Онлайн чтение книги Мунджон Munjeong
1 - 38

Нервный гастрит и сильная простуда. Именно такой диагноз поставил профессор Син, который приехал к Чхэ Он вскоре после её возвращения в комнату — казалось, он ждал где-то совсем неподалеку.

— Неудивительно, что тебе было так тяжело, раз эти две напасти навалились одновременно.

— ...

— У тебя в последнее время было много стресса?

— Нет, ничего такого...

Было ли что-то такое? Отвечая тихим голосом в полубредовом состоянии, Чхэ Он внезапно вспомнила образы Чан Тхэ Ха и Чу Ха Рин. Словно пытаясь стереть эту картину перед глазами, она крепко зажмурилась. Почему вдруг...

— ...Ничего такого не было. Наверное, это просто из-за экзаменов.

Профессор Син с легким подозрением посмотрел на Чхэ Он, которая вдруг начала мотать головой, но всё же кивнул.

— Такое бывает. Нервный гастрит напрямую связан со стрессом... Видимо, давление перед Суныном было слишком сильным.

Поправив очки, он быстро что-то записал в планшете, шепнул пару слов стоящей рядом Хи Джон и снова повернулся к Чхэ Он.

— Чтобы быстро поправиться, в первую очередь нужен полноценный отдых. Экзамены позади, так что если больше не о чем беспокоиться, просто хорошенько выспись дня три-четыре.

— Да.

— Лекарства дня на четыре я передам через управляющего Кима, обязательно пей их.

Сказав Хи Джон, чтобы Чхэ Он избегала острой пищи и побольше спала — так она поправится быстрее, — он коротко кивнул и вышел из комнаты.

Тяжело вздохнув, Хи Джон встретилась взглядом с Чхэ Он, которая сидела, прислонившись к изголовью кровати. Какое-то время она молча, с нежностью убирала растрепавшиеся волосы со лба дочери.

— Чхэ Он.

— Мам...

— Температура за 39... Жаропонижающее ты выпила недавно, так что скоро должна спасть...

Глядя на дочь, которая смотрела на неё полными слез глазами, Хи Джон ласково погладила её по щеке, крепко обняла и тяжело вздохнула.

— Подумаешь, какой-то экзамен. Ну и что, если сдала не очень. Это не конец света.

— ...Всхлип.

Она так долго держалась, но стоило ей оказаться в теплых маминых объятиях, пропитанных её родным запахом, как слезы брызнули из глаз, а веки обожгло жаром.

— Это еще не вся жизнь. У тебя будет еще столько возможностей.

— Хы-ы-ы...

— Сейчас тебе кажется, что это самое важное на свете, но поверь, это сущие пустяки. Просто в твоей жизни пока не было ничего важнее Сунына, вот и всё.

— ...

— Не расстраивайся так сильно и просто поправляйся скорее, доченька. Хорошо?

Похлоп, похлоп. Рука Хи Джон мягко похлопывала Чхэ Он по спине, как когда-то в детстве, когда ей было года три-четыре. Да, Сунын — это не вся жизнь, но Чхэ Он было до слез обидно и противно от самой себя за то, что она заболела в самый неподходящий момент и не смогла показать всё, на что способна.

В тот вечер Чхэ Он долго и горько плакала в утешающих объятиях Хи Джон, пока не уснула от изнеможения.

***

— Эй, эй! Ты билеты забронировала? В Европу.

— Еще бы! Давно уже. Хочешь фотки отеля покажу, который я сняла?

— А я записалась на глаза и нос. Пипец как волнуюсь...

— Ого, круто! Эй, потом расскажешь, как всё прошло!

После того как Сунын и выпускные экзамены остались позади, школа превратилась в настоящий рай для третьегодок.

Сбросив с плеч самую тяжелую и важную ношу подростковых лет, выпускники возвращались домой в приподнятом, почти летящем настроении. Воздух был наполнен голосами, звенящими от предвкушения и волнения перед будущим. Чхэ Он, пропуская эти звуки мимо ушей, быстро шла к дому.

Ей тоже хотелось присоединиться к ним и смеяться вместе со всеми, но, к сожалению, её баллы по предварительным подсчетам, сделанным несколько дней назад, оставляли желать лучшего. Она ожидала этого, поэтому восприняла результат на удивление спокойно. Нельзя же вечно сидеть и рыдать только потому, что всё пошло не по плану. Трата эмоций — это пустая трата времени.

Сначала она собиралась подать документы в те университеты, куда проходила по баллам. Желанные сеульские вузы выше среднего стали недосягаемы, но варианты рангом ниже всё еще оставались. Ей хотелось поступить хоть куда-нибудь, набраться знаний и как можно скорее начать работать, опираясь на них.

Пока остальные ломали голову над тем, как бы повеселее спустить родительские деньги, девятнадцатилетняя девчонка уже думала о том, как заработать на жизнь. С губ сорвался тихий смешок. Наверное, даже после поступления, когда все будут наслаждаться студенческой романтикой, она будет носиться в поисках подработки.

Погруженная в свои мысли, она и не заметила, как дошла до ворот Сонбэвона. Чхэ Он уже собиралась толкнуть привычную калитку, через которую ходила весь этот сезон, как вдруг...

Чья-то рука потянулась над её головой и открыла дверь первой. Вздрогнув от неожиданности, Чхэ Он подняла голову и увидела Ён Джуна. Одетый в бежевый водолазочный свитер, слегка прикрывающий подбородок, и длинное черное пальто, он мягко улыбался.

— Чхэ Он.

— ...Здравствуйте...

— Рано ты сегодня.

— Выпускные тоже закончились, так что теперь у нас только утренние уроки.

— Вот как?

Естественным жестом приобняв Чхэ Он за плечи, он пропустил её вперед и пошел следом. Топ, топ. Какое-то время от ворот до особняка были слышны только их шаги. Вскоре Ён Джун, поравнявшись с Чхэ Он, заговорил:

— Слышал, ты болела.

— Да... Но сейчас всё в порядке.

— Даже если сдашь в идеальном состоянии, всё равно потом жалеешь, что могла бы лучше — это же Сунын. Наверное, ты очень расстроилась.

— ...

От этого ласкового голоса Чхэ Он крепче сжала лямку рюкзака. Как у него это получается... всегда говорить именно то, что я больше всего хочу услышать? Сглотнув подступивший к горлу ком, Чхэ Он тихо ответила:

— Да. Но это уже в прошлом... Я просто подам документы туда, куда прохожу по баллам, и постараюсь как можно скорее начать работать.

— А... вот как?

Его голос внезапно лишился всякого тепла, что было для него совершенно нетипично. Почувствовав странный холодок, Чхэ Он посмотрела на него снизу вверх, но его лицо по самый нос было скрыто в воротнике свитера, поэтому прочитать выражение лица было невозможно. Опущенные веки тоже не выдавали никаких эмоций.

После этого он шел пугающе молча. Настолько, что Чхэ Он начала нервно поглядывать на него. Когда они наконец дошли до особняка, Чхэ Он коротко поклонилась.

— Тогда я...

— Пройдемся немного?

— Что?

— Давно не виделись. Хочу послушать, как у тебя дела.

Он стянул воротник свитера, закрывавший лицо, и его глаза превратились в узкие щелочки от улыбки. Чхэ Он, словно завороженная этим зрелищем, улыбнулась в ответ и кивнула.

***

— Кхм-кхм!

— ...

Тхэ Ха, державший в руке чашку кофе и вдыхавший его тонкий аромат, поднял глаза на резкий звук кашля. Ха Рин, видимо, еще не до конца оправившаяся от простуды, несколько раз кашлянула, отпила айвовый чай и неловко улыбнулась.

— Ой, прости, оппа. Простуда оказалась приставучей.

— ...Да за что тут извиняться.

Спокойно ответив, Тхэ Ха снова поставил чашку на стол. В этот расслабленный осенний день они сидели рядом на террасе в комнате Тхэ Ха в Сонбэвоне и неспешно беседовали.

Природа вокруг пестрела насыщенными осенними красками. Горы неподалеку, деревья, окружающие поместье, и растительность в саду окрасились в красно-желтые тона, а на небе не было ни облачка. Захватывающий дух пейзаж.

В ответ на его вежливый, но какой-то сухой тон, Ха Рин обиженно надула губы.

— Оппа, ты такой странный. Вроде бы всегда такой джентльмен, но я иногда не понимаю — это ты из вежливости или просто потому, что я тебе вообще не интересна?

— Тебе так кажется?

Когда он тихо ответил с едва заметной полуулыбкой, Ха Рин, словно смутившись этой улыбки, застенчиво подула на свой уже остывший кофе (фух, фух) и поставила чашку.

— Но всё равно спасибо, что так легко согласился, когда я внезапно позвонила. Мой дедушка в последнее время просто проходу не дает, всё твердит, чтобы я проводила с тобой больше времени. Я уже так устала от этого.

— Председатель Чу?

— Да-а, вообще. Не ожидала, да? Он и дома, и на работе — два разных человека. На людях строит из себя эдакого свирепого тигра. А дома постоянно читает нотации, по сто раз одно и то же повторяет.

Пока Ха Рин без умолку трещала, жалуясь на деда, Тхэ Ха поддерживал беседу уместными репликами.

— Это потому, что он тебя любит. Если бы ему было всё равно, он бы и слова не сказал.

— Да ну? А вот председатель Чан тебе нотации не читает, да?

— Мой дед ведет себя точно так же со мной.

— Э-э? Серьезно? За что тебя вообще можно руг... Кхм, кхм-кхм! Ой, извини. В горле першит, кхм!

Молча посмотрев на Ха Рин, Тхэ Ха нажал кнопку интеркома на стене террасы, чтобы связаться с домом для персонала.

— Принесите стакан лимонной воды на террасу в мою комнату. Теплой.

Покашливая, Ха Рин с явным восхищением посмотрела на Тхэ Ха, который снова садился на свое место. Его безупречные манеры, доведенные до автоматизма — например, расстегнуть пиджак перед тем, как сесть, — и его чистоплотный характер, проявляющийся в заботе без лишней показухи.

Разница в возрасте между ними составляла четыре года. Тем не менее, по сравнению с другими мужчинами его возраста, он казался гораздо более зрелым и даже в чем-то аскетичным, человеком без единого изъяна. Иногда она испытывала к нему уважение, а иногда её сердце билось как сумасшедшее. Мысль о том, что этот мужчина, о котором мечтают все, достанется именно ей, всегда приносила чувство эйфории.

Но о чем бы ни думала Ха Рин, сидящая перед ним, Тхэ Ха, глядя на её кашель, почему-то вспоминал совсем другое лицо. Лицо девчонки, которая с пылающими от жара щеками четко и ясно дерзила ему в машине.

Едва сдержав усмешку, он случайно повернул голову.

— ...

Именно в этот момент он увидел двух людей, которые медленно прогуливались по саду, о чем-то беседуя.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver