Контент удален!

Поздним вечером перед самым закрытием в кафе было тихо. Несколько студентов в университетских куртках, поглядывая на часы, нехотя собирали свои ноутбуки и планшеты, чтобы уйти, или же начинали шевелиться только после короткого, но многозначительного намека Ю Джин, которая лениво протирала зал со словами: «Мы закрываемся».

— У-ух. Если уж начинают убираться прямо перед закрытием, могли бы хоть сами как-то побыстрее двигаться.

— И не говори.

Ю Джин, работавшая в ту же смену, проводила взглядом последнего посетителя и недовольно надула губы. Чхэ Он только собралась легкомысленно ей ответить, убирая кассу, как вдруг...

Дзынь-дзынь...

Звон маленького серебряного колокольчика на стеклянной двери возвестил о чьем-то приходе.

— Извините. Мы уже закрыва...

Даже не подняв головы и равнодушно бросив заученную фразу, Чхэ Он просматривала итоговый список продаж, когда перед её глазами внезапно появился витаминный напиток.

В растерянности подняв глаза, она встретилась взглядом с Су Хёком, который стоял перед кассой и чесал затылок.

— Сонбэним?

— Проходил мимо и увидел, что вы закрываетесь. Я не заказывать пришел.

— Эм...

Чхэ Он невольно забегала глазами, искоса поглядывая на Ю Джин, которая стояла поодаль со шваброй в руках, прищурив глаза с лукавым выражением лица, а затем с неловкостью посмотрела на бутылочку. Су Хёк, чьи уши, слегка видневшиеся из-под кепки, покраснели, со стуком поставил напиток на стойку.

— Да ты не переживай, ничего такого. Просто видел, что ты тут усердно работаешь. Как сонбэ с твоего факультета, я же могу сделать такую мелочь.

— ...

Ну не знаю, — подумала она. — Даже если мы с одного факультета, вряд ли такую заботу между парнем и девушкой можно назвать обычной. Для нее, человека, который с давних пор научился чутко улавливать малейшие проявления враждебности и симпатии, не было загадкой, какого рода интерес испытывал к ней Су Хёк.

И всё же она усвоила один урок из своих тяжелых подростковых лет: если человек проявляет умеренную любезность, не переходя границ, порой лучше проявить гибкость и принять её, чтобы не усложнять себе университетскую жизнь.

— Спасибо. Я с удовольствием выпью.

Сделав вид, что поверила его очевидным оправданиям, Чхэ Он взяла напиток и сухо поблагодарила. Су Хёк, слегка поджав губы и потирая щеку, кивнул.

— Завтра утром у тебя ведь тоже пара у профессора Симбы? Смотри не опаздывай.

Симбой звали профессора, который преподавал один из профильных предметов — «Коммуникации».

— Да.

Она никогда в жизни не опаздывала, так что было совершенно очевидно, что он сказал это просто для того, чтобы продлить разговор хотя бы на пару фраз. Из-за её короткого ответа Су Хёк немного смутился и развернулся, чтобы уйти, когда Чхэ Он снова поблагодарила его в спину:

— Спасибо. Осторожнее по дороге.

— А? Да. Увидимся завтра.

Когда он широко улыбнулся, на его скулах появились ямочки, что делало его довольно привлекательным. Проводив взглядом Су Хёка, который выходил из кафе явно с более легким сердцем, Ю Джин издала протяжное: «О-о-о-о», и, полная лукавства, подбежала к Чхэ Он.

— Что это было, онни? Как мило-о!

— Да это просто сонбэ с моего факультета.

— По-моему, он в вас по уши втюрился. Зачем бы ему иначе приходить перед самым закрытием и специально приносить напиток?

— Ну, не знаю...

— Из всех парней, которые к вам подкатывали, этот реально самый нормальный! Вы видели эти ямочки? Если у вас что-нибудь выгорит, обязательно расскажите мне. Ладно?

Чхэ Он не смогла сдержать улыбку, глядя на Ю Джин, которая радовалась так, будто это её личное дело, и легонько толкала её локтем в бок.

— Какое еще «выгорит»...

— Он такой высокий, а лицо такое милое. Я вообще думала, что он со спортивного.

— Сонбэ и правда высокий.

— Парни обязательно должны быть высокими! Недавно мы ходили в «Розовый особняк» на перекрестке, и парень за соседним столиком попросил у меня номер. И знаете что? Когда он встал, оказался одного роста со мной! Фу. У меня сразу всё упало.

Слушая болтовню Ю Джин, Чхэ Он время от времени кивала или поддакивала, при этом быстро работая руками и глазами. Когда уборка почти закончилась, и Чхэ Он с Ю Джин, закончив с залом, уже собирались зайти в комнату для персонала...

Дзынь-дзынь...

Колокольчик на двери зазвенел снова.

— Извините-е. Мы уже закры... Ох.

Ю Джин, монотонно и безжизненно тянувшая эту фразу, как вздох, вдруг резко ахнула и похлопала Чхэ Он по руке.

Онни. Онни. Это просто отвал башки. Быстрее, посмотри. Ю Джин зашептала это таким тихим голосом, словно была кем-то околдована, что Чхэ Он, не успев снять фартук, обернулась.

— Что там? А...

В тот момент, когда Чхэ Он увидела мужчину, идущего к кассе, она слегка нахмурилась и прикусила губу.

Мужчина, чья внешность казалась нереально безупречной и красивой. Аура человека, стоящего на самой вершине... Кто бы ни оказался рядом с ним, он неизбежно почувствовал бы себя раздавленным этим величием. Когда Чхэ Он впервые увидела его, она почувствовала то же самое, так что не было ничего удивительного в том, что глаза Ю Джин от шока стали по пять копеек.

Мужчина шел с такой пугающей, бесшумной грацией, что воздух вокруг него мгновенно заледенел. Казалось, он вообще не замечает Ю Джин, стоявшую рядом с Чхэ Он — его взгляд был прикован только к ней одной. Напряжение между ними было настолько явным, что даже Ю Джин, почувствовав эту странную атмосферу, удивленно заморгала.

— ...

Все вокруг словно расплылось, пока они оба, не отрываясь, смотрели друг на друга. Внешне он казался спокойным и собранным, но в его черных зрачках бушевала буря эмоций.

Гнев, опустошение, чувство предательства, смятение... Некоторые из этих эмоций Чхэ Он не могла понять.

Почему вы здесь.

— Мы уже закрыты. Заказы на сегодня не принимаем.

Чхэ Он сказала это совершенно ровным голосом, глядя прямо на него. Услышав это, он слегка прищурился и издал сухой смешок, словно не веря своим ушам.

— Ты думаешь, я пришел сюда, чтобы выпить кофе?

— Если вы пришли в кофейню не для того, чтобы купить кофе, то что вам здесь нужно?

— Ты.

— ...

Услышав, как Ю Джин в шоке судорожно вздохнула, Чхэ Он тихо вздохнула и повернулась к ней.

— Ю Джин. Иди переодевайся. Я закончу с закрытием сама и пойду.

— Э-э, м-м. А... Да, онни. Тогда я пойду первая.

Ю Джин, уловив недобрую атмосферу, плотно сжала губы и потихоньку ретировалась. Пока она зашла в подсобку, собрала вещи и, неловко переминаясь, вышла из кафе, Чхэ Он и Тхэ Ха не проронили ни слова, просто стояли и смотрели друг на друга в упор.

Тхэ Ха, крепко стиснув зубы, словно пытаясь подавить бушующие в нем эмоции, криво оперся на стойку и тихо прошептал:

— А ты хороша.

В отличие от его обычного, высокомерного выражения лица, тон был таким, словно внутри него всё кипело.

— Забрала всё, что можно было забрать.

— ...

— Делаешь всё, что тебе хочется.

— ...

— И больше двух лет пряталась за спиной председателя...

Тут он сделал паузу и холодно, ледяным тоном усмехнулся.

— Я всё не мог понять, почему тебя так чертовски сложно найти. Оказывается, ты выбрала отличную тень.

Стояла весна, время неумолимо двигалось к лету. Погода никак не могла быть холодной, но с каждым словом, которое он бросал сквозь зубы, в сердце Чхэ Он словно врывался ледяной ветер, оставляя зияющую дыру. Чхэ Он изо всех сил постаралась проигнорировать это пронизывающее чувство и спросила:

— Что вы хотите этим сказать?

— Почему ты ушла?

Услышав этот вопрос, она едва не потеряла то хрупкое самообладание, которое с таким трудом поддерживала. Почему я ушла? Он правда не знает ответа, или просто издевается? Чхэ Он проглотила слова, готовые вырваться наружу вместе с гневом, и холодно ответила:

— Если у вас нет дел в кафе, прошу вас выйти.

— Юн Чхэ Он.

— Если хотите кофе, мы открываемся завтра в 9 утра. Приходите тогда.

Глядя ему прямо в глаза, она говорила так сухо и безразлично, словно обращалась к совершенно незнакомому клиенту. От этих слов его лицо словно заледенело. Чхэ Он, сохраняя невозмутимое выражение, отвела взгляд, взяла фартук и зашла в комнату для персонала.

Щелк.

Как только за ней закрылась дверь, Чхэ Он почувствовала легкое головокружение. Пошатнувшись, она оперлась о шкафчик. Видимо, от резкого спада напряжения затылок заныл от боли.

— И больше двух лет пряталась за спиной председателя...

— Я всё не мог понять, почему тебя так чертовски сложно найти. Оказывается, ты выбрала отличную тень.

Как ни крути, эти слова означали, что Чан Тхэ Ха искал её больше двух лет. Вместо вопросов в ней закипала глухая злоба. За все те годы он вдоволь наигрался ею, крутил как хотел и брал всё, что ему было нужно. Разве этого было мало? Чего ему не хватало, чтобы так упорно её искать?

Неужели...

Чхэ Он отчаянно замотала головой, отсекая эту мысль еще до того, как она успела сформироваться. Нет, какая разница, зачем.

Для кого-то другого её жизнь могла бы показаться скучной и серой, но для Чхэ Он последние несколько лет были самыми драгоценными в её жизни. И этот день тоже мог бы закончиться спокойно, как и все остальные. Но из-за появления Чан Тхэ Ха она хоть и немного, но всё же пошатнулась, и за это она возненавидела его еще больше.

Когда она вышла из подсобки, мужчина с раздражающе безупречной осанкой стоял перед входом в кафе. Взгляды редких прохожих, словно по сговору, останавливались на нем.

Не обращая на него внимания, Чхэ Он заперла дверь и хотела было просто пройти мимо Тхэ Ха, когда он схватил её за руку.

— Отпустите.

— Юн Чхэ Он.

— Я сказала, отпустите.

— Нам нужно поговорить.

— Мне не о чем с вами разговаривать.

— Если не можешь сегодня, давай завтра.

— ...

С громким звуком Чхэ Он со всей силы вырвала свою руку, поправила сумку на плече и пронзила его взглядом.

— Завтра после пар у меня тоже подработка. Уж простите. Я немного занята.

Тхэ Ха нахмурился и хотел было что-то сказать, но Чхэ Он оборвала его еще быстрее.

— Если вам нужна женщина, поищите в другом месте.

— Что?

Раньше она бы сжалась от страха, увидев его свирепо потемневшее лицо, но, как ни странно, теперь ей было совсем не страшно. Её всё это просто раздражало. Спокойно глядя на него снизу вверх, Чхэ Он бросила:

— Я ведь уже давала вам визитку в прошлый раз.

— ...

— А, наверное, вы её уже выбросили. Давно дело было, всё-таки.

Глядя на его безупречное лицо, которое сейчас выражало крайнюю степень изумления, она продолжила:

— Даже если бы я была свободна, у меня всё равно нет на вас времени.

— ...

— Так что больше не приходите ко мне вот так.