Контент удален!

— Бэк Ён-а, ты так и будешь каждый раз безропотно идти за мной, куда бы я ни позвал?

Увидев, как легко она соглашается, Чан Хи Джо не выдержал и спросил.

— ...А как я могу не пойти, когда ты вот так?

Бэк Ён слегка пошевелила рукой, которую он держал. Это было равносильно обещанию: «Куда ты — туда и я», отчего у Чан Хи Джо даже переносица покраснела от жара.

Но раз уж он не выпустил ее руку, Бэк Ён лишь мысленно усмехнулась. Она сказала так, но ей и правда нравилось, что Чан Хи Джо повсюду таскает ее за собой.

Когда он звал ее с собой, она чувствовала себя нужной. Это было немного смущающе, но в этом читалось его собственническое желание никогда с ней не расставаться, поэтому она просто не могла ему отказать.

Зная, что если она скажет это вслух, Чан Хи Джо снова покраснеет как рак, Бэк Ён решила оставить эти мысли при себе.

— Посиди в машине с Тэ Гёном. Мне нужно кое на что взглянуть. Но до туда мы поедем вместе.

С того самого момента, как он задумал это дело, Чан Хи Джо нарисовал в голове одну картину. И он хотел своими глазами увидеть ее завершение.

Поначалу эта картина была очень простой, но с появлением Бэк Ён она обрела цвета и стала намного сложнее. И всё же Чан Хи Джо эта новая картина с Чхве Бэк Ён нравилась куда больше, чем та первоначальная, беспросветная и прямолинейная.

— Передай Ви Джину, чтобы сразу ехал на виллу.

В этот раз за руль сел сам Тэ Гён. Отдав ему приказ севшим голосом, Чан Хи Джо вместе с Бэк Ён устроился на заднем сиденье.

Он знал, что обезумевший от ярости Чан Бэк Джо будет действовать напролом, но тот оказался даже быстрее, чем он ожидал. Говорят, он рванул на виллу, едва переставляя костыли.

Стоило Чан Бэк Джо отдать приказ, как все его люди, прятавшиеся в «Муравьиной норе», разом сорвались с места — Чан Хи Джо даже не пришлось их выкуривать. И всё же, опасаясь, что кто-то из оставшихся может напасть на Бэк Ён, он забрал ее с собой.

Остатки людей Ви Джина колонной следовали за машиной Чан Хи Джо в сторону виллы.

Вилла находилась примерно в часе езды от Чхонхана. Чан Бэк Джо, должно быть, уже давно был там.

— За городом у Председателя есть личная вилла. Это частная территория, и он засадил там всё березами. Выглядит впечатляюще.

Чан Хи Джо начал рассказывать Бэк Ён, куда они направляются. Он старался говорить как ни в чем не бывало, но его голос звучал неестественно низко и мрачно.

— Березами?

— Находясь там, кажется, будто стоишь посреди снежного поля. Но иногда возникает мерзкое чувство, будто на тебя смотрят сотни глаз. Будто это не деревья, а стражники, которых Председатель поставил следить за всеми.

Особенно жутко это выглядело ночью. Искореженную, больную психику Председателя можно было прочувствовать, просто взглянув на эти деревья. Чан Хи Джо криво усмехнулся.

— На самом деле, я не думал о том, что буду делать дальше... но, знаешь, жить с тобой в Сеуле и таскаться за тобой хвостиком — это, кажется, не так уж и плохо.

Его бессвязные слова звучали как исповедь о прожитой жизни. Одной рукой Бэк Ён гладила Уинка, свернувшегося у нее на коленях, а другой крепко держала Чан Хи Джо за руку, молча слушая его.

— Значит, теперь я могу просто взять тебя за руку и тащить куда угодно?

Чан Хи Джо на мгновение задумался над ее вопросом, а потом рассмеялся.

— Да. Даже если ты нарядишь меня как рождественскую елку, я, наверное, не буду злиться. Мы можем вместе ходить по магазинам, ты будешь выбирать мне одежду, можем вместе читать книги, растить Уинка. Давай делать всё вместе.

Вспомнив реакцию Бэк Ён на свое красное пальто, Чан Хи Джо твердо решил: если ей так нравится, он готов стать для нее хоть рождественской елкой.

Ему нравился ее затуманенный взгляд, направленный на него. Это безрассудство Чхве Бэк Ён, которая в конце концов соблазнила его, уверяя, что вовсе не пытается соблазнить, заставило Чан Хи Джо влюбиться.

«Свой первый раз я хочу провести с тем, кого буду любить».

Чхве Бэк Ён, которая даже не улыбнулась, услышав эту его нелепую фразу. Чхве Бэк Ён, которая заставила его осознать смысл этих слов — слов о любви, которых он тогда и сам не понимал, выплюнув их со злостью и обещанием убить, если она посмеет посмеяться.

— ...Угу.

Слегка смутившись под его пристальным взглядом, Бэк Ён ответила с запозданием.

Вскоре машина въехала в ту самую березовую рощу. Глядя на деревья, Бэк Ён поняла, почему Чан Хи Джо говорил о сотнях смотрящих на тебя глаз. Было в них что-то зловещее.

Долго петляя по лесной дороге, они наконец увидели ворота виллы. Они были распахнуты настежь, а территория, некогда славившаяся неприступной охраной, сегодня пустовала. Чан Хи Джо безучастно скользнул взглядом по разрухе, оставленной пронесшимся здесь ураганом по имени Чан Бэк Джо.

— Отвези Чхве Бэк Ён к черному ходу и ждите там. Я оценю обстановку и вернусь.

Взяв с собой пятерых людей Ви Джина, Чан Хи Джо вышел из машины. На газоне виднелись пятна крови, которых не было видно из салона. Ветер донес запах крови, и Чан Хи Джо поморщился.

В своем стиле, Чан Бэк Джо перебил охрану, прежде чем войти. Как Чан Хи Джо и ожидал, тот пошел напролом, чтобы раз и навсегда покончить с Председателем.

Машина с Бэк Ён поехала в объезд виллы. Главный вход, где в хаотичном порядке стояли несколько протаранивших ворота автомобилей, был пуст. Две машины с людьми Ви Джина последовали за Тэ Гёном.

Решив войти через парадный вход и выйти через черный, Чан Хи Джо без колебаний шагнул в уже «зачищенный» особняк.

Судя по машинам снаружи, Чан Бэк Джо и его люди должны были быть внутри. Но, несмотря на то, что «зачистка» явно не была завершена, стояла подозрительная тишина. Войдя в главный холл, он увидел окровавленную госпожу Хон, лежащую на диване.

— Ах ты ж щенок!

Из кабинета донесся всё еще полный сил и ярости голос Председателя. Поняв, что он не опоздал, Чан Хи Джо направился туда. Открыв дверь, он резко отклонился назад, уворачиваясь от летящего сбоку ножа.

Достав свой нож-сашими с обмотанной рукояткой, он схватил напавшего за волосы и вогнал лезвие ему прямо в горло.

Люди Ви Джина, вошедшие следом, тут же бросились на остальных, кто пытался их атаковать, и началась беспощадная резня.

Повернув лезвие и выдернув нож, Чан Хи Джо вызвал фонтан крови. Сплюнув попавшую в рот кровь, он быстро окинул взглядом тех, кто был в кабинете. Напавший на него оказался одним из охранников Председателя.

Но того, кто должен был быть здесь, не оказалось.

— Чан Хи Джо, щенок!

Услышав гневный голос Председателя, сидящего в инвалидном кресле у окна, Чан Хи Джо понял, что что-то пошло не так. Единственным знакомым лицом был Хван Ги Чхоль, который вместе с ним расправлялся с охранниками Председателя.

Неужели этот безногий инвалид Чан Бэк Джо уже успел сдохнуть? Он внимательно осмотрел лица лежащих на полу, но его среди них не было.

Когда люди Чан Бэк Джо, проникнув на виллу, почти все полегли в схватке с охраной Председателя, и казалось, что это конец, появление Чан Хи Джо с подкреплением изменило ход событий. Воспользовавшись тем, что они отвлекли оставшихся охранников, Хван Ги Чхоль молниеносно метнулся к Председателю. Скользя туфлями по залитому кровью полу, он двигался с невероятной скоростью.

Хлюп.

В следующую секунду нож вонзился в грудь Председателя.

— Э... т-ты...!

Одной рукой обхватив за шею охранника, пытавшегося броситься к Председателю, Чан Хи Джо полоснул его ножом по горлу, отшвырнул в сторону и подошел к Хван Ги Чхолю.

— Ги Чхоль, а ты что здесь делаешь?

Председателя Чана должен был убить Чан Бэк Джо. Именно такую картину нарисовал себе Чан Хи Джо.

— Сдохни! Сдохни! Сдохни-и-и!

Ослепленный ужасом и паникой, Хван Ги Чхоль, казалось, ничего не слышал. Вместо ответа он продолжал безумно кромсать тело Председателя.

Похоже, перспектива расправы за убийство «живой легенды» приводила его в животный ужас.

Чан Хи Джо протянул руку и вцепился в волосы Хван Ги Чхоля. Нож тут же изменил траекторию и, описав широкую дугу, метнулся к тому, кто посмел его схватить.

Предвидя это движение, Чан Хи Джо играючи уклонился от лезвия, с которого капала кровь вперемешку с ошметками плоти. Бросив свой нож, он перехватил запястье Хван Ги Чхоля. А затем со всей силы впечатал его голову в письменный стол. Руку с ножом он вывернул за спину.

— Кх-х!

Только после того, как его голова с такой силой ударилась о стол, что стекло треснуло, а рука оказалась вывернута, Хван Ги Чхоль почувствовал боль и истошно завопил.

— Где Чан Бэк Джо, ублюдок?

«Муравьиная нора» была для Чан Бэк Джо всем. Этот человек мечтал пойти по стопам Председателя и стать новым кошмаром Чхонхана.

Да, это Чан Хи Джо дергал за ниточки в мэрии, чтобы получить разрешение на снос, но Чан Бэк Джо был уверен, что это дело рук Председателя, который решил воспользоваться его ранением.

Ослепленный яростью из-за того, что отец не только лишил его ноги, но и попытался отобрать «Муравьиную нору», он и примчался сюда.