Онлайн чтение книги Когда я чувствую вину When I'm Guilty
1 - 6

**Глава 6**

«Я тоже жду, когда появится кто-то особенный».

Когда Юй Минсюй произнесла эти слова, Гу Тяньчэн невольно задержал взгляд на её лице — на мягком румянце кожи, на ярких губах. Внезапно в нём поднялось что-то почти дурное: хотелось не просто коснуться этих губ — нет, не коснуться, а жадно, жёстко поцеловать, ласкать, трогать, с той самой примесью мужского желания. Прямо здесь, в безлюдной глуши, с незнакомкой. Эта мысль лишь распалила его ещё больше и сделала беспокойнее. Он затянулся сигаретой, но горло лишь сильнее пересохло.  

Он, подражая ей, тоже потушил окурок, вдавив его в землю, как будто что-то закапывал. Потом упёрся ладонью в узкий промежуток между палатками и оказался прямо перед ней. Он спросил:

— Так кого же ты ждёшь?  

Голос у него стал совсем низким, чуть рассеянным; веки слегка опустились, взгляд задержался на её лице. В его облике вдруг появилось нечто — едва уловимая, но ощутимая черта — лёгкая, почти фривольная агрессивность.  

Лицо Юй Минсюй было совсем близко — меньше чем в двадцати сантиметрах от него. В полумраке он казался выше и смотрел на неё чуть сверху вниз. А она будто хотела заглянуть ему в самую глубину глаз: пристально смотрела в эти тёмные, блестящие зрачки и долго не отводила взгляда.

— Я сказала… — уголки её губ дрогнули, в глазах мелькнула озорная искорка, — что пора спать.  

Гу Тяньчэн опомнился, протянул руку, намереваясь её задержать, но не успел. Юй Минсюй ловко рванула на себя полог палатки и одним резким движением застегнула молнию.

Внутри палатки было совсем темно. Гу Тяньчэн видел лишь смутное движение — похоже, она раздевалась и устраивалась на ночь. Он знал, что нрав у него всегда был необузданный: в нём уже поднялся порыв — схватить её через ткань палатки за руку или за талию. Они оба были взрослыми людьми и всё понимали; между ними всё только-только начиналось, а она уже сбежала. Но в конце концов он сдержался: не хотел, чтобы она решила, будто он слишком торопится.

Гу Тяньчэн прилёг, окинул взглядом соседнюю палатку и две комнаты в домике — все, кажется, уже спали. Его машина стояла неподалёку, прочно и надёжно. Здесь, в глуши, должно быть безопасно. Его лицо стало спокойным, он тоже закрыл вход в палатку и лёг спать.

Вскоре над лагерем разнёсся громкий храп Мин Тао. Сун Лань поначалу была настороже — всё-таки это почти как ночёвка прямо на открытом воздухе. Но днём она слишком вымоталась на велосипеде, так что вскоре глаза у неё начали слипаться, и она провалилась в глубокий сон.

Цзоу Фужун была простодушной, милой и прямолинейной. Она чувствовала себя на редкость спокойно: все, кого они сегодня встретили, показались ей приятными и надёжными людьми. А уж сам факт, что она ночует в доме, а не под открытым небом, казался ей верхом безопасности. Поэтому она тоже быстро уснула.  

Палатки Гу Тяньчэна и Юй Минсюй оставались совершенно беззвучными.  

Кемпинговый фонарь, оставленный на земле, Гу Тяньчэн погасил. Ночь сгущалась, на равнине не было слышно ни единого звука. Казалось, этот крошечный лагерь полностью растворился в темноте окружающего мира. 

Юй Минсюй всё это время так и не смогла по-настоящему уснуть — сердце у неё всё время было не на месте. Время от времени она открывала глаза, смотрела в тёмный купол палатки и прислушивалась к тому, что происходит вокруг. Всё было спокойно — тогда она снова ненадолго проваливалась в дрёму. В какой-то миг она вдруг открыла глаза и мгновенно окончательно проснулась. Что-то вырвало её из сна, и в голове сразу прояснилось. Сердце бешено колотилось, но вокруг царила тишина, лишь ветер шелестел по ткани палатки.  

И тут она услышала шаги.  

Медленные, осторожные. «Шурх… шурх… шурх…» — кто-то шёл по траве. Потом — какие-то очень лёгкие, почти неслышные шорохи. И… звук жевания. Кто-то ел.

Юй Минсюй опёрлась рукой о землю и медленно села, бесшумно выбралась из спального мешка. Она только потянулась к молнии у входа, но в такой ночной тишине даже этот крохотный звук был отчётливо слышен. Звук жевания тут же оборвался.

Всё произошло в одно мгновение. Юй Минсюй одним движением откинула полог и выбралась наружу. В поле зрения метнулась тёмная фигура, молниеносно скрывшаяся в лесу за домиком — и мгновенно исчезла. Юй Минсюй громко окликнула:
— Кто там?!

Почти одновременно с этим из соседней палатки выскочил Гу Тяньчэн. Он настороженно взглянул на неё, затем быстро огляделся и резко спросил:
— Что случилось?

Этот шум разбудил Мин Тао, а также Сун Лань и Цзоу Фужун, которые тоже включили свет и выбежали наружу.

Юй Минсюй, сжав губы, пристально вглядывалась в тёмную глубину леса, а затем коротко и чётко рассказала, что видела и слышала. Все переглянулись в замешательстве.

— Чёрт, это что, тот самый дикий человек из легенд? — воскликнул Мин Тао, но тут же поправился, странно оживившись: — Хотя нет, про таких в Тибете вроде не слышали… Может, это тот самый убийца? Загнанный в угол, он пришёл сюда! Охренеть просто!

Гу Тяньчэн и Юй Минсюй обменялись взглядами. Он сказал:
— Надо проверить, не трогали ли вещи.

Юй Минсюй кивнула.

Мин Тао тут же кинулся проверять пространство вокруг палаток, освещая всё фонариком. Сун Лань и Цзоу Фужун инстинктивно прижались друг к другу.  

— Чёрт возьми, мои ботинки пропали! — донёсся возглас Мин Тао.  

Тон его был странный — неясно, то ли он был в шоке, то ли чересчур возбуждён. Все посмотрели в ту сторону, куда он показывал — действительно, его походные ботинки, которые он оставил у входа в палатку, исчезли.  

— И куртка тоже! — Мин Тао жестикулировал. — Она была чуть влажная, я повесил её снаружи, чтобы проветрилась — и вот тебе на, ни следа! Чёрт, холодно же… — он обхватил себя руками, сердито поёживаясь.

Юй Минсюй заметила на земле у входа в свою палатку разорванную упаковку от колбасы и крошки печенья. Её пробрал холодок. Рюкзак, который стоял снаружи у палатки, был открыт и перерыт. 

Гу Тяньчэн подошёл и спросил:

— В чём дело?

Она подняла рюкзак и показала ему. Остальные тоже подтянулись.

Гу Тяньчэн нахмурился, задумался на миг — и вдруг изменился в лице. Он рванул к машине. Юй Минсюй всё поняла и бросилась за ним. Остальные, ничего не понимая, тоже поспешили следом.

Багажник был открыт. Гу Тяньчэн первым подскочил к нему, нахмурившись, нагнулся и начал рыться внутри. Когда Юй Минсюй подбежала, он поднял голову и посмотрел на неё. Голос у него всё ещё был спокойным: 

— Мои два чемодана унесли.

Юй Минсюй быстро окинула взглядом багажник — и вправду, внутри остался только один небольшой чемодан и несколько пакетов, брошенных кое-как. В углу валялись какие-то вещи — пара грязных ботинок, кепка, обрывок верёвки.  

Юй Минсюй ещё не успела как следует всё рассмотреть, как Гу Тяньчэн с мрачным лицом уже захлопнул багажник и начал осматривать машину по периметру.

— Чёрт! — он пнул левое заднее колесо, затем присел и внимательно осмотрел его. Лицо его стало ещё мрачнее.

У Юй Минсюй тревожно сжалось сердце. Она быстро обогнула машину, бросившись к правому заднему колесу. И действительно, покрышка тоже была проколота и спущена до самого обода. Она медленно выпрямилась. Они с Гу Тяньчэном через машину встретились взглядами и увидели в глазах друг друга одну и ту же мрачную тревогу.

Мин Тао и две девушки тоже подбежали и, увидев это, ахнули от удивления. Цзоу Фужун воскликнула:

— Э… это что, кто-то нарочно проколол?

Сун Лань подняла глаза на Юй Минсюй. Между ними будто проскочила незримая искра — казалось, они хорошо понимают друг друга. Сун Лань тихо спросила:

— Это… та самая чёрная фигура?

Только произнеся это, она сама почувствовала, как мурашки пробежали по спине.

Юй Минсюй медленно кивнула.