Онлайн чтение книги Тебе, кто называл меня блудницей Dear you who called me a prostitute
1 - 160

159

Патрик вытаращил глаза и обернулся к Хьюго. Он изо всех сил пытался сохранить бесстрастность, но замешательство всё же расползлось по лицу.

— Что это значит? «Распустить»? Сейчас? — Паладин озирался по сторонам и выдавил эти слова шёпотом, чтобы их услышал только Хьюго. 

Хьюго, сжимая эфес меча на поясе, ответил непоколебимым голосом:

— Путь, по которому я пойду, будет не таким, как ты себе представляешь. Я не собираюсь силой тащить всех паладинов за собой только потому, что я — Лампес. Поэтому даже сейчас вы можете найти свой собственный путь к спасению.

Патрик хотел было осадить его — потребовать не нести чепуху и спросить, не собирается ли он в такой момент просто взять и бросить их, — но захлопнул рот, когда услышал следующие слова своего командира.

— Я разрушу церковь.

В тот миг Патрик забыл всё, что собирался высказать. Он мог лишь тупо смотреть на Хьюго, окончательно потеряв контроль над выражением своего лица.

— Я намерен обратить в руины землю, что Орден Адеморса называет «святой».

— Хьюго! — Патрик в отчаянии схватил его за руку. 

Хьюго, не произнеся ни слова, обернулся к нему, оставаясь в его хватке. Ледяным холодом сияли синие глаза — застывшие так, словно никакой ветер в мире не смог бы их поколебать. 

Патрик медленно разжал пальцы и отпустил его. Рыцарь был в смятении. 

Пусть я и восстал против Ордена, это не означало, что я хочу свергнуть этот порядок.

Даже если он сам оставит путь святого рыцаря, он не сомневался, что Орден останется незыблемой опорой королевства.

Ведь только Орден способен защитить народ от демонов. Бедным, несчастным людям нужно во что-то верить, где-то находить покой и опору. И в лоне Адеморса они могли утолить эти потребности. Потому Патрик и считал само собой разумеющимся, что в Гарго непременно должен почитаться Адеморс. 

Неужели Хьюго думает иначе?

Хьюго, прекрасно понимающий смятение Патрика, усмехнулся и сказал:

— Тебе необязательно следовать за мной. Но и мешать мне ты не должен. Это мой последний приказ, Патрик.

Как и всегда, отдав приказ, командир легко хлопнул его по плечу и пошёл дальше. Его удаляющаяся спина отпечаталась в дрожащих зрачках Патрика.

И в тот самый миг, когда он беспомощным взглядом провожал уходящего Хьюго, что-то в глазах Патрика изменились. Стиснув зубы, он сжал кулаки.

─── ⊹⊱✿⊰⊹ ───

Мужчина в тяжёлых латах паладина отворил гигантские каменные врата, навалившись на них всем телом. Свет горячего солнца падал на его чёрные волосы, словно пронзая их. Синие глаза, вспыхнувшие в его лучах ещё более жгучей лазурью, устремились вперёд — и он лицом к лицу встретился с сотнями рыцарей, ожидавших его.

— Хьюго Брайтон, мы тебя ждали! — раздался гулкий, голос командира королевских рыцарей. 

Хьюго усмехнулся в ответ и с невозмутимым видом окинул взглядом клинки и копья, нацеленные на него.

— Королевская гвардия разгуливает по территории Ордена… Такой картины я ещё не видел.

— Считай это честью! Ради поимки одного тебя Его Величество изволил приложить немало усилий! — прогремел командир, и король, окружённый охраной, сделал шаг вперёд и высокомерно вздёрнул подбородок.

Хотя говорить должен был он сам, вместо этого Перфесдо Янкальт наклонился к командиру и шептал ему что-то на ухо, заставляя того выкрикивать слова от его имени. Хьюго подумал, что это странно, но не настолько важно, чтобы тратить своё внимание, поэтому он молча наблюдал, как командир продолжает орать.

— Мы знаем, что ты увёл с собой Флону. Немедленно говори, где она!

Хьюго и предполагал, что в королевском дворце заметят, как он забрал её. Но он не ожидал, что за ним явятся вот так — врываясь даже на территорию Ордена.

Похоже, король и папа сговорились.

Без труда уловив их тайный сговор, Хьюго криво усмехнулся. Его холодный взгляд остро впился в короля, который, восседая на коне, угрожающе смотрел на него. Вид правителя, который весь покрылся дорожной пылью, примчавшийся сломя голову, лишь бы вернуть Роэллию, вызывал отвращение.

Он не знал в подробностях, что именно с ней сделали в королевском дворце, но одной лишь ненависти, застывшей в её глазах, было достаточно. Та кроткая женщина, чьим единственным желанием было всего лишь выжить и остаться никем не замеченной, — сказала, что хочет перевернуть этот мир. В глазах, похожих на хрупкие весенние побеги, поселилась жестокость, а захлёбывающиеся, доведённые до отчаяния рыдания были печальны и трогательны. Хьюго без труда понял: в королевском дворце разрушили часть души Роэллии.

Глаза Хьюго, сжимавшего эфес меча, потемнели. Он изо всех сил вцепился в рукоять, сдерживая себя, поскольку его охватывало желание тут же достать цепи и разрубить пополам всех, кто стоял на этой земле.

— Вы правда думаете, что я вам скажу?

— Если не скажешь — умрёшь!

Хьюго внезапно расхохотался, услышав грозное заявление командира. Низкий смех разнёсся насмешливым эхом над остриём копий и клинков, нацеленных на него.

— Всего-то. — Он, словно находя это забавным, склонил голову, продолжая смеяться, а затем резко прекратил и, глядя прямо на короля, отчётливо переспросил: — …С такими-то силами?

— Н-н-наглый паршивец! — Командир вспыхнул от ярости. Он уже собирался выхватить меч и ринуться вперёд, но прежде чем успел это сделать, король, не сумев сдержать гнев, сам выдавил хриплым, невнятным голосом:

— Решение принимать не тебе, а Флоне. В моих руках находится её младший брат. Если она явится — я отпущу юнца. Если нет — он умрёт здесь и сейчас!

Неестественная манера речи короля, будто у него был наполовину отрезан язык, раздражала, но больше Хьюго беспокоило совсем другое слово, которого он никак не ожидал.

— Младший брат?..

Король, не сводя глаз с нахмурившегося от недоумения лица Хьюго, кивнул стоявшему рядом рыцарю. Тот вскоре вернулся вместе с другими, волоча за собой огромную железную клетку. Рыцари с грохотом поставили её перед королём, и глазам Хьюго предстало жуткое зрелище: изувеченный, залитый кровью мужчина лежал ничком, закрывая лицо.

Король указал на клетку взглядом и нарочито высокомерно произнёс:

— Этот наглец без страха пробрался в королевский дворец, чтобы вытащить Флону. До чего же они были привязаны друг к другу — метались, пытаясь спасти один другого. В конце концов ему удалось вывести сестру, но сам он сбежать не смог и вот до чего дошёл. Глупец. Неужели он не понимал, что станет слабым местом для своей сестры, покуда будет жив?

Теперь он лишь приманка — оболочка, насильно оставленная в живых, чтобы выманить сестру обратно. Сколько же в нём должно быть отчаяния. Ведь он с таким трудом сумел вытащить Флону из моего дворца.

Хьюго молча смотрел на мужчину, прятавшего лицо. Тот прикрывался рукой, но из-за того, что железная клетка с грохотом раскачивалась, лицо то и дело мелькало в просветах.

Долго всматриваясь в пленника, Хьюго вдруг закрыл лицо ладонью. Со стороны даже показалось, будто его плечи слегка дрожат. Все внезапно замолчали и уставились на Первого Лампеса, наблюдая за его странным поведением.

Хьюго Брайтон тяжко вздохнул и снова открыл лицо. Казалось, он вот-вот рассмеётся от абсурдности происходящего, — и действительно, паладин издал глухой смешок, а затем швырнул зажатый в руке меч на каменный пол.

— Значит, кровный родственник… Младший брат…

Он бормотал эти бессмысленные слова, и вдруг над его раскрытой ладонью появилась цепь из струящейся синей священной силы. Бесконечно вытягивающаяся стальная цепь взметнулась, словно живая.

— Если причина такова, тем упорнее придётся вырвать его из ваших лап.