— Миледи. К вам тут пришли. Никаких встреч назначено не было, но гость утверждает, что дело крайне срочное и важное.

Харриет, наслаждавшаяся послеобеденным чаем, озадаченно склонила голову, выслушав дворецкого Андре.

— И кто же это?

— Говорит, управляющий банком «Асети» в Периласе. Он вам знаком?

Нет, она слышала об этом впервые. И название региона Перилас, и банк «Асети» были ей совершенно незнакомы.

Что ж, встретимся — узнаем.

Рассудив так, Харриет допила остатки чая.

— Проводите его в гостиную. Я скоро спущусь.

Таким образом, спустя восемь месяцев после уведомления об окончании срока договора, Говард наконец встретился с настоящей Харриет Листеруэлл.

Ожидая в гостиной с бьющимся сердцем, он резко вскочил, когда в комнату вошла молодая женщина с темно-каштановыми волосами, аккуратно собранными на затылке.

Так вот она какая, Харриет Листеруэлл!

Потускневшие воспоминания вдруг проступили с небывалой ясностью.

«Хотя это и вина барона Белверна, я не могу просто закрыть на всё глаза. Эти земли мне сейчас не к спеху, поэтому я хотел бы сделать вам предложение, господин управляющий...»

Лицо Артура Листеруэлла, взявшего на себя ответственность за земли и особняк барона Томаса Белверна, а также за толпу фермеров и торговцев, требовавших вернуть им долги, наложилось на лицо Харриет.

Дочь была поразительно похожа на отца.

— Присаживайтесь. Я Харриет Листеруэлл. Значит, вы управляющий банком «Асети» в Периласе?

— Рад знакомству. Меня зовут Говард Скотт. Полагаю, вы совершенно не догадываетесь о цели моего визита? — спросил он, хотя уже заранее знал ответ.

— Э-э... А должна? Признаться, я сегодня впервые слышу и о Периласе, и о банке «Асети».

Так и есть.

Теперь всё странное поведение Джона за последнее время встало на свои места.

Говард открыл портфель, достал несколько документов и, протянув их Харриет, начал свой долгий рассказ.

— Около одиннадцати лет назад ваш покойный отец, бывший виконт Артур Листеруэлл, одолжил барону Томасу Белверну деньги под залог земли и особняка, которые фигурируют в этих бумагах...

Он изо всех сил старался максимально доступно объяснить, как погрязший в долгах Томас сбежал под покровом ночи вместе с семьей; как Артур, получив эти земли и особняк, заложил их в банке, чтобы расплатиться с фермерами и торговцами; и как по истечении десятилетнего срока договора он назначил Харриет единственной наследницей этого имущества.

Однако, когда дело дошло до того, как Джон явился с фальшивой доверенностью, пытаясь переоформить имущество на себя, как раз за разом игнорировал их уведомления, ссылаясь на то, что Харриет слишком занята, и как пытался выкрутиться даже сегодня, во время его личного визита, Говард почувствовал себя не в своей тарелке.

Ему казалось, будто он лезет в чужие семейные дрязги.

Ощущение усугублялось тем, что за всё время его рассказа выражение лица Харриет ни разу не изменилось.

О чем она сейчас думает?

Насколько он знал, ей было чуть за двадцать, и такое самообладание не могло не поражать.

Внимательно изучив переданные ей документы до самой последней страницы, Харриет кивнула и заговорила:

— Как вы узнали, что я здесь?

— Мне подсказал кучер Листеруэллов. Он же и довез меня сюда.

— Кучер? Вы имеете в виду дядюшку Терри?

— Имени не знаю. Это был худощавый мужчина с седеющими волосами, на вид лет пятидесяти.

То, что Терри привез сюда Говарда, поразило Харриет куда больше, чем всё услышанное ранее.

Неужели... он хотел мне помочь?

Терри прослужил в доме Листеруэллов целых тридцать лет.

Он прекрасно помнил времена, когда особняком владели родители Харриет, и сама Харриет относилась к нему с теплотой — ведь он катал ее в экипаже с самого младенчества.

Но с тех пор как титул перешел к Джону, ей казалось, что вся старая прислуга пляшет под его дудку...

Оказывается, на моей стороне было куда больше людей, чем я думала.

Осознание этого факта придало Харриет сил, но вместе с тем заставило пожалеть о прошлом.

Если бы она хоть немного открылась и оглянулась вокруг, ей не было бы так одиноко и тяжело.

Глядя на лежащие на столе документы, она слегка приподняла уголки губ. Однако назвать это улыбкой было сложно. Она попросту не знала, плакать ей сейчас или смеяться.

— Значит, стоит мне поставить здесь подпись, и упомянутые вами земли и особняк станут моими?

— Нам еще предстоит процедура подтверждения личности, но, по сути, да.

— И всё так просто?

Говард на секунду умолк, а затем спокойно ответил:

— Сам по себе процесс подписания документов, быть может, и прост, но события последних десяти лет, которые привели нас к этому моменту, простыми никак не назовешь.

— ...

— Разве легко было вашему батюшке, виконту Артуру Листеруэллу, назначить вас единственной наследницей этого имущества с непременным условием вашего личного присутствия при передаче прав?

Только после этих слов на губах Харриет заиграла настоящая улыбка. Впрочем, радостной она не была.

— Дата подписания этого договора... Всего за три дня до гибели моих родителей. Наверное, только поэтому оно и досталось мне. Отец просто... не успел внести эту запись в долговую книгу семьи...

Будь это зафиксировано в книге, Джон бы без труда прибрал всё к рукам. Будучи маленькой девочкой, она бы ни за что не смогла противиться воле дяди.

То, что отец погиб сразу после заключения этого договора, стало причиной, по которой возврат имущества состоялся сегодня. До чего же иронична жизнь.

— Теперь мне нужно доказать, что я действительно Харриет Листеруэлл?

— Не то чтобы я в вас сомневался, но таковы правила, поэтому начнем процедуру. Для начала поставьте здесь свою подпись.

Положив рядом с подписанным Харриет листом принесенную с собой бумагу, он принялся тщательно их сравнивать. На его документе стояла детская подпись Харриет.

Будучи опытным банковским служащим, он являлся еще и экспертом по почеркам и подписям.

— Ваш почерк почти не изменился. Отлично. Теперь перейдем ко второму этапу проверки.

Говард протянул ей другой исписанный лист.

— Пожалуйста, впишите пропущенные слова в пустые поля.

Харриет с недоумением взглянула на лист, но тут же резко втянула воздух и прижала руку ко рту.

«Наша Харри, милая малышка. Поиграв с мамой, отправляется в ____ царство снов. Поиграв с ____ и ____, летит на крыльях прямо к ____».

Не успела она дочитать и первую строчку, как глаза защипало от слез, а с губ сама собой сорвалась мелодия, словно отпечатавшаяся в ее душе.

— Поиграв с мамой... в сладкое-сладкое царство снов... с бабочкой... и жаворонком...

Это были слова из колыбельной, которую сочинила ее мама, Лилиан.

Казалось, эта давно забытая песня вновь звучит нежным маминым голосом.

Харриет не слышала и не пела ее уже больше десяти лет, но слова, которые нужно было вписать, всплыли в памяти безошибочно, до единого слога. Ведь она слышала эту песню бессчетное количество раз с самого младенчества.

Дождавшись, пока Харриет допоет последнюю строчку: «Летит на крыльях маме в сон», Говард достал из кармана носовой платок и протянул его девушке.

— Мне очень жаль ваших родителей.

Какое-то время тишину гостиной нарушали лишь тихие всхлипы Харриет.

Но нельзя было вечно упиваться горем и предаваться тягостным воспоминаниям. Харриет стиснула зубы и взяла себя в руки.

— Ох, простите, что предстала перед вами в таком виде.

— Что вы. Я понимаю. Прекрасно понимаю.

Сделав глубокий вдох, Харриет посмотрела на лежащий перед ней акт возврата земель, взяла перо и поставила подпись в самом низу.

Удостоверившись в подлинности подписи, Говард передал Харриет документы на право собственности: сто шестьдесят пять гектаров плодородных земель в Периласе и особняк с двенадцатью спальнями, четырьмя ванными комнатами, четырьмя уборными, садом, конюшней и флигелем для прислуги.

— Земли полностью сдаются в аренду. До сих пор мы выступали в качестве ваших представителей и перечисляли арендную плату и доходы от продажи сельскохозяйственной продукции на счет, открытый на ваше имя. Это прибыль, накопившаяся с момента подписания договора.

В банковской книжке, которую он протянул, значилась внушительная сумма — двести тринадцать тысяч дирхамов.

— Поскольку мы были лишь поверенными, то не распоряжались этими средствами. Но если вы займетесь инвестициями и управлением, ваша прибыль значительно возрастет. Если решите продолжить сотрудничество с нами, мы с радостью предоставим вам всю необходимую информацию.

— Я согласна. То, что вы не отдали всё это моему дяде при первой же возможности, уже служит лучшим доказательством прозрачности и честности банка «Асети».

Смахнув остатки слез, Харриет протянула Говарду руку.

Говард с гордой улыбкой пожал ее, чувствуя, как его непоколебимые принципы, за которые его порой упрекали в твердолобости и отсутствии гибкости, наконец-то получили заслуженное признание.