— Нет, хватит...

Едва она прошептала это дрожащим голосом, как его рука, скользившая по её бедру, замерла.

— Хватит?

— Угу...

В её ухо прошептал голос, в котором слышалась усмешка:

— Знаешь, что каждый раз в такие моменты ты незаметно переходишь на «ты»?

— Ыт...

Несмотря на ситуацию, от его дыхания, коснувшегося уха и шеи, по коже побежали мурашки. Как бы и где бы он её ни трогал, от покалывания на кончиках его пальцев и от наслаждения, от которого сводило низ живота, накрывавшего её без остановки, ей становилось почти мучительно больно.

Видимо, устав от того, что Чхэ Он то и дело пыталась свести ноги, Тхэ Ха просто втиснул свое колено между её бедер. Оказавшись в ловушке, Чхэ Он, дрожа, вцепилась в край его рубашки, а он просунул руку под её трусики и сжал мягкую ягодицу.

— А, хып!

Стон сорвался с её губ, и в тот же миг он снова начал жадно сосать её язык, а его палец медленно заскользил по её насквозь промокшим трусикам.

— Угу, м-мпф.

Его язык исследовал каждый уголок нежной слизистой её рта. Полуоткрыв затуманенные глаза, она увидела его потемневшее от порока лицо: с разгоряченным взглядом он безотрывно следил за её реакцией, продолжая посасывать её язык.

Тихую комнату наполнили влажные, непристойные звуки и тяжелое дыхание двоих людей. Когда он кончиком большого пальца нажал и потер её клитор, набухший до размеров горошины, по позвоночнику тут же пробежал разряд электрического наслаждения.

Каждый раз, когда он трогал набухший клитор через белье, отверстие Чхэ Он рефлекторно сжималось и разжималось. Как бы хороша ни была звукоизоляция, боясь, что звуки всё же вырвутся наружу, Чхэ Он крепко прикусила губу и тихо всхлипывала, практически повиснув на нем.

Дыхание Тхэ Ха тоже стало прерывистым от возбуждения. Видимо, он крепко сжимал челюсти, потому что каждый раз, когда его сдавленный выдох щекотал её ухо, остатки разума Чхэ Он таяли на глазах.

Каждый раз, когда её шея слабела и голова безвольно падала ему на плечо, мужчина хватал её за щеки и заставлял смотреть на себя. Словно не хотел пропустить ни единой секунды её наслаждения.

Осознание того, что они находятся в месте, куда любой мог подойти и постучать в дверь, заставляло все нервы натянуться до предела, но, по иронии судьбы, это лишь раздувало пламя порочного наслаждения. Глядя на него — человека, который всегда казался одержимым идеальным внешним видом, — у нее, растрепанной и потерявшей контроль, возникло дикое желание сорвать с него эту рубашку, на которой не было расстегнуто ни единой пуговицы. Занимаясь с ним этими непристойностями, парализующими рассудок, ей казалось, что она сама ломается и портится безвозвратно.

Звук пальцев, трущихся о мокрое, липкое белье, становился всё быстрее и громче. От того факта, что эти звуки исходят от неё самой, Чхэ Он хотелось заткнуть уши, но в итоге последняя тонкая нить её разума оборвалась перед лицом накатывающего оргазма.

— Ха-а...

Чвяк, чвяк. В тот момент, когда эти липкие звуки стали прерывистыми, словно быстрее двигаться было уже невозможно, Чхэ Он задрожала всем телом и отчаянно вцепилась в его плечи.

— Кхы, ыт, хватит, хватит...

— Почему?

— Хы-ы, хык.

— М?

— А, у-у...

Плеск. Отчетливо почувствовав, как из неё выплеснулось что-то теплое и влажное, Чхэ Он бессильно уронила голову ему на грудь. Оргазм в месте, где подобные вещи категорически запрещены, казался еще более постыдным и делал её абсолютно беспомощной.

— Кончила?

— Я же говорила... остановиться.

Резко огрызнувшись, Чхэ Он, с глазами, полными наслаждения и стыда, с обидой ударила его по плечу. Тхэ Ха с усмешкой прошептал: «Какая милая», и легонько прикусил её мочку.

— Почему? Ты так красиво кончала.

— Отпустите.

Едва придя в себя после короткого, но интенсивного петтинга, Чхэ Он с трудом отбросила его руку, гладившую её по щеке. Она уже собиралась вытереть всё, что натекло у неё между ног после оргазма, когда Тхэ Ха почему-то перехватил её руку.

— Выходи так.

— ...Что вы сказали?

Не веря своим ушам, она переспросила, но он посмотрел на неё так, словно не понимал, в чем проблема, не дрогнув ни единым мускулом на лице.

— Вы, извра...

Вспыхнув от запоздалого стыда, она раздраженно попыталась схватить салфетку из коробки, стоявшей за его спиной, но мужчина, усмехнувшись (пфф), опередил её. Схватив почти полную коробку салфеток, он открыл крышку и просто вытряхнул всё содержимое на пол.

Тонкие бумажные квадратики порхая, как снег, опустились на белый мраморный пол.

— Что...

— Испортились. Все до одной.

Глядя на Чан Тхэ Ха, который тихонько цокнул языком с показным сожалением, Чхэ Он потеряла дар речи.

— Вы знаете, что каждый раз в такие моменты ведете себя как сумасшедший?

— Я тоже так думаю.

— Это так по-детски.

— Пожалуй.

— ...Ха.

Его элегантная улыбка и спокойные ответы больше напоминали светскую беседу, чем реакцию на резкие обвинения, и от этого у неё совсем опустились руки. Отступив от двери, которую прежде загораживал, он учтиво подал ей руку — словно истинный джентльмен, предлагающий даме сопровождение. Однако сейчас в этом жесте таилась неприкрытая насмешка.

Сумасшедший. Псих. Извращенец. Ублюдок. Мусор.

Чхэ Он вложила все ругательства, которые не могла произнести вслух, в свой свирепый взгляд, сверля его глазами, и пулей выскочила из примерочной. Из-за презрения к самой себе, возбудившейся и сломавшейся под его напором, её реакция была еще более резкой.

Сделав глубокий вдох, Чхэ Он отдернула штору. Ён Джун, изящно закинув ногу на ногу и листая журнал на диване, заметив её, медленно встал.

— Чхэ Он-а.

У неё всё еще горело во рту и было мокро между ног после того, как Тхэ Ха всё там переворошил. Смотреть Ён Джуну в глаза в таком состоянии было невыносимо — она чувствовала себя самой грязной и распутной женщиной на свете.

— Извините, кажется, я провозилась дольше, чем думала.

Подавив желание сбежать отсюда немедленно, Чхэ Он тихо прошептала это. Ён Джун, обойдя вокруг неё и окинув взглядом со всех сторон, снова встал перед ней.

— Хм. Я думал, что тебе пойдет, но...

— Выглядит странно?

— Нет. Ты очень красивая. Тебе невероятно идет. Намного лучше, чем я себе представлял.

— А, спасибо...

— Тебе нравится?

— Да.

Ён Джун улыбнулся так широко, что его глаза превратились в полумесяцы, и Чхэ Он в ответ слегка, немного неловко, улыбнулась.

— И еще.

— М?

— Может, мы уже поедем? В Сонбэвоне еще остались дела.

— Я уже обо всем договорился с госпожой Квон. Всё нормально.

— ...

Чхэ Он торопила Ён Джуна вовсе не из-за дел в Сонбэвоне, а потому что хотела как можно скорее сбежать из того же пространства, где находился Чан Тхэ Ха. Больше всего на свете ей хотелось поскорее переодеть мокрое, липкое белье и помыться.

Но сказать ему об этом прямо она не могла, поэтому лишь с растерянным и виноватым видом смотрела на Ён Джуна, который ласково её успокаивал. Она как раз собиралась сказать еще что-то, когда...

Вжих—

Штора с противоположной стороны от той, откуда вышла Чхэ Он, отдернулась, и оттуда появился Тхэ Ха, безупречно поправивший свою одежду. Он выглядел настолько спокойным и идеальным, что было невозможно поверить, что этот же человек всего пару минут назад домогался её, грязно шепча на ухо.

— ...

За секунду до того, как встретиться с Тхэ Ха взглядом, Чхэ Он быстро отвернулась и машинально посмотрела на Ён Джуна. Как она и ожидала, Ён Джун, заметив Тхэ Ха, слегка напрягся.

— Какое совпадение.

Низкий голос, раздавшийся у неё за спиной, звучал так буднично, словно того, что было несколько минут назад, вообще не существовало.

— Для случайной встречи место довольно неожиданное.

Его лишенный всяких эмоций голос не выражал ни радости от встречи с Ён Джуном, ни недовольства тем, что они пересеклись здесь.

Просто слыша этот голос, она снова и снова вспоминала, что они только что творили, поэтому Чхэ Он упрямо не оборачивалась в его сторону. Ён Джун спокойным тоном ответил:

— Просто, захотелось отблагодарить Чхэ Он за кое-что.

Поскольку было произнесено её имя, она больше не могла игнорировать его присутствие. С силой прикусив щеку изнутри, Чхэ Он неохотно повернулась и поклонилась Тхэ Ха. Тот тоже небрежно кивнул в ответ.

— Молодой гос...

— Тхэ Ха-оппа! Ты здесь?

Тихий шепот Чхэ Он, адресованный Ён Джуну, к сожалению, потонул в звонком голосе, ворвавшемся в комнату вместе с резко распахнувшейся дверью.

— О?

Ха Рин, войдя внутрь и заметив Ён Джуна, остановилась как вкопанная. Широко раскрыв глаза от удивления, она окинула взглядом присутствующих. Её взгляд скользнул с Ён Джуна на Чхэ Он, затем с Чхэ Он на Тхэ Ха, и постепенно её лицо стало более спокойным.

— ...

Какое-то время никто из четверых в комнате не произносил ни слова. И хотя это было просто молчание, для Чхэ Он эта ледяная, как холодная вода, тишина казалась удушающей. Возможно, из-за чувства вины за содеянное, ей казалось, что сейчас произойдет что-то непоправимое, ситуация была накалена до предела.

Ха Рин, смотревшая на Ён Джуна, вдруг очаровательно улыбнулась, словно её недавнее растерянное лицо было иллюзией.

— Кого я вижу. Ён Джун-оппа, мы здесь все вместе встретились?

— Давно не виделись, Ха Рин.

— Это точно.

Приветливо ответив Ён Джуну, Ха Рин снова перевела взгляд на Чхэ Он. Медленно оглядев её лавандовое платье, Ха Рин прикрыла рот рукой, изображая притворное удивление.

— Я всегда видела вас только в униформе прислуги, а сейчас вы выглядите как совершенно другой человек.

— Здравствуйте.

Чхэ Он, не понимая, какое у неё сейчас выражение лица, слегка поклонилась Ха Рин. Ха Рин, посмотрев на Тхэ Ха, чье лицо, как обычно, было непроницаемым и сухим, подошла к нему и весело спросила:

— Чхэ Он-сси, я хоть и говорю это с опозданием, но вы очень красивая. Правда ведь, оппа?

Встретившись взглядом с Ха Рин, Тхэ Ха посмотрел на Чхэ Он. С того момента, как эти четверо оказались в одной комнате, Чхэ Он чувствовала себя так, словно на неё направлены сотни иголок, каждый раз, когда чей-то взгляд падал на неё. Особенно если это был взгляд Чан Тхэ Ха. И...

— Красивая.

Услышав этот сухой, спокойный отзыв из уст Чан Тхэ Ха, все трое одновременно посмотрели на него. Разумеется, больше всех была шокирована сама Чхэ Он. Это было всего лишь одно слово, но её сердце, словно получив сильный удар, бессознательно заколотилось с бешеной скоростью.

Ха Рин, которая, хоть и сама спровоцировала этот ответ, на мгновение застыла от растерянности, вскоре тихо рассмеялась, словно услышала забавную шутку.

— Чхэ Он-сси, он говорит, что это так. Тхэ Ха-оппа вообще-то редко кого-то хвалит.

Конечно, Чхэ Он понимала, что это было просто вежливое согласие, чтобы не ставить свою невесту Чу Ха Рин в неловкое положение. И всё же...

Красивая.

Словно эхо, это единственное слово продолжало звенеть в её голове.

— Спасибо.

Когда Чхэ Он выразила благодарность голосом, который, казалось, она с трудом выдавила из горла, Ха Рин снова улыбнулась.

— Но, вы же не собираетесь в таком красивом виде сразу возвращаться домой?

— Что?

— Мы еще не обедали. Давайте пообедаем вместе.

Не дав Чхэ Он даже шанса ответить, Ха Рин повернулась к Тхэ Ха и улыбнулась.

— Оппа, ты же не против? Ты с Ён Джуном-оппой прям о-очень не близок. А мне нравится, когда все дружат.

— Делай как знаешь.

Тхэ Ха ответил так равнодушно, словно ему было абсолютно плевать. Растерянная неожиданным поворотом событий Чхэ Он умоляюще посмотрела на Ён Джуна. Ён Джун, глядя на неё с лицом, по которому невозможно было прочесть ни единой мысли, открыл рот.

— Отлично.

А...

— Мы тоже еще не ели.