**Глава 248**

Спустя мгновение Инь Чэнь тоже улыбнулся и тихо пробормотал: 

— Недаром ты ему так нравишься. Ты очень похожа на свою мать — честная, твёрдая, так и хочется протянуть руку, чтобы согнуть тебя, и смотреть, как ты борешься.

 

В сердце Юй Минсюй вспыхнула тревога: его реакция заставила её почувствовать опасность. Но в голову пришла и другая мысль. Инь Чэнь говорил о её матери тоном, явно полным желания контролировать и разрушать. Неужели… то обожание, та любовь, о которых он только что рассказал, вообще никогда не существовали? Всё это ложь. Между ним и её матерью вовсе не было таких отношений; он говорил это намеренно, чтобы разозлить её и Син Цзифу.

 

А может, и вовсе… он и был тем, кто… виновен в смерти её матери? Хотя тогда психически больного убийцу, которого полиция считала виновным, нашли мёртвым в своей квартире, погибшим ужасной смертью.

 

Но скрытое безумие, с которым Инь Чэнь сейчас говорил о её матери, заставляло её чувствовать, что что-то не так.

 

Подавив на время эти мысли, Юй Минсюй замолчала, не желая дальше разжигать интерес этого психопата. Инь Чэнь, видимо, тоже о чём-то задумался, и, повернув голову к окну, вглядывался в тёмную ночь. Лицо его было мрачным.

 

Только сейчас Юй Минсюй почувствовала, что тот, кто всё это время молчал рядом, приблизился и тихо прошептал ей на ухо: 

— Не разговаривай с ним больше. Его цель изначально — я.

 

Юй Минсюй подняла голову и в первую очередь увидела тронутые сединой виски Син Цзифу, его заботливое выражение лица и неожиданно ясные глаза. Она спокойно сказала: 

— Я знаю меру.

 

Син Цзифу снова очень-очень тихо прошептал ей на ухо:

— Если появится возможность, беги. Я их задержу.

 

Юй Минсюй ничего не ответила.

 

Она никогда не думала, что захочет что-то спросить у этого человека. Но сейчас внезапно почувствовала порыв, и в итоге всё же промолчала.

 

В машине воцарилась тишина.

 

Горная дорога петляла, вокруг не было ни единого огонька. Ночь сгущалась, и только они ехали вглубь дремучих горных лесов. Время от времени мимо проезжала машина, но никто не заметил бы ничего странного в этих двух микроавтобусах. Юй Минсюй знала, что они всё дальше отдаляются от зоны, где действует полиция, и вполне возможно, что её сигнал снова потерян.

 

Инь Фэн, а ещё Цзин Пин, Сюй Мэншань — смогут ли они найти её? Нагонят ли?

 

Сейчас ситуация была такой напряжённой: полиция бросила все силы, но «Каратели» перехватили отца и сына Синов, и, судя по словам Инь Чэня, они точно будут какое-то время скрываться в глубине гор.

 

Если Инь Фэн сегодня не найдёт её…

 

Возможно, уже больше никогда не найдёт.

 

Но непонятно откуда, в сердце Юй Минсюй родилось мужество, необъяснимая уверенность, что он придёт.

 

Как и раньше — каждый раз.

 

И даже если он не придёт, она сама найдёт способ противостоять этим чудовищным преступникам!

 

Она подняла взгляд на троих вооружённых «Карателей» напротив. Вместе с Инь Чэнем и водителем в этой машине их было всего пятеро. Какие бы глубокие обиды и личные тайны она, Син Цзифу и Инь Чэнь не обсуждали, те трое напротив даже и бровью не повели. Они просто добросовестно выполняли свои обязанности, постоянно держа её и Син Цзифу под прицелом. Поэтому она и не смела делать резких движений. У этих троих руки были в мозолях от тренировок, все они усердно практиковались в стрельбе, да и телосложение у них было крепкое, в мышцах чувствовалась сила. Они внушали даже больше почтения, чем те бандиты и наркоторговцы. Вспомнив также уровень боевых навыков Гу Тяньчэна и Вэй Ланя, Юй Минсюй не была уверена, что сможет вырваться из-под прицела этих троих.

 

Также было видно, что они чрезвычайно преданы Инь Чэню и слепо следуют за ним. Юй Минсюй была уверена, что им промыли мозги, и они, не считаясь с жизнью, стремятся к тому, о чём говорит Инь Чэнь: «Добро умерло, торжествует зло».

 

Дело было непростое.

 

Оставалось лишь спокойно ждать подходящей возможности.

 

Микроавтобус с Син Яньцзюнем ехал впереди, а Юй Минсюй и Син Цзифу были в следующей машине.

 

Ночь становилась всё глубже, в горах царила такая тишина, что не было слышно ни единого звука.

 

Перемены произошли в одно мгновение.

 

Внезапно Юй Минсюй увидела, что впереди дорогу внезапно осветили два ярких луча света. Она тут же подняла голову. Остальные в машине тоже подняли взгляды. Лицо Инь Чэня изменилось, он резко обернулся.

 

Это были ослепительно яркие фары, внезапно вспыхнувшие у обочины впереди — там, неизвестно когда, бесшумно остановился большой внедорожник, и в тот момент, когда первый микроавтобус должен был проехать мимо, он вдруг рванул с места!

 

Юй Минсюй почти могла представить, как в полной темноте водитель и остальные люди в первой машине были ослеплены этими внезапно вспыхнувшими яркими лучами, перед глазами у них стало белым-бело, и они на миг потеряли зрение. Внезапно прозвучал громкий рёв двигателя, и тот внедорожник, словно хищник, спустившийся с гор, мгновенно набрал скорость и помчался на таран микроавтобуса!

 

Лицо Инь Чэня резко изменилось.

 

Люди в микроавтобусе в этот момент ничего не могли разглядеть! Раздался оглушительный удар, и две машины с силой врезались друг в друга! Микроавтобус и так ехал на высокой скорости, а внедорожник нёсся с такой с бешеной силой, как будто его водителю было всё равно, жить или умереть. Микроавтобус сразу же перевернулся, а затем с силой ударился о скалу у обочины и замер. Передняя часть внедорожника тоже была смята и вдавлена в корпус первой машины; он тоже врезался в скалу.

 

Всё произошло в одно мгновение. В обеих машинах стало тихо. Они перекрыли большую часть горной дороги.

 

Вторая машина, в которой находилась Юй Минсюй, просто не успевала затормозить. Водитель резко крутанул руль, почти задев заднюю часть внедорожника. Ещё мгновение — и их бы смяло в кучу металла.

 

Но этот приём…

 

Такой приём тарана машиной на смерть Юй Минсюй знала слишком хорошо! Водитель того внедорожника был невероятно смел, совершенно не боялся смерти, и в одиночку, похоже, уничтожил целую машину «Карателей»!

 

В тот миг, когда их микроавтобус проезжал мимо того автомобиля, Юй Минсюй резко повернулась и, глядя в окно, действительно увидела знакомую крепкую фигуру, прижатую подушкой безопасности, всю в крови, с закрытыми глазами, — неизвестно, жив или нет.

 

Туя!!