Новость о том, что прямо во время ужина к ним нагрянул нежданный гость, заставила Тришу, Харриет и Роксану в недоумении переглянуться. Но стоило им услышать имя Джона, как всё встало на свои места.

— Раз примчался в такой час, тут и гадать нечего. Видно, возвращается из Периласа.

Тришу, впервые за долгое время спустившуюся поужинать в столовую, откровенно разозлило, что ее приятный вечер смеют прерывать.

Опасаясь, что от встречи с Джоном пожилая графиня перенервничает и упадет в обморок, Харриет нарочито бодро поднялась из-за стола:

— Раз гость такой долгожданный, надо встретить его с распростертыми объятиями. Бабушка, вы спокойно доедайте, вам не обязательно вставать.

— Совсем ты меня за ребенка держишь.

— Ну что вы, как можно.

Она улыбнулась и уже собиралась выйти, как вдруг Роксана подала голос:

— Если он в бешенстве и не соображает, что делает, от него можно ожидать чего угодно. Леди Харриет, вам опасно выходить к нему одной.

— Вечно она храбрится без нужды.

Триша тоже неодобрительно поцокала языком, взяла лежавшую на коленях салфетку и промокнула губы.

— Как услышала, что явился Джон, весь аппетит пропал. Ну пошли, послушаем, с какой рожей и какую чушь он будет нам нести.

В итоге Харриет вышла к Джону в сопровождении Триши, Роксаны, дворецкого Андре и недавно нанятых охранников.

Джон ворвался в гостиную, тяжело дыша, всем своим видом показывая, что готов прямо сейчас кинуться в драку. Но, увидев целую делегацию, вставшую на защиту Харриет, он заметно стушевался и замер.

Харриет же встретила его лучезарной улыбкой:

— Добро пожаловать, дядя. Давненько мы не виделись.

Растерянный Джон лишь забегал глазами и нарочито откашлялся.

— Кхм! У меня к тебе разговор, зачем было тащить с собой тетушку? Разве можно так утруждать...

— Я решила лично взглянуть на физиономию незваного гостя, вломившегося в мой дом. Что-то не так?

От звонкого, властного голоса Триши Джон сжался еще сильнее. Его манера пасовать перед теми, кто сильнее, не была чем-то новым.

Харриет подавила рвущуюся наружу усмешку и сохранила вежливый тон:

— Как вам известно, я здесь лишь гостья. Я не могла запретить хозяйке дома взглянуть на визитера. Присаживайтесь.

Джон опустился на диван напротив Харриет и огляделся. Лицо Триши было ледяным, но бросаться в бой она явно не собиралась, а остальные были всего лишь прислугой. К нему понемногу стала возвращаться уверенность.

— Так по какому же делу вы явились в столь поздний час?

При вопросе Харриет Джон вспомнил, зачем пришел, и свирепо вытаращился на нее:

— Ты, говорят, втайне от меня прибрала к рукам земли и особняк в Периласе? Это что еще за выходки?! Любое имущество Листеруэллов, вплоть до крошечного клочка земли, не может быть ни куплено, ни продано без моего разрешения как главы рода!

— Имущество Листеруэллов?

— Разумеется! Ты принадлежишь к семье Листеруэлл и обязана подчиняться моим решениям! Думаешь, раз ушла из дома, то можешь по своему хотению разорвать все связи?!

Харриет ожидала чего-то подобного, но наглость дяди превосходила все мыслимые пределы, и на мгновение она потеряла дар речи. Просто не понимала, с какой претензии начать.

Решив, что ее молчание означает капитуляцию, Джон с великодушным видом предложил сделку:

— Спишу это на то, что ты еще молода и не знаешь жизни, и не стану раздувать скандал. Завтра же поедем в Перилас, переоформим документы, и я подкину тебе деньжат на расходы, чтобы ты не осталась в обиде.

— А если я откажусь?

— Откажешься? Ты что, всерьез собралась со мной судиться? Думаешь, сможешь одолеть меня в суде?

В этот момент Триша, до сих пор слушавшая молча, разразилась едким смехом.

— А-ха-ха! Надо же, под конец жизни довелось увидеть такую умору! Ха-ха-ха!

— Т-тетушка! Здесь нет ничего смешного! Разве глава семьи не вправе распоряжаться ее имуществом? Вы ведь и сами стоите во главе рода, кому, как не вам, это знать!

— Уж я-то прекрасно знаю. Зато ты, хоть и носишь титул уже больше десяти лет, не смыслишь ровным счетом ничего.

Улыбка мгновенно исчезла с ее лица.

— Если личное имущество членов семьи Листеруэлл — это исключительно собственность рода, то как ты сам унаследовал земли в Бобексе? Те самые земли, которые Артур отдал тебе, принимая титул?

— Н-ну так я тогда был уже женат... И к тому же я был сыном!

— А это тут при чем? Тебе ведь известно, что закон об исключительном праве наследования для сыновей отменили за два года до смерти Артура?

Иронично хмыкнув, Триша обернулась к Роксане:

— Меня больше всего насмешила его угроза судом. И кто из них двоих еще не знает жизни.

— И то верно. Если дело дойдет до судебных разбирательств, вероятность победы леди Харриет составляет, по самым скромным подсчетам, девяносто девять процентов.

— А оставшийся один процент обеспечу я, так что шансы стопроцентные.

От этого откровенного издевательства кровь у Джона закипела. Однако связываться с Тришей было себе дороже, поэтому ему оставалось лишь снова вцепиться в Харриет.

Он уже открыл было рот, но Харриет его опередила:

— Дядя. Вы правда считаете земли Периласа своими?

— Естественно!

— Тогда зачем вы пытались прибрать их к рукам за моей спиной? Если бы это имущество по праву принадлежало вам, вам не пришлось бы обманывать господина Скотта и подделывать мою подпись.

Прямой взгляд Харриет не дрогнул ни на долю секунды.

— Это всё потому, что ты из жадности опять подняла бы шум! Тетушка, я ведь уже говорил вам, вы и представить не можете, как сильно она с самого детства завидовала чужому добру!

Харриет передернуло от того, с какой легкостью Джон очернял ее, поливая ложью прямо на ее глазах. Как же она устала от этой клеветы и лицемерия.

— Я никогда не зарилась на то, что мне не принадлежит! И вы прекрасно это знаете.

— Что ты несешь?

— В конце июня прошлого года вы заявились в монастырь посреди ночи, чтобы лично забрать меня. И было это аккурат после вашей поездки в Перилас. Если, по-вашему, это дело меня не касалось, с чего бы вам тогда так срочно за мной приезжать?

Эпизод в монастыре всплыл в памяти совершенно внезапно во время визита Говарда.

Тогда Джон вознамерился лично увезти ее, ссылаясь на крайнюю срочность. Она долго гадала, что же это было за срочное дело, о котором потом никто ни разу не обмолвился. Лишь услышав от Говарда историю о землях в Периласе, она нашла разгадку.

— Ты... ты!

— Вы тогда просто думали, что я, как обычно, покорно подчинюсь любому вашему слову. Разве не так?

Джон воровато покосился на Тришу. Но на лице той не дрогнул ни единый мускул, словно она уже и так обо всем догадывалась.

— Неужели вы и впрямь считали, что я ни о чем не догадываюсь? Тогда позвольте дать вам искренний совет. Вам лучше пересмотреть свои взгляды.

Харриет поднялась с места и медленно двинулась к Джону. Беспокоящиеся за ее безопасность охранники тоже начали сужать круг.

Глядя Джону прямо в глаза, Харриет отчеканила каждое слово, не запнувшись ни на слог:

— Мне известно гораздо больше, чем вы думаете.

— Эта самонадеянность еще утащит тебя на самое дно. Уж помяни мое слово!

— Это вам стоит помянуть мое слово. Дело в том, что до меня дошли кое-какие слухи об инциденте, случившемся одиннадцать лет назад в парке Альбрехт.

В этот миг Харриет отчетливо увидела, как Джон вздрогнул. Заметавшийся взгляд, приоткрытый от изумления рот и легкая дрожь на кончиках пальцев говорили яснее любых слов.

Это дядя убил маму и отца.

От осознания своей правоты в груди Харриет вспыхнуло ледяное пламя гнева.

— Дядя. Неужели вы думаете, что я вернулась сюда лишь ради земель в Периласе? О землях, о существовании которых даже не подозревала?

— Ты, неужели... — Глаза Джона полезли на лоб. — Только попробуй сорвать помолвку Беллы — клянусь, я этого так не оставлю!

— Помолвку Беллы? Ха-ха! Вы ошибаетесь. Я совершенно искренне радуюсь этому событию.

Харриет чуть наклонилась к нему и добавила полушепотом:

— Ведь чем выше взлетаешь, тем больнее падать, не так ли?

На ее губах заиграла легкая улыбка.

Джону не оставалось ничего иного, кроме как признать: той Харриет Листеруэлл, которую он знал, больше не существует. Возможно, это озарение пришло к нему слишком поздно.

— Т-ты покаешься. Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты сделала меня своим врагом.

— Что ж, дерзайте. Я со своей стороны тоже выложусь на полную.

Джон резко вскочил и, даже не попрощавшись, развернулся и пошел прочь. Точнее, позорно сбежал. Глядя ему вслед, Триша покачала головой.

— Поразительно, как много в мой дом наведывается гостей, совершенно не обученных манерам.

Только теперь Харриет позволила себе расслабиться и оглянулась на тех, кто встал на ее сторону. Она больше не была одна. А потому чувствовала уверенность и ничего не боялась.

Тут Триша неожиданно жестом отослала прислугу. И когда в гостиной остались лишь они с Роксаной, заговорила:

— Ну, теперь пришло время послушать твой рассказ. О тех самых скандалах, к которым, по твоим словам, ты не имеешь отношения.

— Бабушка...

— К тому же Джон весьма удачно подготовил почву для этого разговора.

Харриет неловко улыбнулась и спросила:

— Вы... поверите мне?

— Поглядев на выходки Джона, я пришла к выводу, что тебе нужно верить. Так что выкладывай всё как есть.

Харриет глубоко вдохнула. Ей уже доводилось раскрывать правду о своих мнимых скандалах, но впервые ее слушателем оказался человек, способный стать реальной угрозой для Джона и Беллы.