В тот момент, когда у Чхэ Он екнуло сердце и он показался ей пугающим, Ён Джун снова лучезарно улыбнулся, как ни в чем не бывало.

— Запах незнакомый. Ты же обычно не этим пользуешься.

— ...Наверное, по ошибке взяла не тот из служебных принадлежностей.

Она постаралась ответить как можно спокойнее, готовая принять любой упрек за эту нелепую оплошность. Пристально посмотрев на неё, Ён Джун издал понимающий звук (а-а).

Он отвернулся, как человек, мгновенно потерявший интерес, словно ребенок, которому наскучила игрушка. Это поведение заставило Чхэ Он не спускать с него глаз, сохраняя напряжение до самого конца.

— Понятно.

Он снова мягко улыбнулся, и его лицо было таким же светлым, как всегда, но Чхэ Он почему-то не смогла улыбнуться в ответ. Возможно, из-за его потемневшего, нехарактерного для него взгляда.

В конце концов, Чхэ Он сказала, что скоро вернется, и выскочила из машины, словно убегая.

— Ха-а...

Зажав папку под мышкой, Чхэ Он глубоко вздохнула и зашагала вперед.

С каких пор это началось? С каких пор она перестала воспринимать его доброту просто как доброту?

Конечно, она понимала, что в огромном, неоплатном долгу перед ним. Поэтому, что бы Ён Джун ни требовал или ни просил, она принимала это без лишних слов, считая это правильным. Ей казалось, что перечить ему — значит предать всю ту милость, что он ей оказал.

Но со временем слепая одержимость Ён Джуна всё чаще заставляла её задыхаться. В какой-то момент это перестало быть чистой благодарностью: теперь ей казалось, что чувство долга висит у неё на лодыжке тяжелой гирей, с которой она едва плетется за ним.

Три года назад она в отчаянии пришла к Ён Джуну, потому что ей было не за что больше держаться, но в последнее время она всё чаще задавалась вопросом: Был ли это действительно правильный выбор? И эти мысли всегда приводили к чувству вины. Ей казалось, что она ужасный человек, раз позволяет себе так думать о Ён Джуне, который столько для неё сделал.

Обернувшись на припаркованную машину Ён Джуна, Чхэ Он снова вздохнула.

Как только она вошла в лобби, её окутал роскошный, тонкий аромат — видимо, фирменный запах этого отеля. И от вида, представшего перед её глазами, Чхэ Он, забыв о недавних тревогах, невольно ахнула.

— Вау...

С высоченного потолка свисала хрустальная люстра, сияющая так ярко, словно всё освещение было сосредоточено только там. Каждый раз, когда массивные двери лобби открывались и закрывались, впуская порывы ветра, хрусталики покачивались, отбрасывая разноцветные блики на стены и пол.

Завороженно наблюдая за этой игрой света, Чхэ Он немного неловко присела на диван в углу лобби и позвонила секретарю Киму.

— Алло?

— Секретарь Ким, это Чхэ Он.

— А! Да. Вы уже приехали?

— Да. Я жду вас в лобби.

— Да-да. Сейчас спущусь. Подождите немного.

Завершив короткий разговор, Чхэ Он, не вставая с места, медленно огляделась. От потолка до стен, от пола до ковра под ногами — здесь не было ни единой детали, которая не выглядела бы шикарно.

Единственным отелем, в котором она когда-либо была, была дешевая ночлежка с вывеской «Отель», где она останавливалась в детстве во время поездки с родителями. Для неё это место казалось другим миром.

Говорили, что этот отель славится как в Корее, так и за рубежом, и действительно, вокруг постоянно сновали иностранцы с огромными чемоданами. Чхэ Он, скучающе подперев подбородок рукой, наблюдала за проходящими мимо людьми, как за немым кино, когда...

Дзинь~

Услышав короткий электронный сигнал, она машинально повернула голову прямо: двери лифта открылись, и из него вышла группа мужчин. Все они были высокими, статными и одеты в безупречные костюмы, так что взгляды всех, кто был в лобби, мгновенно приковались к ним.

И в самом центре, разумеется, шел Чан Тхэ Ха. Справа от него — секретарь Ким, а позади — люди, похожие на телохранителей. Для кого-то это зрелище могло показаться подавляющим, но для него это выглядело таким же естественным, как повседневная рутина.

Она видела, как некоторые люди, затаив дыхание, перешептывались, переглядываясь и указывая на них. Чхэ Он тоже, смешавшись с толпой, смотрела на Тхэ Ха с привычным, но в то же время странным чувством. В такие моменты он казался еще более далеким. И это несмотря на то, что это был человек, который показал ей свое самое дно и с которым она сплеталась телами.

И, словно услышав её мысли, его взгляд в этот момент как раз остановился на ней.

— ...

Секретарь Ким, заметивший Чхэ Он с опозданием на секунду, радостно просиял и уже собирался поздороваться, но Тхэ Ха остановил его и что-то шепнул на ухо. Секретарь Ким, бросив мимолетный взгляд на Чхэ Он, с серьезным лицом выслушал Тхэ Ха, кивнул и поспешно подошел к ней.

— Спасибо, госпожа Чхэ Он. Наверное, было хлопотно.

— Вовсе нет. Вот, документы, которые вы просили.

— Спасибо за труд. И... э-э... Генеральный директор просил вас подождать в его номере.

— Меня?

Чхэ Он едва не нахмурилась и перевела взгляд на Тхэ Ха, но тот, словно его вообще не интересовало происходящее здесь, серьезно разговаривал со своим сопровождающим.

О чем ему еще с ней говорить? Пока она с чувством дискомфорта смотрела на него, его равнодушный взгляд снова скользнул к ней.

Почему они все вечно: подожди, не подожди. Как будто жить не могут, не покомандовав мной. Если бы это был Ён Джун, она не смогла бы отказаться из-за чувства долга перед ним, но Чан Тхэ Ха вел себя так, словно после той ночи она полностью принадлежит ему, и это вызвало у неё внезапный приступ сопротивления.

Это было всего один раз, они просто поддались животным инстинктам, и на этом должно было быть всё. Больше им не о чем было разговаривать наедине. Чхэ Он бессознательно опустила руку в карман юбки и коснулась его запонки.

— Я провожу вас...

— Нет.

Услышав мгновенный отказ, Тхэ Ха, казавшийся равнодушным, слегка прищурился. Чхэ Он, открыто глядя на него, спокойно ответила секретарю Киму:

— У меня много работы, к тому же человек, который меня подвез, ждет меня. Извините, но мне пора идти.

— А, вы приехали не на такси?

— Да.

Глядя прямо на Чан Тхэ Ха, Чхэ Он слегка улыбнулась.

— Я приехала на машине младшего молодого господина. Он сказал, что у него дела неподалеку.

Он стоял не так уж далеко, так что наверняка слышал её голос. Чан Тхэ Ха, внимательно наблюдавший за ней, вдруг усмехнулся, словно увидел что-то невероятно забавное. Его сопровождающий, с которым он только что разговаривал, испуганно дернулся и начал тревожно переводить на него взгляд.

— А... вот как. Хорошо, я передам.

Только после этого Чхэ Он посмотрела на секретаря Кима и слегка улыбнулась.

— Да. Извините. До свидания.

Не удосужившись даже взглянуть в сторону Чан Тхэ Ха, Чхэ Он поклонилась секретарю Киму и развернулась. Она как раз собиралась сделать шаг, когда...

— Юн Чхэ Он-сси.

Она думала, что он всё еще стоит там, вдали, но он уже оказался рядом с ней. От неожиданности Чхэ Он инстинктивно отшатнулась. Когда он успел... С видом человека, рассматривающего нечто забавное, Чан Тхэ Ха посмотрел на неё сверху вниз и кивнул.

— Давай поговорим минутку.

Ты же и так всё слышал, о чем мы говорили с секретарем Кимом.

— ...

Его поведение, словно полностью игнорирующее её волю, разозлило Чхэ Он, и она холодно ответила с раздражением на лице:

— Извините, но я приехала не одна. Если вам есть что сказать, то позже...

— Хочешь, я отпрошу тебя?

То, с каким непринужденным видом он достал телефон из внутреннего кармана пиджака, было невыносимо. Чхэ Он растерянно посмотрела на него, а он добавил так, словно это было само собой разумеющимся:

— У Чан Ён Джуна.

Все в Сонбэвоне знали, что их отношения отнюдь не настолько теплые, чтобы просить о таком. Когда Чхэ Он посмотрела на него с возмущением, он слегка понизил голос и спокойным, будничным тоном произнес нечто абсолютно немыслимое:

— Скажу: «Хотел просто узнать, как дела у девчонки, которую я всю ночь сосал и имел, а она из-за тебя боится даже слово сказать».

Глядя на беззвучно ахнувшую от ужаса Чхэ Он, Тхэ Ха усмехнулся:

— Так и скажу: «Поэтому будь добр, отпусти её». Нормально?

— Вы сумасшедший?

Чхэ Он, почти не дыша, прошипела это и схватила его за руку с телефоном. Тхэ Ха, словно зная, что так и будет, криво улыбнулся, глядя на её руку, держащую его, а затем снова посмотрел ей в глаза.

— Пока я действительно не сделал сумасшедшую вещь, слушайся.

— ...

— Жди.

Зная, что это Чан Тхэ Ха, она не сомневалась: он действительно способен на любую сумасшедшую вещь. Секретарь Ким, который с тревогой наблюдал за ними поодаль, неловко улыбнулся Чхэ Он. Крепко прикусив нижнюю губу, она вздрогнула и бессознательно отпустила руку Тхэ Ха.

И что в этом мужчине благородного и джентльменского? Думая об этом, Чхэ Он осознала, что до того, как узнала его истинную сущность, и сама считала его таким, и подавила подступающий ком обиды.

Посмотрев на него с лицом, полным явного раздражения, Чхэ Он тихо вздохнула и опустила глаза.

— Да. Поняла.

Видимо, удивившись такому покорному ответу, он на мгновение задержал на ней взгляд, а затем кивнул секретарю Киму, стоявшему позади.

— Э-э, госпожа Чхэ Он. Пройдемте со мной.

Она сделала вид, что послушно подчинилась, но на самом деле внутри всё кипело от негодования. И, разумеется, она ни на секунду не собиралась выполнять его приказ.

***

— Директор, это материалы, о которых вы будете докладывать на предстоящей встрече с председателем в Сонбэвоне.

Закончив короткое совещание с сотрудниками в переговорной, Тхэ Ха получил от секретаря Кима папку с документами. Это были те самые документы, которые сегодня привезла Чхэ Он.

— Я уже бегло просмотрел их в целом. По какому принципу разделены разделы?

— Мы отметили цветами разделы с финансовыми результатами отеля «Раон» до текущего квартала. Прибыль после приобретения duty-free, как вы и просили, выделена отдельно.

Просмотрев упомянутые разделы, Тхэ Ха кивнул.

— Напомните также о статусе проекта duty-free. Финансовую часть я уже видел, так что только о проекте в зоне вылета.

— Пресс-релиз о выборе оператора duty-free в зоне вылета скоро выйдет. Я попросил репортера Пака прислать черновик статьи, чтобы вы могли с ним ознакомиться. Информация о других компаниях, выбранных вместе с нами, дана лишь вкратце, но если вам нужны подробные данные, я их подготовлю. Публикация в СМИ ожидается в конце апреля — начале мая.

Украдкой взглянув на Тхэ Ха, секретарь Ким тихо добавил:

— Председатель вами очень гордится.

Услышав это, Тхэ Ха едва заметно улыбнулся и отложил документы. Всё шло как по маслу. И это было закономерно. Из всего, что он когда-либо задумывал, не было ни одной вещи, которая не пошла бы по его плану.

— Знаю. И поэтому не хочу его разочаровывать.

Говоря это, он мысленно усмехнулся: как иронично, что в то же время он думает о женщине, которую оставил наверху и которой так и не смог пресытиться, прокручивая в голове самые грязные, развратные фантазии. Отодвинув папку в сторону, он по привычке взглянул на часы.

— На сегодня всё, можете идти. Завтра будет насыщенный день, так что отдохните.

— Да, господин директор. До завтра.

Слегка кивнув секретарю Киму, Тхэ Ха вышел из переговорной. Он велел женщине ждать около тридцати минут назад, и хотя время немного затянулось, у него еще оставалось время до короткой видеоконференции вечером.

Вспомнив её гибкую талию и милые ямочки чуть выше округлых ягодиц, он почувствовал, как от груди к низу живота разливается тягучий жар. Она была такой легкой, что он мог сломать её пополам, поэтому он собирался сначала сытно накормить её, а потом взять пару раз. Чан Ён Джун, ждущий снаружи, его совершенно не волновал.

Однако, переступив порог номера, где он велел Чхэ Он ждать, он снова невольно издал резкий смешок.

С чего бы ей вдруг стать такой покорной? Женщины нигде не было.

Она демонстративно заблокировала его номер, несмотря на предупреждение отвечать на звонки. Снова делает ситуацию интереснее.

Покрутив языком за щекой, он ослабил удушающий галстук и уже собирался пройти в спальню, когда... Заметил на мраморном столе бумажку.

Вы сказали ждать, я подождала и ушла.

От одного этого предложения, написанного как курица лапой, словно она пыталась вложить в почерк всё свое возмущение, у него вырвался короткий смешок.

Она не знала, сколько ей придется ждать, но факт остается фактом: она подождала. И раз уж он не соизволил появиться, она ушла первой. Но ведь технически она выполнила его приказ «ждать»? Этот колючий, язвительный тон так явно читался в записке, что он медленно провел рукой по губам, не в силах сдержать улыбку.

Что тогда, что сейчас, её талант выводить людей из себя со своим невинным личиком остался неизменным.