Онлайн чтение книги Мунджон Munjeong
1 - 36

Поздним вечером Чхэ Он по просьбе Ён Джуна заварила его любимый ромашковый чай и принесла в его комнату.

Она поставила чашку, от которой исходил тонкий аромат, на столик, за которым они часто пили чай и ели вкусности. Чхэ Он настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как Ён Джун какое-то время просто молча смотрел на неё.

— ...Он-а.

— ...

— Чхэ Он.

— А, да.

Изящным движением взяв чашку, он пару раз подул на неё (фух, фух) и тихо спросил:

— Устала?

— А?

— Выглядишь неважно.

— Нет. Просто вчера слишком поздно легла...

Для абитуриента жертвовать сном ради учебы — обычное дело, но почему-то, произнося эти слова, Чхэ Он почувствовала, что они звучат как жалкое оправдание. Ведь на самом деле в её голове всё это время крутились совершенно другие мысли.

Пока Чхэ Он стояла, опустив глаза, в комнате было слышно лишь, как Ён Джун дует на чай и делает глотки.

— Спасибо.

Услышав внезапную благодарность, разбившую тишину, Чхэ Он непонимающе посмотрела на него.

— Что?

— За то, что выполнила мою просьбу. И пришла на ужин. Благодаря тебе я смог хоть немного расслабиться.

— А...

Молча наслаждаясь ароматом чая, он поднял глаза и пристально посмотрел на Чхэ Он.

— Скорее всего, когда Чан Тхэ Ха вернется из Америки, они с Ха Рин сыграют свадьбу.

— ...

— Семья Ха Рин нам очень полезна во многих отношениях. «Вольсон Фуд» — известная компания.

«Вольсон Фуд». Еще бы не известная. Все самые популярные в Корее пекарни, кафе-мороженое, сети жареной курицы и пиццерии принадлежали франшизам этой корпорации. Не будет преувеличением сказать, что они монополизировали всю индустрию общественного питания, поэтому Чхэ Он тоже прекрасно знала это название.

Значит, вот как заключаются помолвки у чеболей — союз людей такого уровня...

— Председатель хочет давать Тхэ Ха только самое лучшее во всём. И женщина, на которой он женится, не исключение.

— ...

— Естественно, Тхэ Ха бы и в голову не пришло рассматривать какую-нибудь ничем не примечательную девицу.

— ...

Ён Джун сказал еще что-то, но Чхэ Он уже не понимала, как эти слова доходят до её сознания.

О том, какие вторичные выгоды принесет брак с женщиной по имени Чу Ха Рин, сколько это в денежном эквиваленте, какое у неё потрясающее образование и безупречная родословная... Вся эта информация пролетала мимо ушей.

Машинально поддакивая и безучастно слушая его, Чхэ Он посмотрела на пустую чашку.

— Молодой господин.

— М?

— Вы допили? Можно я заберу чашку?

— Будь добра.

Ён Джун поставил чашку на блюдце, Чхэ Он переставила её на поднос, поклонилась, как и при входе, и развернулась.

С каждым шагом её мысли упорно возвращались к одному человеку — Чан Тхэ Ха. И это пугало её саму.

Он... обручен. Значит, когда-нибудь он женится. И после Нового года уедет в Америку. Неизвестно, когда вернется. Для Чхэ Он, которая всегда чувствовала себя рядом с ним некомфортно и испытывала к нему сложную смесь эмоций, это, по идее, должно было стать облегчением. Ей не придется видеть его здесь очень долго.

Но, как ни странно, чем больше она думала об этом, тем сильнее в груди разрастался тяжелый, давящий ком. Это неприятное чувство не проходило, сколько бы она ни пила воду, ни била себя кулаком в грудь и ни глотала таблетки для пищеварения.

И тем же вечером, вернувшись в свою комнату, Чхэ Он слегла с тяжелой простудой. До Сунына оставалась ровно неделя.

***

— Чхэ Он. Ты правда справишься?

— Да. Говорю же, всё нормально. Выпила таблетку, кашля нет, температура спала.

— Но всё равно...

Ранним утром, перед её отъездом на экзамен, когда хозяева поместья уже уехали по своим делам, персонал Сонбэвона шумной толпой собрался перед домом для прислуги. В центре стояла Чхэ Он. Сегодня был день, когда должны были принести плоды все её многолетние труды.

Учиться больше десяти лет в начальной, средней и старшей школе, чтобы исход всего решился за один день. Есть ли в жизни что-то более жестокое и непредсказуемое, чем Сунын? А тут еще, как назло, она свалилась с тяжелой простудой прямо перед экзаменом и даже не знала, сможет ли показать всё, на что способна.

— Чхэ Он. Ты же так усердно готовилась. Ты обязательно справишься. Разве ты когда-нибудь давала слабину?

— Точно. Не волнуйся. Хорошо?

Госпожа из Кунсана налила ей в термос айвовый чай, сказав, что он полезен для горла, а управляющий Ким сунул ей шоколадку, чтобы «сахар не падал». Люди в Сонбэвоне, которые заботились о ней почти так же, как Хи Джон, сейчас, казалось, тряслись от волнения больше неё самой.

— По-моему, вы нервничаете больше меня.

Когда Чхэ Он слабо улыбнулась и сказала это слегка гнусавым голосом, все наконец с облегчением выдохнули и начали с ней прощаться. Хи Джон, с гордостью наблюдавшая за этим, снова с тревогой погладила дочь по щеке.

— Что же делать, ты же болеешь. Экзамен экзаменом, но тебе бы поправиться поскорее.

— ...

Как бы её ни отговаривали, Чхэ Он всегда приходила помочь матери и бралась за любую работу, о которой её даже не просили. В глубине души Хи Джон чувствовала вину за то, что отнимала время у ребенка, которому нужно было учиться, но Чхэ Он лишь ясно улыбнулась и покачала головой.

— Не волнуйся. Я всё сдам. Холодно, идите скорее внутрь.

С улыбкой глядя на людей, которые кричали ей «Файтинг!» напоследок, Чхэ Он поглубже зарылась лицом в шарф. Из-под белого шарфа виднелись только её глаза.

Чтобы сесть на автобус, нужно было долго идти до самых ворот поместья. Поправив рюкзак, Чхэ Он сошла с дороги, уступая путь въезжающему черному седану, как вдруг...

— Эй, Чхэ Он!

Услышав знакомый голос, она обернулась и увидела водителя Кима, который, заметив её, быстро зашагал в её сторону.

— Здравствуйте.

— Говорят, у тебя сегодня Сунын?

— Да.

— Отлично, я подвезу тебя. Садись.

— А?

Чхэ Он растерянно посмотрела на роскошную машину, припаркованную за спиной водителя Кима. Прочитав её взгляд, он ободряюще улыбнулся:

— Не переживай. Председателю сегодня нужно по делам, и он поехал в одной машине со старшим молодым господином. Ты выглядишь неважно, так что я всё равно еду в ту сторону, подвезу.

— ...Ах.

Это была неожиданная удача. Хотя она и убеждала всех, что в порядке, слабость и ломота в теле никуда не делись, и она с ужасом думала о том, что если в автобусе не будет свободных мест, ей придется ехать стоя.

— Спасибо вам большое.

Сейчас ей было не до того, чтобы строить из себя гордую и вежливо отказываться. Водитель Ким без лишних слов с улыбкой открыл перед ней дверцу.

Как только Чхэ Он опустилась на мягкое сиденье, она тут же достала тетрадь-словарик, которую использовала для зубрежки. Несмотря на то, что она специально выпила таблетки от простуды, не вызывающие сонливость, голова была ватной. Это было абсолютно худшее состояние для сдачи такого важного экзамена. Надавив пальцами на пульсирующие виски, Чхэ Он тихонько вздохнула.

Всё кончено.

Собирая в рюкзак ручки и карандаши и выходя из школы, Чхэ Он почувствовала такую опустошенность, что ей захотелось просто осесть на землю. Даже не сверяя ответы, она всё понимала.

Она завалила. Полностью. Провалилась с треском.

Сконцентрироваться она могла лишь наполовину от своего обычного состояния, так что нечего было и надеяться, что она решила всё правильно. Её целью были университеты Сеула выше среднего, но теперь было неясно, сможет ли она вообще туда подать документы.

Если бы причина была во внешних факторах, можно было бы хоть на кого-то свалить вину, но провал из-за того, что она не уберегла собственное здоровье — это исключительно её вина. Винить было некого. И от этого было еще обиднее.

— Бля, пиздец. Сразу иду на права сдавать. Прям ща в автошколу запишусь.

— Фу. Был бы я инструктором, я б такому придурку в жизни руль не доверил.

— А-а, как же бесит. Пойду башку осветлю раза три.

— Он реально псих? Где связь между стрессом и обесцвечиванием?

— Да похрен. Вау. В любом случае, всё кончено. Ебать, наконец-то.

Мимо Чхэ Он, едва переставлявшей ноги, пронеслась компания парней, громко перебрасываясь грубыми фразами. Их разговоры были пропитаны чувством свободы и жаждой компенсации за всё то время, что они провели в напряжении, но Чхэ Он не чувствовала вообще ничего.

Что же делать.

...Что мне теперь делать?

...Что делать...

Это люди, родившиеся с золотой ложкой во рту, могут выбирать из множества вариантов, но у таких, как Чхэ Он, выбора не было. Получить баллы повыше, поступить в хороший университет, закончить его и устроиться в приличную компанию. Это был самый идеальный маршрут из всех возможных, но...

Точные баллы она узнает только после проверки, но интуиция подсказывала ей: она может не поступить ни в один из выбранных сеульских вузов. Только в секции иностранного языка она сомневалась больше чем в пяти вопросах.

Под шарфом, намотанным до самого носа, её дыхание было обжигающе горячим. То ли температура снова поднялась, то ли жар ударил в голову от того, что она изо всех сил сдерживала слезы.

Она долго шла, шла, села на автобус, ехала несколько минут... Даже сев в автобус, Чхэ Он пребывала в прострации.

— Следующая остановка — деревня Сэёуль. Деревня Сэёуль. Остановка после неё...

— А, водитель! Подождите!

Поскольку в этот район мало кто ездил на автобусе, кроме Чхэ Он некому было нажать кнопку остановки. Опомнившись и поняв, что пропустила нужную остановку, она отчаянно закричала, но водитель с раздражением посмотрел на неё в зеркало заднего вида и грубо бросил:

— Уже проехали, ничего не могу поделать. Остановка в неположенном месте — это нарушение правил. Выйдете на следующей и пересядете на другой автобус.

— ...

В прошлый раз другой водитель остановился... Конечно, всё зависит от человечности и снисходительности, но закон есть закон. Чхэ Он не оставалось ничего другого, кроме как выйти на следующей остановке, от которой нужно было долго возвращаться назад.

Чтобы вылечить тяжелую простуду, ей нужно было принять более сильные лекарства, но, боясь уснуть на экзамене, она выпила другие, и теперь всё тело снова ломило и знобило. От душевного истощения физическая боль казалась еще сильнее.

— Ха-а...

Сев на скамейку на пустой остановке, Чхэ Он низко опустила голову. Несмотря на то, что поверх школьной формы было надето пальто, погода стала настолько холодной, что она продрогла до костей. Если бы сиденье остановки не было с подогревом, она бы уже тряслась как осиновый лист.

Мало того что она завалила экзамен, так еще и идти пешком по холоду в таком состоянии... От осознания этой безысходности ей не хотелось вообще ничего делать. Глядя на телефон, который разрывался от звонков Хи Джон, Чхэ Он не стала отвечать и просто уткнулась лицом в колени.

Может, просто остаться здесь до утра? Чхэ Он, с пылающим лицом тяжело дыша, просидела так какое-то время, как вдруг...

На носок её черных кед медленно опустилось что-то похожее на белую пылинку и тут же бесследно растаяло.

Снег...?

С этой мыслью она подняла голову и тут же замерла как вкопанная.

— ...

Как и в тот дождливый день, Чан Тхэ Ха стоял перед ней с зонтом и молча смотрел на неё сверху вниз.