. Вскоре одна из них тихо вышла.

Талия попросила оставшуюся разжечь огонь в камине сильнее, а когда девушка отвернулась, схватила флакон с лекарством и спрятала его в рукав.

Спустя некоторое время служанка вернулась с кувшином вина.

Талия откупорила флакон с лекарством под одеялом, а другой рукой схватила кувшин с вином.

Служанка посмотрела на неё с недоумением. Игнорируя это, Талия наклонилась над кувшином и, делая вид, что пробует вино кончиком пальца, высыпала спрятанное в широком рукаве снотворное внутрь.

К счастью, длинные волосы, разостланные как вуаль, и широкие рукава полностью скрыли её действия. Она спрятала пустой флакон под одеяло и бросила подозрительный взгляд на обеих.

— Сначала выпейте сами.

Служанки широко раскрыли глаза и посмотрели на неё.

Талия наигранно нахмурилась:

— Что? Может, вы туда что-то подмешали?

Девушки, побледнев, тут же налили понемногу вина в кубок и отпили по глотку по очереди. Казалось, они, привыкшие к её причудам, не испытывали особых подозрений.

Талия, проверяя, не притворяются ли они, заставила их выпить ещё немного. В итоге обе служанки осушили по кубку крепкого вина.

Внимательно наблюдая за ними, Талия вдруг, словно передумав, отодвинула кувшин в сторону, осушила кубок воды и легла на кровать. Она не понимала, зачем затеяла всё это.

Она просто лежала под одеялом, следуя сиюминутному импульсу. Когда комната начала постепенно темнеть, она осторожно приподняла голову и заметила служанок, прислонившихся спиной к стене и почти потерявших сознание.

В последнее время у неё выработалась устойчивость к сон-траве, поэтому дозу увеличили, поэтому обе девушки были почти без сознания.

Талия встала с кровати, проверила их дыхание и великодушно накрыла обеих одеялом. Затем через маленькую дверь рядом со спальней заглянула в комнату, которую использовали служанки. 

К счастью, целительница, похоже, ушла в аптеку, и в помещении было пусто.

Она без колебаний вошла и порылась в ящике у маленькой кровати.

Вскоре она нашла некрашеную серо-коричневую шерстяную тунику и пару кожаных ботинок.

Она сняла ночную рубашку и надела немного мешковатую тунику, затем обула жёсткие кожаные сапоги. После этого она тщательно заплела волосы в одну косу и набросила на себя потрёпанный плащ.

Надев грязный платок и глубоко натянув капюшон, она стала выглядеть в точности как простолюдинка.

Вернувшись в комнату, глянув в зеркало, Талия вышла в коридор через маленькую дверь рядом с комнатой слуг.

Коридор был пуст, возможно, большинство слуг ушло на кухню, чтобы подготовиться к приёму неожиданных гостей.

Она использовала проход для служанок и направилась в свою давно пустующую комнату. К счастью, там никого не было.

Подойдя к комоду рядом с кроватью, Талия открыла замок и обыскала его. Большинство драгоценностей хранилось в сейфе, поэтому она нашла лишь несколько предметов. Едва отыскав золотое кольцо и несколько жемчужных шпилек, она засунула их в карман, затем достала шкатулку с драгоценностями, привезённую из дворца.

Открыв крышку, она увидела лунный камень, напоминающий глаза Баркаса, носовой платок, который он подарил, и золотую пуговицу с гербом рыцарей Роэм. [1]

Она уже собиралась сунуть их в кожаный мешочек, как вдруг замерла.

Почему я беру это с собой, если собираюсь всё оставить?

Смотрев на остатки своей жалкой привязанности, она вернула всё обратно в шкатулку, крепко закрыла замок и засунула её глубоко в комод, затем поднялась.

Солнце уже заметно клонилось к закату.

Она осторожно шагала по тёмному коридору. Спустившись по узкой лестнице, ведущей к заднему входу, она увидела слуг, занятых переноской воды для купелей.

Все были заняты приёмом внезапно прибывших гостей, и Талия смогла беспрепятственно выйти через задний двор.

«…И что теперь делать?»

Идя по пустынной тропинке, она с тоской подняла глаза на пасмурное небо.

Даже она, не знавшая жизни, понимала, насколько суров этот мир. Если она будет бесцельно блуждать без стражи, то, вероятно, не продержится и нескольких дней, её ограбят или она станет добычей монстров.

Даже если ей чудом повезёт добраться до поселения, она, которая ничего не умеет, не сможет заработать себе на жизнь.

Вероятно, придётся попрошайничать на улице, а потом умереть с голоду. Талия легко представляла себе свою жалкую смерть.

«И всё же...»

Она не собиралась показывать ему, как разрушается.

Талия, хромая, медленно пошла вперёд.

Продолжая путь на юг из Кальмора, она должна была выйти к монастырю Белламен.

Это место славится как приют для тех, кому некуда идти. Они наверняка приютят и женщину без имени.

Если бог сжалится и чудом позволит ей туда добраться, она решит жить дальше.

Если нет…

Сквозь деревья показалась высокая крепостная стена и ворота, окованные железом. К счастью, стражи не было видно.

Стараясь выглядеть естественно, она подошла к воротам и заметила несколько телег, стоящих у входа. Вероятно, спешно вызвали торговцев.

Она украдкой взглянула на одного из них, разговаривающего с кем-то из стражи неподалёку, и осторожно прошла через ворота.

В этот момент кто-то схватил её за плечо.

Вздрогнув, Талия обернулась и увидела солдата в сюрко с гербом дома Сиекан. Она поспешно натянула капюшон и почувствовала, как мужчина с подозрением осматривает её.

— Кто ты? Ты не похожа на служанку замка…

Примечание:

1. Талия купила лунный камень (который напоминал глаза Баркаса) во время инспекции земель Востока вместе с Баркасом (главы 94-95). Платок с восточной вышивкой Баркас купил Талии в той же поездке (94 глава). Пуговицу же Талия получила ещё в юности. Перед своим 16-летием Талия устраивала примерку нарядов перед Баркасом. Уговорив его потанцевать с ней, она запнулась и они вместе упали. Волосы Талии запутались в пуговице Баркаса, и он её оторвал (главы 28-29).