Старейшины и староста все сияли от радости и совсем не считали поведение этих парней неуместным.
Гу Сиси потеряла дар речи.
По примеру первого парня всё больше жителей деревни подбегали и смущённо дарили Гу Сиси подарки.
Гу Сиси могла только передавать подарки стоявшим сзади служанкам и ассистентам, непрерывно принимая смущённо протягиваемые подарки.
Не только мужчины, но и красивые девушки.
Но странно: как бы девушки ни краснели, глядя на Инь Сычэня и Мо Цзысиня, подарки они дарили Гу Сиси.
Гу Сиси была в полном недоумении.
Остальные тоже были в недоумении.
Что это такое?
Очарование Гу Сиси уже превзошло мужей нации?
Нет-нет, конечно, нет!
Наконец староста объяснил Гу Сиси:
— Семья Юнь — благодетель деревния Юаньшань, поэтому члены семьи Юнь всегда дорогие гости деревни Юаньшань.
Гу Сиси внезапно поняла.
Она всё же пользовалась славой семьи Юнь.
Неудивительно, что в последние дни, хотя проект шёл негладко, ни Инь Сычэнь, ни Мо Цзысинь не волновались.
Похоже, они давно об этом знали.
Она предложила поездку в деревню Юаньшань, и они так легко согласились.
Чёрт! Два старых лиса!
Ждали, пока она сама предложит, и только тогда делали вид, что соглашаются!
Гу Сиси уже получила много подарков, но люди продолжали их приносить.
Теперь не только служанки и ассистенты Гу Сиси были нагружены подарками, но и у других руки были полны.
За каждый подарок Гу Сиси говорила «спасибо», и от её благодарности лица дарителей краснели ещё сильнее.
В центре деревни была большая площадь, уже заполненная людьми.
Все с нетерпением ждали.
Староста махнул рукой и сказал им:
— Не толпитесь здесь, готовьте костёр, режьте скот, готовьте мясо для жарки!
Жители с радостным криком разошлись готовиться.
— Прошу вас, проходите, — староста пригласил всех в свой дом.
Инь Сычэнь, Мо Цзысинь и Гу Сиси шли впереди.
Мо Цзысюань и Му Жона — сзади.
Остальные остались снаружи.
Как только Гу Сиси вошла, она ахнула.
Снаружи все здания в деревне выглядели одинаково: высокие стены и ворота. Только войдя, понимаешь их изящество.
Всё здание было кольцевым, в форме круга, как цилиндрический дом.
Огромный двор был вымощен синим камнем, идя по нему, ощущаешь тяжесть веков.[1]
Здание было трёхэтажным, на каждом этаже много комнат.
Гу Сиси не знала, считается ли это архитектурное сооружение культурным наследием, но выглядело оно очень красиво.
Увидев восхищение Гу Сиси, староста был очень рад и горд.
Гу Сиси легко коснулась стены и неторопливо сказала:
— Этому дому немало лет?
Староста ответил:
— Да, этому дому больше ста лет!
Гу Сиси удивлённо сказала:
— Мне очень любопытно, как деревня Юаньшань избежала беды во время вторжения японских захватчиков?
— Тут опять нужно благодарить семью Юнь, — староста взглянул на Мо Цзысиня, увидел, что тот не собирается вмешиваться, улыбнулся и продолжил объяснять Гу Сиси. — Хотя семья Юнь не была императорской роднёй, её культурное наследие действительно нельзя недооценивать! Тогда старейшина семьи Юнь договорился с японцами: дал им одну классическую книгу в обмен на безопасность всей деревни Юаньшань. Так что семья Юнь — великий благодетель деревни Юаньшань.
Гу Сиси внезапно поняла.
Книги семьи Юнь действительно бесценны.
Только какой ценой предки семьи Юнь добились мира для этой деревни?
Неизвестно почему, Гу Сиси показалось это немного странным.
Почему предки семьи Юнь так защищали деревню Юаньшань?
С момента входа маньчжуров в Шаньхайгуань, сопротивления японцам и до сих пор.
Семья Юнь всегда играла роль защитника.
Но почему?
Какая связь между семьёй Юнь и деревней Юаньшань?
У людей не бывает любви или ненависти без причины.
Можно сказать, что у семьи Юнь есть какая-то тайна, тесно связанная с деревней Юаньшань.
Мысли Гу Сиси быстро сменялись, но на лице она сохраняла спокойную улыбку.
Полюбовавшись двором, Гу Сиси пошла дальше.
Му Жона с удивлением следовала за ней.
Мо Цзысюань вдруг отстала на шаг и сказала Му Жоне:
— Ты не находишь, что отношение жителей деревния Юаньшань к нам слишком тёплое?
— Разве это плохо? — небрежно ответила Му Жона.
— Не плохо, но... мне кажется, что-то не так. Аномалия — признак дьявола Даже если деревня Юаньшань так благодарна семье Юнь, староста и старейшины должны знать, с какой целью мы приехали. Староста не только не отказал нам, но и устроил такой торжественный приём, разве это не странно? — продолжила Мо Цзысюань.
Му Жона остановилась, затем лениво улыбнулась, в глазах мелькнул огонёк, который она тут же скрыла, и ответила:
— И что? Нас много, мы что, их боимся?
— Я, конечно, не боюсь, а как же Сиси? — продолжила Мо Цзысюань. — Мне кажется, деревня Юаньшань раскинула сеть, и в неё попадёт не ты и не я, а Гу Сиси.
Выражение лица Му Жоны сразу стало серьёзным, она прищурилась, глядя на спину Гу Сиси.
Да, жители деревня Юаньшанья были слишком радушны.
Слишком.
Что они хотят?
Что они хотят получить от Гу Сиси?
— Тогда пусть попробуют, — на губах Му Жоны появилась решительная улыбка. — Мы ведь не из тех, кого легко обидеть, верно? К тому же положение семьи Мо в провинции Y — неужели мы не справимся с такой мелочью?
Мо Цзысюань улыбнулась:
— Справиться-то справимся, но силовое решение непременно навредит деревне Юаньшань и испортит отношения с семьёй Юнь.
Му Жона неторопливо сказала:
— Может, всё не так плохо, как мы думаем, посмотрим, что решит Сиси.
Сказав это, Му Жона быстро догнала группу.
Мо Цзысюань смотрела ей вслед с загадочной улыбкой.
Пройдя через двор, Гу Сиси вошла в главный зал.
Войдя, она не удержалась и посмотрела на карнизы и таблички на крыше — до чего же красиво!
В это время изнутри раздался чистый голос:
— Папа, ты вернулся! Здравствуйте, старейшины! Здравствуйте, дорогие гости!
Гу Сиси подняла глаза и увидела выходящего оттуда миловидного парня.
Как только Му Жона его увидела, она закрыла лицо рукой.
Ну вот, наконец-то встретились.
По выражению лица Му Жоны Гу Сиси поняла, кто этот миловидный парень.
На вид ему было лет двадцать, Му Жона клюнула на молоденького!
Неудивительно, что она так быстро отключила видеосвязь!
Как Му Жона ни пряталась, молодой человек её заметил!
— Юэгу, рад тебя видеть! — молодой человек сам поприветствовал Му Жону.
Му Жоне некуда было деваться, она протянула руку и пожала ему руку:
— Официально представляюсь: меня зовут Му Жона, мне уже... двадцать пять лет!
Так что все те слова в игре не в счёт!
Если бы я знала, что ты такой молодой, я бы не стала с тобой флиртовать!
Сын старосты с блестящими глазами смотрел на Му Жону:
— Мне двадцать. Меня зовут Цаншэн.
Гу Сиси чуть не прыснула со смеху.
Му Жона всё время кричала, что хочет познакомиться с молодым красавчиком?
Теперь есть молодой красавчик, почему же она в таком замешательстве?
Староста пригласил всех сесть, сразу принесли чай.
Гу Сиси вертела в руках грубоватую глиняную чашку и не считала это неправильным.
В такой обстановке использовать изысканный костяной фарфор было бы странно.
Шесть старейшин посидели немного и ушли.
Только прибыв, Инь Сычэнь и Мо Цзысинь, естественно, не стали сразу говорить о деле, а сначала преподнесли старосте подарки.
Староста посмотрел на дорогие подарки, лишь улыбнулся и сказал:
— Вы слишком любезны. То, что вы приехали в деревню Юаньшань, — счастье для деревни. Но я всё же должен сказать вам несколько слов, прошу не обижаться.
Инь Сычэнь с мягкой улыбкой, но с непререкаемой и врождённой властностью тихо сказал:
— Это вы слишком любезны! Мы гости, естественно, знаем правила. Но мы всё же хотели бы услышать.
Староста внимательно посмотрел на Инь Сычэня.
Этот мужчина очень опасен.
Староста мысленно дал Инь Сычэню оценку.
Хотя сейчас он улыбался и выглядел миролюбиво.
Но взгляд этого мужчины был отстранённым, словно он держал дистанцию.
Разве мог быть обычным человеком тот, кого сопровождает Мо Цзысинь?
Староста улыбнулся и продолжил:
— Деревня большая, гостям можно гулять и осматривать её, но в родовые храмы шести старейшин, пожалуйста, не входите. Кроме... барышни из семьи Юнь.
Гу Сиси остолбенела: «Почему для неё исключение?»
Мо Цзысинь ничуть не удивился такому результату и с улыбкой кивнул:
— Спасибо за напоминание, староста.
Староста кивнул, выражение его лица стало немного серьёзнее, и он продолжил:
— Я знаю цель вашего приезда, но это дело слишком важное, и не мне, старосте, его решать! Дела деревни Юаньшань всегда решаются общим голосованием! Поэтому, возможно, я не смогу оправдать ваши надежды, и эти подарки прошу забрать обратно!
Инь Сычэнь опустил глаза, под длинными ресницами легла мягкая тень.
— Староста, вы ошиблись, — небрежно сказал Инь Сычэнь. — Мы просто приехали на прогулку, работа — это попутно, главное — прогулка.
От слов Инь Сычэня староста немного вздохнул с облегчением.
Но следующая фраза Инь Сычэня снова заставила его насторожиться.
— Слышал, правительство собирается переселить деревню Юаньшань, не знаете, насколько это правда? — Инь Сычэнь вдруг поднял глаза и посмотрел на Мо Цзысиня. — Директор Мо(Мо-цзун), вы слышали об этом?
Мо Цзысинь невозмутимо ответил:
— Конечно, слышал, но...
[1] Смотрите главу 178 маньхуа по этой новелле