**Глава 28**

Юй Минсюй в полудрёме почувствовала, как что-то щекочет ей лицо — будто дует лёгкий ветерок, донося знакомый запах мятной зубной пасты.

Она мгновенно встрепенулась, открыла глаза и увидела совсем рядом с собой увеличенное до невероятных размеров красивое мужское лицо.

Юй Минсюй была готова взорваться!

Инь Фэн, этот двадцатидевятилетний мужчина ростом за метр восемьдесят, умудрился притащить крошечный табурет, усесться у её изголовья и теперь, сияя от восторга, моргал большими глазами, сложив губы трубочкой, и дул ей в лицо.

Мрачно взглянув ему за спину, Юй Минсюй увидела, что дверь спальни распахнута. Несомненно, он снова вскрыл замок. Этот некогда известный писатель, похоже, умел открывать любые замки. Да что же он за странный человек такой?

— Пошёл вон!

Дверь с грохотом захлопнулась. Инь Фэн остался стоять снаружи, потирая нос и по-прежнему держа в руке маленький табурет. Он не понимал, почему Юй Минсюй не понравилось, как он её разбудил. Немного подумав, он наконец понял и, опустив голову, невольно рассмеялся.

«Ленивый маленький поросёнок»[1], — мысленно назвал он её.

Повидавшая всякое суровая сестра Юй даже не подозревала, какое милое прозвище ей только что дали. Хмурая, она облачилась в полицейскую форму, вышла из комнаты и направилась прямиком в ванную.

Когда она вышла оттуда умытая и немного успокоившаяся, то увидела на столе завтрак, а рядом — смирно сидящего Инь Фэна. Подсев к столу, она спросила:

— Откуда еда?

— Чэнь Фэн принёс.

Юй Минсюй без церемоний отхлебнула соевого молока и, откусив кусочек ютяо[2], спросила:

— А где он сам?

На лице Инь Фэна мелькнуло лёгкое смущение. Опустив взгляд на стол, он ответил:

— Ждёт у двери.

Юй Минсюй всё поняла, но промолчала и в два счёта расправилась с завтраком. Инь Фэн же, на удивление, ел очень чинно — неторопливо и сдержанно. Она вспомнила, как в Тибете он с жадностью уплетал сосиску, и подумала, что теперь он всё-таки больше похож на себя прежнего.

— Тебе ведь уже пора уходить? — спросила она.

Лицо Инь Фэна сразу изменилось. Он опустил голову и сделал глоток соевого молока.

— Как раз Чэнь Фэн пришёл, — продолжила она. — Доедаем — и выходим вместе.

Инь Фэн вскочил и, как ни странно, даже слегка покраснел. С нарочито невозмутимым видом он посмотрел на балкон:

— По-моему, оттуда открывается неплохой вид. Я решил пойти полюбоваться.

Юй Минсюй смотрела, как он открыл дверь и шагнул на балкон. Её старый дом со всех сторон загораживали высотки, и было совершенно непонятно, какие пейзажи он собрался разглядывать среди бетона и стекла. Но Юй Минсюй не была слепой и прекрасно видела, как он украдкой достал телефон и принялся что-то печатать.

Как и ожидалось, через несколько секунд раздался вежливый звонок в дверь.

С каменным лицом Юй Минсюй открыла дверь. Несмотря на должность помощника, Чэнь Фэн выглядел всё тем же респектабельным мерзавцем[3]: костюм без галстука, очки в золотой оправе и неизменно любезная улыбка. Поправив очки на переносице, он произнёс:

— Доброе утро, госпожа Юй. Завтрак был вкусным? Надеюсь, учитель Инь не помешал вам отдохнуть? Можно войти?

Улыбающегося не ударишь, да и Юй Минсюй никогда не стремилась одержать верх в словесных перепалках, поэтому молча пропустила его внутрь.

Чэнь Фэн сел за стол и увидел Инь Фэна, который, точно истукан, стоял навытяжку на балконе. При виде того, как его босс с утра пораньше валяет дурака, выражение лица помощника ничуть не изменилось. Он всё так же любезно произнёс:

— Госпожа Юй, вы и сами видите, в каком состоянии учитель Инь. Я надеюсь, вы позволите ему некоторое время пожить у вас. Когда он поправится, то, разумеется, уйдёт. А уж с его умом и широтой души он впоследствии непременно будет вам чрезвычайно благодарен за заботу.

[1] 小懒猪 (xiǎo lǎn zhū) — маленький ленивый поросёнок.

[2] 油条 (yóutiáo) — длинные полоски теста, обжаренные во фритюре; традиционное китайское блюдо, которое часто едят на завтрак.

[3] 斯文败类 (sīwén bàilèi) — букв. «позор образованных людей», «негодяй из числа интеллигентов»; первоначально так называли образованного, но нравственно опустившегося человека. В современном употреблении это также иронический типаж: внешне интеллигентный, безупречно одетый и обходительный мужчина, нередко в очках, за респектабельной наружностью которого скрывается далеко не столь благовидная натура.